Новости дня

16 апреля, пятница










15 апреля, четверг


































sobesednik logo

Станислав Белковский: Кремлю было важно поставить Собянина на место

00:01, 01 июля 2020

Станислав Белковский: Кремлю было важно поставить Собянина на место
Фото: Global Look Press
Фото: Global Look Press

Колумнист Станислав Белковский – об особенностях борьбы с COVID-19 в столице в преддверии новой политической эпохи.

Ах. По Российской Федерации и вокруг нее ползут, как тараканы после ядерной бомбардировки, страшномрачные слухи. Дескать, всенародно и навечно избранный президент РФ Владимир Путин качественно охладел к своему (и многими из нас) любимому мэру Москвы Сергею Собянину. Вроде как из-за того, что столичный (градо-)начальник, до смертного пота убоявшись эпидемии COVID-19, хотел пролонгировать карантин чуть ли не до конца лета. А потому предлагал перенести конституционный плебисцит – голосование граждан по принципиально важным поправкам к Основному закону страны – на сентябрь 2020 или даже февраль 2021 года. Глава же государства категорически стремился, чтобы народ утвердил его поправки не позднее начала июля – и новая политическая эпоха с «обнуленным» президентом началась как можно быстрее. Пока население РФ не забыло, куда и зачем его позвали и призвали в январе – марте нынешнего года, буквально накануне эпидемического безумия.

Еще в начале марта мэр осознал и почувствовал, что основной удар коронавируса придется на Москву. Иначе и быть не могло. 

Во-первых, столица – единственный в России совершенно классический мегаполис, а именно города такого типа максимально уязвимы для эпидемий. Особенно если учитывать пару миллионов гастарбайтеров, во многом нелегальных, которые живут в не слишком санитарно приемлемых условиях, в режиме высокой плотности-скученности, зато составляют основу рабочей силы на безразмерных столичных стройках. Стройки же, кстати, открылись в Москве еще 12 мая, потому что власти всерьез опасались бунта стремительно лишающихся средств к существованию завозных работников.

Во-вторых, Москва – витрина России. Наше политико-экономическое устройство настолько москвоцентрично, столичная сила притяжения внимания по любым вопросам столь велика, что зачастую событие может быть важным для страны, только если оно происходит в Москве. Неслучайно именно здесь – ну еще разве что в Санкт-Петербурге – нельзя грубо фальсифицировать итоги выборов. А в других субъектах РФ – ну, как получится.

В-третьих, в Москве – самая эффективная система тестирования потенциальных и актуальных больных. А чем больше тестов – тем круче пугающие цифры.

Сергей Собянин понимал, что за эпидемические бедствия отдуваться придется прежде всего ему. Потому он взял политическую инициативу на себя, проповедовал довольно жесткий карантин и пытался снабдить философией антивирусной борьбы все регионы. Когда г-н Путин засел в «бункере» (своей резиденции на Валдае), а премьер-министр Михаил Мишустин официально заболел и госпитализировался, мэр оказался публичным политиком №1 в стране.  Пусть и на краткое время.

Могло ли это понравиться совершенно эксклюзивному президенту, равных которому в российской политике не может быть, потому что не может быть никогда?

К тому же указы московского мэра о самоизоляции и штрафах за ее нарушения, конечно же, слегка противоречили федеральному законодательству – от все той же Конституции, гарантирующей гражданам свободу перемещения, до Кодекса об административных правонарушениях (КоАП), отнюдь не предполагающего возможности взимать с непокорных россиян штрафы через какие-то там мобильные приложения.

В какой-то момент Кремлю было важно вернуть Собянина на место. Мэру напомнили, что его жесткий карантин так и не лишил Москву статуса единоличного лидера по числу инфицированных и погибших. Так что плебисцит проводить надо, когда президент скажет, а «ограничительные меры» – отменять задолго до, т.е. в начале июня. Под любым доступным предлогом. Взамен федеральное министерство юстиции «отмазало» мэра, объявив, что он своими чрезвычайными актами якобы не нарушал законов и не превышал полномочий (хе-хе).

Уроков из этого много, но главный – один. В России есть сила страшнее любой болезни и даже смерти. Это президент Путин. Хотя сам он болезни вполне боится. Не случайно нынче все, кто непосредственно работает с г-ном Путиным – помощники, охранники, официанты, далее везде – живут не у себя дома, а под строгим карантином на специальных объектах ФСО.

По крайней мере, есть такой достоверный слух.

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №24-2020 под заголовком «Охладел ли Путин к Собянину?».

Тема: "Уханьский" коронавирус

Теги: #Путин #Москва

Рубрика: Политика

Поделитесь статьей:

Колумнисты

^