Новости дня

09 декабря, воскресенье





























08 декабря, суббота
















Откуда в зонах берутся деликатесы, техника и прочая роскошь

«Собеседник» №44-2018

Фото Вячеслава Цеповяза, который чувствует себя на нарах, как на Канарах, уже несколько лет блуждали по интернету. А на прошлой неделе были опубликованы в СМИ, и не отреагировать ФСИН уже не смог. Цеповяза перевели в ШИЗО за «нарушение режима».

– Крабы и икра – это редкость, конечно, в местах лишения свободы, но не уникально, – прокомментировал «Собеседнику» правозащитник Комитета против пыток Дмитрий Пискунов. – Состоятельные сидельцы могут себе позволить многое и за решеткой. По закону разрешены 4 посылки в год по 20 кг, плюс можно заказывать продукты через онлайн-магазин ФСИН, так называемый ФГУП «Калужское». Там достаточно много разрешенных продуктов.

Кто мог снабжать Цеповяза деликатесами и деньгами на их приобретение? На воле у заключенного остался брат Сергей, которого арестовывали по тому же делу в числе первых. Он 8 месяцев провел в СИЗО, но в итоге был признан невиновным и отделался штрафом в 150 тысяч рублей за недонесение о преступлении. 

До недавнего времени его бывшая жена Наталья считалась чуть ли не самой богатой женщиной на Кубани. Цеповяз переписал на нее свое основное предприятие – агрохозяйство «Слава Кубани». Говорили, она жила то в шикарных апартаментах Ростова, то в самом центре Москвы – на Тверской-Ямской, ходила в элитные бутики и магазины, а отдыхала на французском Лазурном Берегу и в Савойских Альпах. 19-летней дочери Цеповязы подарили «Ауди ТТ» (на 17-летие) и фитнес-клуб. Правда, в последнее время, как говорят, дела у семьи пошли не очень. Дорогущие украшения, 6 норковых шуб, домашняя пивоварня, ресторанный комплекс «Усадьба» площадью 700 кв. м, многоуровневый жилой дом и многое другое имущество пошло на продажу.

Жена винит барские замашки мужа за решеткой, на содержание которого она тратила около 3 млн рублей в год. Причем траты якобы шли не только на крабов, но и на обустройство колонии – ремонт комнаты отдыха, где, судя по фото, и любил посидеть Цеповяз с товарищами, а также на оборудование для пасеки при колонии.

Эта история всплыла наружу благодаря жене Цеповяза, с которой у него возник имущественный спор при разводе. Если бы не семейный конфликт, Цеповяз мог бы и дальше спокойно поедать крабов и икру весь оставшийся от 20 лет срок.

Шикарно жить на зоне – это по понятиям

Крабы, шашлычок, телевизор в «вип-камере», отлучиться на волю «по делам» – далеко не весь список радостей жизни богатых и авторитетных зэков вроде Вячеслава Цеповяза. Если есть деньги, то можно организовать максимально комфортные условия и в стенах тюрьмы. Правозащитники уверяют: это обычная практика и удивляться тут нечему.

В каких условиях осужденный будет отбывать срок, решается сразу по прибытии в колонию.

– Когда оформляется этап, его формируют «нарядчики». Чаще всего эту функцию выполняют именно зэки. Это запрещено, но стучать по клавиатуре сотрудникам колонии обычно не хочется: это муторно и скучно, поэтому заключенных допускают к компьютерам и личным делам новых поступающих, – рассказывает глава юридического департамента фонда «Русь сидящая» Алексей Федяров. – Составленная справка (из нее видно, по какой статье осужден новичок: если экономическая – значит, платежеспособен) отдается начальству колонии. А к новичку на карантине подруливают зэки и ведут переговоры – администрация этим заниматься не будет. Дальнейший комфорт зависит от того, как новоприбывший поговорит и выстроит отношения в колонии.

Варианты решения вопроса могут быть разные: богатый новичок может сделать что-то для колонии (купить, построить или отремонтировать) или платить.

По словам Федярова, у человека, который «договорился», может быть свое место на зоне – в библиотеке, спортзале, медсанчасти и т.д., – где он будет отбывать срок. И туда никто не заходит – ни проверяющие, никто. И там есть все: и нормальная кровать, и чайник, и холодильник, плазма, кресло, стол, компьютер...

В начале этого года член Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) Ева Меркачева нашла «вип-камеры» и в столичном СИЗО «Матросская Тишина».

Единого ценника на «вип-камеры» в неофициальном прайсе колоний нет: пребывание в удобной и чистой камере может начинаться от 50 тыс. руб. в месяц. Впрочем, по словам правозащитников, в последние годы цена сильно выросла: это связано с кризисом и увеличением числа арестованных по экономическим статьям. Как правило, это бизнесмены, чиновники, банкиры...

«Випам» автоматически обеспечивается безопасность, комфорт, возможность внеплановых длительных свиданий, ну и еду туда можно заказать  какую хочешь.

Запрещенка

На сайте ФСИН достаточно четко прописано, чего не должно быть у осужденного. В списке запрещенки числятся продукты, которые требуют термической обработки (за исключением чая, кофе, сухого молока), опасные предметы, одеколоны, компьютеры, фотоаппараты и мобильники. Это и многое другое заключенный не может принести с собой на зону, принимать в качестве передач или покупать.

– Делать шашлык в колониях нельзя, – комментирует юрист Ирина Бирюкова. – Поскольку запрещено передавать продукты, требующие тепловой обработки.

– Икра и крабы тоже запрещены, – подтверждает и Федяров. – Погуглите сами – нет этого в списке разрешенных на зоне продуктов. А из ресторанов заказывать на зону нельзя никакую еду. Но, к примеру, в Иркутске есть колония для бывших сотрудников правоохранительных органов, где на территории есть кафе. Имея положительные характеристики, зэк может организовать там встречу с семьей.

Легальное послабление

Правила созданы для того, чтобы их нарушать. Пенитенциарная система не исключение. В результате у зэков появляются телефоны, удобства и деликатесы.

– В колониях есть два пути, как это все может туда попасть. Первый – это «ноги», то есть сами сотрудники. Они могут занести все что угодно. Те же телефоны, которые потом могут сами изъять, посадить за них в ШИЗО, потом еще раз перепродать этим же осужденным, – объясняет Бирюкова. – Второй – это барыга: человек внутри колонии, у которого можно купить почти все. Понятно, что за большие деньги.

– Как правило, на воле есть человек, которому заключенный переводит деньги и дает список того, что нужно. Потом это все приезжает на зону в машине, которую не проверяют, – добавляет Федяров. – Фсиновские правила давно пора менять. Все мы знаем, что у заключенных есть и телефоны, и доступ в интернет – так почему бы не разрешить это официально? К примеру с 18:00 до 19:00 пусть звонят родным, читают новости...

По крайней мере, такие послабления могли бы резко отрезать от «кормушки» сотрудников колоний. Если, конечно, у самих зэков аппетит не увеличится.

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №44-2018.

поделиться:


Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания