Новости дня

18 апреля, воскресенье












17 апреля, суббота




















16 апреля, пятница












sobesednik logo

Глава кризисного центра для жертв насилия: В пандемию на помощь нам пришли отели

15:05, 20 июня 2020

Глава кризисного центра для жертв насилия: В пандемию на помощь нам пришли отели
Фото: соцсети Кризисного центра ИНГО
Фото: соцсети Кризисного центра ИНГО

За период пандемии COVID-19 в России обострилась проблема, связанная с домашним насилием – с начала апреля число жалоб выросло в 2,5 раза. Sobesednik.ru удалось поговорить с руководительницей Кризисного центра ИНГО Еленой Болюбах об особенностях работы в период карантина и дополнительных трудностях, вызванных эпидемией. 

Елена Болюбах // Фото: личный архив

– Насколько изменилась статистика в вашем центре в начале пандемии?

– Исходя из статистических данных центра, в период с марта по апрель 2020 года наблюдаются увеличение количества обращений на телефон доверия и явный прирост количества запросов на онлайн-приемную (обращения по переписке). Показатели по индивидуальным консультациям при этом остаются в рамках среднемесячной нормы. Мы предполагаем, что в условиях самоизоляции пострадавшие от домашнего насилия склонны выбирать те способы просить о помощи, которые считают более безопасными и не привлекающими к себе внимание домочадцев. К ним можно отнести разговор со специалистом по телефону либо видеосвязи. По сравнению со среднемесячным количеством обращений 2019 года на телефон доверия в наш Кризисный центр (127), в марте 2020 года прирост звонков составил 35,4%, в апреле 2020 года — 27,5%.

– Как изменилась работа вашего центра?

– В связи с возросшим потоком обращений, в настоящий момент все ресурсы нашей организации направлены на оказание прямой помощи по поступающим клиентским запросам, внутреннюю профилактику выгорания наших сотрудников и интенсивное обучение новых психологов-стажеров работе в онлайн-формате. 

К сожалению, в связи с фокусировкой на реагирование по поводу новых вызовов, связанных с последствиями пандемии, мы вынужденно отложили анализ работы прочих институтов и не готовы на данный момент давать оценку деятельности организаций и представителей государственной власти, а также работы других НКО в этот период. 

– Как давно вы работаете с онлайн-форматом, насколько он был эффективен до пандемии? Какие его преимущества вы можете отметить? 

– Формально мы открыли онлайн-приемную в конце 2015 года. До этого нам просто писали на е-mail, и доля писем от клиенток в отличие от, например, партнеров или журналистов увеличивалась. Какое-то время мы ее тестировали, и она была только вспомогательным форматом к телефону доверия — там мы оказывали в основном информационную помощь, в том числе помогали иногородним клиенткам найти местные организации. Потом мы освоились и стали вести полноценные кризисные консультации по переписке. 

Во время пандемии онлайн-приемная оказалась самым востребованным нашим сервисом. В январе был 321 запрос, в феврале — 454, в марте — 562, в апреле — 608, в мае — 651. У нас к моменту пандемии уже было сложившееся подразделение онлайн-консультанток, и некоторые стажерки тоже к тому моменту прошли практикум по переписке. Наш опыт во время самоизоляции подтверждает, что в наиболее опасных ситуациях, когда обидчик рядом или недалеко, пострадавшие предпочитают использовать наиболее бесшумные способы попросить о помощи.

– Были еще какие-то вынужденные нововведения в работе?

– Насколько нам известно, с апреля 2020 года многие государственные и негосударственные организации Санкт-Петербурга, имеющие стационарные отделения для женщин, пострадавших от насилия, приостановили прием новых клиенток. Однако, как видно на примере статистики, обращения, предполагающие размещения, продолжали поступать и требовали поиска решения. 

Альтернатива тем социальным квартирам, которые сообщили о приостановке приема, была разработана и реализована нашим Кризисным центром в виде коллаборации с городскими представителями гостиничного бизнеса и агрегаторами пассажирских перевозок, проявившими высокую социальную ответственность. 

В середине апреля 2020 года мы объявили открытый призыв к владельцам гостиниц и хостелов Санкт-Петербурга с просьбой предоставить пустующие в условиях карантина номера женщинам, пострадавшим от насилия и нуждающимся в убежище. За месяц наш Кризисный центр оформил сотрудничество с 4 отелями города, предоставившими суммарно более 20 «горячих коек» для пострадавших от насилия. В данный момент уже несколько пострадавших женщин с детьми воспользовались этой возможностью. Согласно договорам, подписанным с руководством каждого из этих отелей, наш Кризисный центр не разглашает их названий в открытых источниках из соображений безопасности клиенток и сотрудников данных гостиниц. 

По поводу приготовления питания для пострадавших женщин с детьми наш Кризисный центр оформил договоренность с проектом «Новая Голландия», осуществляющим благотворительную программу фабрики-кухни «Помоги соседям». Также нашу инициативу поддержала  служба  Яндекс.Такси на предмет доставки обедов из «Новой Голландии» клиенткам, заселившимся в отели на период самоизоляции. Данная инициатива реализуется нашим Кризисным центром на волонтерских началах, и наши новые партнеры из 4 отелей, «Новой Голландии» и Яндекс.Такси также предложили свои услуги как добровольцы и на безвозмездной основе. По запросам мы готовы масштабировать свой опыт коллаборации с гостиничным бизнесом для координации усилий по реагированию на глобальные последствия пандемии и снижения порога доступа к помощи для пострадавших. 

 

– Как на данный момент вы видите продолжение сотрудничества с гостиницами в период снятия и после полной отмены карантинных мер?

– Одна из гостиниц уже подтвердила продолжение сотрудничества с нами после пандемии. 

– Существует мнение, что в России из-за вовлечения полиции маховик домашнего насилия в семье раскручивается сильнее. Как по вашему, полиция играет спасительную роль для жертвы в этом случае?

– Да, такие случаи, к сожалению, нам известны. Фраза «когда убьют, тогда и приходите» стала уже мемом в нашей сфере. Бывает, что полицейские только спрашивают «Кто тут у нас соседям мешает?» и уезжают, и после этого муж бьет жену сильнее, потому что «настучала». Но тем не менее мы все равно рекомендуем обращаться в полицию. Это способ зафиксировать, что угроза для жизни пострадавшей была. И это все-таки вариант получить помощь здесь и сейчас. Кстати, по нашему опыту, когда полицию вызывает не сама женщина, а просит это сделать нас для нее, такие вызовы полиция воспринимает серьезнее, как более весомые. 

– Были ли какие-то дополнительные трудности при вызове полиции во время карантина?

– Однозначно во время карантина было больше случаев, когда мы оценивали опасность для женщины так, что сами предлагали вызвать полицию. Например, раньше мы практически никогда не сталкивались с такими случаями на онлайн-приемной. Но за карантин было несколько случаев, когда женщина могла только печатать сообщения, что происходит насилие, что ей очень страшно, но муж находится в квартире и она не может никому звонить.

– Можете прокомментировать, насколько тяжело было вашим клиенткам сообщить о насилии или выбраться из дома в условиях, когда агрессор постоянно рядом?

– По-разному. Бывали обращения, когда клиентке очевидно было тяжело печатать. У кого-то был неродной русский, у кого-то, вероятно, из-за стресса были трудности с тем, чтобы ситуацию нам объяснить во всей полноте. Наконец, были случаи, когда в ответ на наши предложения вызвать полицию (по трудным случаям насилия) клиентки отказывались.

 

– Какие вы видите основные препятствия в деле профилактики и борьбы с домашним насилием в период карантина?

– На наш взгляд это – изначальная ориентация большего количества социальных служб города на оказания офлайн-услуг (психологических, юридических, социальных), слабо представленный на рынке социальных услуг онлайн-формат и недооценивание формата онлайн-переписки как наиболее безопасного для пострадавших в условиях постоянного физического присутствия обидчиков рядом. Также отсутствие крупных (городских, региональных или глобальных) инфо-кампаний, мотивирующих население обращаться в те или иные помогающие службы или службы экстренной и кризисной помощи в период самоизоляции. Помимо этого дополнительным препятствием является отсутствие специальных программ финансирования деятельности сервисов комплексной помощи пострадавшим от домашнего насилия в период самоизоляции, а также финансирования мероприятий по профилактике выгорания помогающих специалистов в связи с возросшей нагрузкой.

– Как по вашему, какой максимально эффективный алгоритм действий при обращении за помощью в условиях изоляции?

– Написать в онлайн-приемную, описать что происходит, назвать свои фамилию имя и отчество, адрес и телефон, попросить консультантку вызвать полицию на адрес пострадавшей. 

Рубрика: Общество

Поделитесь статьей:

Колумнисты

^