Новости дня

19 ноября, понедельник
































18 ноября, воскресенье













Что происходит в ЦАР, где погибли российские журналисты


Военные в ЦАР // Фото: Global Look Press
Военные в ЦАР // Фото: Global Look Press

Африканист рассказал Sobesednik.ru о политической ситуации в ЦАР, где погибли российские журналисты.

Ранее Sobesednik.ru писал об убийстве журналистов Орхана Джемаля, Александра Расторгуева и Кирилла Радченко в Центральноафриканской республике (ЦАР) во время съёмок документального фильма о наёмниках из ЧВК «Вагнер» для «Центра управления расследованиями» Михаила Ходорковского. Автомобиль с россиянами обстреляли на дороге в 23 километрах от города Сибю. Их водитель выжил и стал единственным очевидцем произошедшего. По его словам, на журналистов напали боевики в тюрбанах, говорившие на арабском языке.

Глава ЦУР Андрей Коняхин рассказал, что безопасность россиян обеспечивалась по договорённости с представителями миротворческой миссии ООН в ЦАР. «Мы действовали в соответствии с их рекомендациями: куда можно ехать, а куда нельзя, где поселиться, а самое главное, что водитель был предоставлен съёмочной группе ооновцами», – сообщил Коняхин, отметив, что Джемаль, Радченко и Расторгуев по неизвестной пока причине отклонились от ранее намеченного маршрута.

Орхан Джемаль // Фото: стоп-кадр с YouTube

С момента обретения независимости в 1960 году Центральноафриканскую республику регулярно сотрясают мятежи и военные перевороты. Такие условия не благоприятствуют работе журналистов. В докладе о свободе прессы в мире от 2017 года неправительственной организации Freedom House Центральноафриканскую республику назвали «несвободной» страной. В общем рейтинге она заняла 155-е место из 198 (для сравнения, Россия оказалась на 174-м). В ежегодном «Индексе свободы прессы» по версии «Репортёров без границ» ЦАР в 2018 году заняла 112-е место из 180 (Россия оказалась на 148-м).

«Гражданская война в Центральноафриканской республике отмечена в том числе налётами на редакции газет и уничтожением радиостанций. Нападения на средства массовой информации продолжаются, и гарантии безопасности для журналистов, оказывающихся между воюющими сторонами, практически отсутствуют», – говорится в исследовании «Репортёров без границ».

По данным организации, в декабре 2016 года в столице страны Банги закрыли медиацентр, его оборудование конфисковали. В условиях гражданской войны журналисты вынуждены публиковать в основном слухи и редакционные мнения. «Национальный совет по коммуникациям переходного правительства неспособен выполнять свою регулирующую роль», – говорится в докладе «Индекс свободы прессы». Одним из наиболее авторитетных СМИ, предоставляющим подтверждённую информацию, в ЦАР считается «Радио Ндеке Лука», которое работает при поддержке швейцарского фонда Hirondelle («Медиа за мир и человеческое достоинство»).

Александр Расторгуев // Фото: стоп-кадр с YouTube

О политической ситуации в Центральноафриканской республике Sobesednik.ru расспросил африканиста Александра Зданевича:

– Формально там идёт необъявленная гражданская война. С 2013 года началась эскалация межконфессионального конфликта с участием двух группировок – «Селека» и «Антибалака» [в группировку входят в основном христиане и приверженцы местных традиционных верований – прим. Sobesednik.ru]. Иногда их противостояние обостряется, иногда – затихает.

Это усугубляется политическим конфликтом. Там развёртывалась миссия ООН, последние годы порядка 14 тысяч ооновцев присутствовало на территории страны, но ничего добиться они не смогли.

Ситуация усугубляется ещё и тем, что на территории ЦАР есть достаточно серьёзная минерально-сырьевая база: уран, золото, рассыпные месторождения плюс алмазы. И, естественно, там распространена нелегальная торговля оружием.

Все эти компоненты создают то, что на порядки повышает вероятность печального исхода [для находящихся в этой стране], который мы на сегодняшний момент наблюдаем. К сожалению, это коснулось наших журналистов.

– Можете поподробнее рассказать о «Селеке»?

– Они могут быть причастны к убийству так же, как и любая другая группировка, находящаяся на территории страны. Обвинять их, не обладая достоверной информацией, совершенно невозможно. Мы сейчас имеем фрагментарные данные, в том числе от водителя, который каким-то чудом остался живой. Переезд происходил ночью из одного населённого пункта в другой, и ребята попали в засаду. В обстоятельствах гражданской войны такое случается довольно часто. Кто был конкретным исполнителем, почему они это сделали – мы пока не знаем. Есть лишь печальное последствие – люди погибли. Нет никаких резонов обвинять «Селеку» или «Антибалаку».

– Может показаться, что члены мусульманской коалиции «Селека» – это какие-то террористы. 

– Абсолютно нет, их нельзя назвать террористической организацией. Это воплощение политического конфликта. Это сторонники того, чтобы мир, с их точки зрения, выглядел так, а не иначе. Как могут – с оружием в руках – они это дело отстаивают. Это печально, потому что гибнет много гражданского населения. Просто мы об этом мало информации получаем – и в силу географической удалённости, и в силу того, что российскому обывателю, как правило, нет дела до Центральноафриканской республики.

– Как Вы оцениваете то, что наши граждане поехали туда без охраны и без оружия?

– Это их выбор. Никто не мог их заставить поступить иначе. Так получилось. Скорее всего, это была контрактная работа, но мы не знаем задач, которые перед ними ставили. Мы не знаем сроков и насколько интенсивно они должны были перемещаться по стране. В зонах текущего – вялого или активного – боевого конфликта по ночам ездить никому не рекомендуется. Конечно, было бы разумнее использовать охрану местных государственных служб. По данным посольства, они не были взяты на консульский учёт, то есть они находились в стране по туристическим визам. Соответственно, на свой страх и риск.

– Есть информация, что они якобы дали взятку полицейским за использование аппаратуры.

– Мы не знаем об этом наверняка. У них должно было быть разрешение на проведение мероприятий, связанных со съёмкой фильма, со сбором материала и так далее. Получали ли они это разрешение на каждый конкретный день или на всё время пребывания в стране – бог его знает. Может, у них и не было этого разрешения.

– Что в ЦАР делают наши наёмники?

– О том, что там находятся наши наёмники, только ленивый не писал, но, опять же, мы не имеем подтверждающей информации. Министерство обороны неохотно говорило даже о пяти штатных советниках, которых отправили в войска ЦАР для консультаций. Это было по линии военно-технического сотрудничества под эгидой спецслужб. То есть это не просто так, что взяли и поехали – это не наёмники, а контрактники. 

Что касается частных военных компаний, то эта информация закрыта для обывателей, что и понятно. У журналистов это вызывает неподдельный интерес, всем хочется знать. Но бизнес, с которым связаны ЧВК, может приводить к такому печальному финалу, который мы наблюдаем.

– Наёмников туда притягивает торговля оружием и полезными ископаемыми?

– Конечно. Пока это всё, что я могу вам рассказать по этому поводу.

 

поделиться:


Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания