Новости дня

26 августа, понедельник







25 августа, воскресенье


























24 августа, суббота












Радиоактивная Москва: где фонит столица

13:08, 30 июля 2019
«Собеседник» №28-2019

Фото: Дмитрий Соколов
Фото: Дмитрий Соколов

Недавно президент Украины Владимир Зеленский заявил, что готов открыть в районе Чернобыльской АЭС официальную туристическую зону. Но зачем ехать в другую страну, если пощекотать нервы можно и в Москве? 

Цифра

20 мкр/ч – наиболее безопасный уровень внешнего облучения.

«Коломенская зона»

Столица России, в которой проживают 12 миллионов человек, относится к самым радиоактивным зонам России: из 65 особо опасных производств треть находится именно в столице. Мы вооружились дозиметром и выяснили, куда в Москве лучше не ходить и где не стоит засиживаться. Признаки радиации нашлись в парках, подземных переходах и даже у стен Кремля.

В последние месяцы дикий лесной участок возле парка Коломенское получил большую известность. Здесь за забором Московского завода полиметаллов уровень радиации превышает норму в десятки раз. Возможно, широкие массы так бы и не узнали о «коломенской зоне», если бы не намерения московских властей провести здесь новую автотрассу – Юго-Восточную хорду. Первыми тревогу забили ученые.

«Ух ты, тут опасненько»

Зараженные участки искать нетрудно. Их огородили работники «Радона» (ФГУП, вывозящее зараженный грунт), натянув красно-белые ленточки. Для любопытных это лишний маркер. Переступить такую преграду могут даже дети. Они так и делают.

Железный забор на «фонящем» склоне установили только на прошлой неделе. До этого здесь было настоящее паломничество журналистов, студентов технических вузов и скучающих на каникулах школьников.

Возле ямы с сильным фоном в 600 микрорентген в час (мкр/ч) оставлены резиновые перчатки и защитные маски – кто-то здесь недавно покопался. Активисты ищут радиацию и хвастаются друг перед другом найденными «горячими точками», как рыбаки уловом.

Школьники Хасан и Данила, которых встретили корреспонденты «Собеседника», пришли сюда «искать клад» после того, как посмотрели ролик в ютубе. Больше всего их интересовал вопрос, могут ли в зоне коломенского могильника мутировать животные и насекомые.

Увидев повсюду запретительные растяжки «Прохода нет», «Радиация!», ребята сфотографировались на их фоне и получили повышенную дозу впечатлений: «Ух ты, да тут опасненько».

«Нас ждет апокалипсис»

Попрощавшись с ними, мы пошуршали дальше. Пошуршали, потому что на нашу обувь были надеты целлофановые пакеты – мало ли что.

– Вот это правильно. Еще лучше помыть ботинки, чтобы не принести грунт домой, – одобряет эксперт программы «Безопасность радиоактивных отходов», физик-ядерщик Андрей Ожаровский, который бывает здесь почти каждый день. Он изучает этот склон уже несколько лет и принимает участие во всех слушаниях по поводу строительства хорды. Мы встретились во время одной из его экскурсий для «рыбаков» с дозиметрами.

– Несмотря на то, что активные элементы находятся под землей, это место представляет серьезную опасность, – считает Ожаровский. – Допустим, человек пошел гулять по могильнику, заступил в ямку, и несколько долей грамма прилипло к подошве. Дома они попали на коврик. Потом человек подметал пол веником и вдохнул эту пыль. Так мы получаем сценарий поступления радионуклидов внутрь. Самое опасное – внутреннее облучение. Внешнее не имеет таких серьезных последствий, но все равно в этой зоне нельзя долго находиться. Если все же кого-то туда занесло, обувь лучше постирать как следует, с порошком. А еще лучше надеть резиновые сапоги – их гораздо проще мыть.

По словам ученого, все самое опасное находится внутри склона – под слоем глины.

– Гамма-излучение, которое улавливают простые бытовые дозиметры – не самое страшное. Внизу лежат альфа-активные отходы. Но если начнутся работы по строительству хорды и срежут часть холма, то склон «поедет», обнажатся нижние слои. В этом случае нас ждет настоящий апокалипсис, – предупреждает физик.

В том, что склон «поедет», не сомневаются и в «Радоне». «Участки радиоактивного загрязнения могут выявляться при проведении земляных работ в процессе строительства объектов и прокладки инженерных коммуникаций», – говорится в одном из ответов «Радона» на запрос об информации со стороны активиста. 

Годовая доза – за месяц

Сейчас на большей части «коломенской зоны» дозиметр фиксирует естественный природный уровень радиации – 20 мкр/ч. Но возле почвы тревожный сигнал нашего аппарата резко оживает. В ямах и углублениях под корнями деревьев показатели достигают от 100 до 300 мкр/ч.

В одной из таких зон наш дозиметр АНРИ-01–02 «Сосна» нащелкал 640 мкр/ч, что превышает естественный показатель более чем в 30 раз!

Но по сравнению с профессиональными измерениями, проведенными здесь в апреле 2019 года, даже это – цветочки. На одном из участков МЧС зафиксировало дозу, сравнимую с той, которую получит человек, шесть раз подряд слетавший на самолете из Москвы в Лондон. Акт исследования есть в распоряжении редакции: «…был обнаружен грунт, загрязненный радиоактивными веществами (6140 мкр/ч)».

За один месяц в этой точке можно заработать среднюю годовую дозу! 

Образцы грунта собрали и бросили

Параллельно с замерами активистов здесь ведет работы ФГУП «Радон», но в ином темпе. Посреди рабочего дня на посту лишь одинокий, скучающего вида охранник. Недалеко от стоянки «Радона» находим образцы грунта, взятые для исследований. Их расфасовали по пакетам, промаркировали и... так и оставили. Кажется, пакеты лежат уже несколько месяцев – некоторые порвались и рассыпались. Фон от них – 100–200 мкр/ч.

Официально федеральное предприятие вывозит отсюда по 15 кубометров в год.

– В час по чайной ложке, – жалуется Ожаровский. – Они делают полезное, важное дело, но только в тех масштабах, за которые им заплатило московское правительство.

О размерах радиоактивных залежей, которые находятся в недрах коломенского могильника, можно только догадываться. Или найти интервью бывшего главного инженера «Радона» Александра Баринова, которое он дал одному из журналов в середине 2000-х. Специалист рассказал, что загрязненными здесь остаются «десятки тысяч тонн радиоактивного грунта», а вывезти его со склона «нереально». В первую очередь потому, что «очень дорого».

Узнать конкретные цифры не получится. Архивы Московского завода полиметаллов засекречены.

Тень Берии

Кажется странным, что завод изначально организовал свалку прямо на берегу реки. 

В те времена, по словам Андрея Ожаровского, о таких нюансах никто не задумывался. 

– Объект создавался в первой половине XX века. Во-первых, тогда здесь было глубокое Подмосковье. Во-вторых, не было таких норм радиационной безопасности, как сейчас. Отношение к отходам было очень легкомысленное. Они делали то, что делали и другие предприятия – просто выкидывали всё за забор. Я думаю, что эти ребята, отрабатывая рудные концентраты по приказу Лаврентия Берии, получали десятки тысяч тонн отходов и вследствие недопонимания заполняли ими овраги. На предприятии не скрывают, что здесь велись работы, связанные с ядерной программой. Неизвестно, когда именно это произошло, но какой-то хитрован решил: а зачем заводу отходы? «Росатом» территорию скинул, Москва приняла, но не хватило ума нанять директора, восстановить забор и вести работы.

Сейчас из-за повышенного интереса к радиации территория снова огорожена. Это помешает проникать туда любопытным, но вряд ли сможет воспрепятствовать строительству хорды. Буквально неделю назад активистами был обнаружен еще один очаг заражения, с излучением 170 мкр/ч. Он находится прямо на месте будущей стройки.

Контрольные замеры

Чтобы сравнить фон «коломенской зоны» с тем, что витает над остальной Москвой, корреспондент «Собеседника» отправился гулять по городу с дозиметром.

Бывший могильник – 10–12 мкр/ч

На радиацию в Москве натыкались и раньше. Это сейчас в районе Богородское, возле бульвара Рокоссовского возвышаются башни нового микрорайона. 10 лет назад здесь собирались митинги против стройки.

– Инвестор строительства раскопал подземные захоронения. Там были бетонные конструкции, в которых размещались радиоактивные отходы. Все это удачно вывезли, – дал наводку Андрей Ожаровский.

Сейчас здесь чисто. Бытовым дозиметром не удается зафиксировать более 12 мкр/ч.

Возле атомных предприятий – 25 мкр/ч

У крупнейших атомных предприятий Москвы прибор ведет себя живее. Возле Курчатовского института, машиностроительного завода «Молния» чаще всего выпадает около 20–25 мкр/ч, что все равно вписывается в нормальный природный фон. Вокруг «курчатовского» района Щукино давно ходят городские легенды о повышенных дозах – здесь работает шесть реакторов. Чтобы местные жители не волновались, у главного входа висит планшет, на который выводятся показатели излучения у территории завода. Наш дозиметр с ними согласен.

– Исследовательские реакторы значительно менее мощные, чем реакторы АЭС, но и на них тоже образуются радиоактивные отходы и опасные искусственные радионуклиды, которые в случае аварии могут попасть в окружающую среду, а потом – и в организм человека, говорит Ожаровский.

Подземный переход – 34 мкр/ч

В переходе между Курским вокзалом и улицей Земляной Вал дозиметр тревожно и часто запищал – 34 мкр/ч. Превышение минимальное, но есть те, кто проводит здесь большую часть времени – например продавцы из торговых павильонов. Обмеряя стены, я, наверное, выглядел странно. Попрошайка, сидевшая рядом, снялась и ушла в другое место. Может, я ее спас?

– Метро, подземные переходы и аэропорты не являются местами повышенной радиации. Техногенные источники радиации – это медицина, атомная энергетика, выпадение продуктов ядерных испытаний, радиолюминесцентные товары. Они составляют 35% от общего излучения, причем 34% из них приходится на долю медицины, – успокаивает Сергей Сысоев, руководитель отдела экологической экспертизы компании EcoStandard group, которая помогает обнаруживать опасный фон в местах проживания или работы. 

Красная площадь – 67 мкр/ч

Подходя к главной площади Москвы, больше думаешь не о микрорентгенах, а о том, как бы не попасться на глаза полиции. Я вместе с увесистым дозиметром «Сосна» советского производства выгляжу здесь более чем странно. Брусчатка абсолютно чиста – 10–15 мкр/ч. Однако при подходе к мавзолею сигнал раздается чаще. Уже готовлюсь сделать кое-какие историко-политические выводы, но замечаю, что пищит в основном у стройматериалов, из которых на Красной площади возводят очередную инсталляцию – 35 мкр/ч.

На гранитных ступенях у Спасской башни, напротив бюро пропусков в главные ворота страны дозиметр высвечивает 67 мкр/ч – превышение природной дозы радиации в 3 раза!

– Некоторые месторождения гранита, песка, щебня и глины радиоактивны от природы. Были случаи превышения допустимого фона из-за гранита: на набережных в Москве, у каминов, а также в кабинете руководителя одной организации из-за большого гранитного стола. Из этих пунктов только стол или камин могут представлять опасность. При таком уровне радиации негативные последствия для здоровья возможны лишь при длительном нахождении в непосредственной близости, – объясняет Сергей Сысоев.

Доза в бабушкином сервизе

Чтобы радиация проникла внутрь квартиры, не обязательно жить возле могильника с отходами или атомного НИИ. Опасность для проживающих могут представлять куда более безобидные с виду вещи.

– Риску повышенного радиационного облучения подвергаются люди, которые живут в бетонных и кирпичных домах или по соседству с медицинскими учреждениями, использующими рентгеновское излучение, – говорит Сысоев.

По словам эксперта, вопреки популярным мифам телевизор, компьютер и микроволновая печь не являются источниками радиоактивного излучения

– В зоне риска оказываются владельцы раритетных предметов со светящейся краской, старых сервизов, предметов посуды из зеленого стекла, старых ёлочных игрушек и даже часов со светящимися в темноте стрелками, в состав покрытия которых раньше входили радиоактивные изотопы, которые и придавали свечение. Если к помещению есть вопросы, желательно провести компетентные замеры со специалистами. 

Согласно СанПиН, норма безопасности в квартире рассчитывается как фоновый уровень излучения на открытой местности + 0,2 микрозиверта в час (20 микрорентген). Для Москвы норма составляет 0,30–0,32 микрозиверта в час (30–32 мкр/ч).

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №28-2019 под заголовком «Радиоактивная Москва».

Поделитесь статьей:


Колумнисты


Читайте также