Новости дня

21 сентября, пятница









20 сентября, четверг





























19 сентября, среда







Татьяна Лазарева: Мы Путину уже не верим

«Собеседник» №33-2018

Татьяна Лазарева на «Марше матерей» с любимой игрушкой 18-летней Анны Павликовой
Татьяна Лазарева на «Марше матерей» с любимой игрушкой 18-летней Анны Павликовой

15 августа в Москве прошел «Марш матерей» в защиту молодых людей, которых судят по делу организации «Новое величие». Двух девушек и восьмерых юношей закрыли в СИЗО, обвинив в участии в экстремистской организации. Притом что их специально вовлек через интернет в эту группу провокатор из силовых структур. После акции двух девушек все-таки перевели под домашний арест. Одним из организаторов марша стала актриса и телеведущая Татьяна Лазарева.

– Несколько моих подруг, которые уже не могли просто обсуждать сложившуюся ситуацию в фейсбуках и на кухнях, решили, что надо выходить на улицы в защиту детей, – проясняет свою позицию «Собеседнику» Татьяна Лазарева. – Они и придумали «Марш матерей». Позвали и меня, я согласилась. Подписала письмо. Поэтому доблестные работники МВД записали и меня в организаторы. Я позвала еще актрису Яну Троянову, которая тоже согласилась, и ее тоже автоматически объявили организатором. Вскоре нам всем пришло уведомление о том, что «вы являетесь организатором несанкционированного митинга и имейте в виду, что за это вас можно привлечь к административной или уголовной ответственности». Мы знали, на что идем, даже готовы штраф заплатить. Просто молчать уже оказалось невозможно. У нас не было другого выхода. 

– Таня, а почему несанкционированный марш? Вам отказали или вы не подавали заявку?

– Нет, мы не подавали. Есть большой опыт, когда ты начинаешь действовать по правилам – согласовываешь митинг (шествие, марш) за пятнадцать дней, потом тебе отказывают, снова подаешь заявку, отказывают и так далее. А девочки в СИЗО реально находились уже в плохом состоянии. Ждать нельзя было. Как мать скажу тебе: так поступать с детьми преступно!.. Если честно, мы хотели выйти на марш с несколькими моими подругами и вовсе не ожидали, что соберутся полторы тысячи человек. Люди захотели показать детям: есть другие взрослые, есть другой мир, не бойтесь!

– Это правда, что вы были против того, чтобы на марш пришли политические деятели?

– Так и было. Мы сразу открыто говорили, что эта акция не политическая, никаких митингов не будет. Это был совершенно мирный марш. Когда мы дошли до здания Верховного суда, я лично просила людей, чтобы не было никаких провокаций, не выкрикивали политические лозунги. Все прошло благополучно... Политиков мы действительно просили не приходить. Например, я лично просила Юлю Навальную, чтобы не приходил Лёша, хотя я понимаю, что он как отец полностью на нашей стороне. Юля пришла без супруга. Присутствие политиков на марше превратилось бы в политическую акцию. А так вышли мамочки с игрушками в защиту детей. 

– Почему у тебя в руках была игрушка – розовый единорог?

– Потому что это любимая игрушка одной из заключенных – Ани Павликовой. Ее принесла из дома мама Ани. Девочка совсем же еще ребенок, она еще с игрушками спит. Кстати, моей дочери 19 лет, и у нее дома до сих пор тоже полно любимых игрушек.

С детства была неудобная

– Ты как-то следишь за своими дочками Тоней и Софьей? С кем они общаются в интернете, в каких группах состоят? Ведь подобная провокация с каждым ребенком может случиться...

– Чтобы такого не произошло, нужно быть близким со своими детьми. Обсуждать с ними по возможности любые темы. Нужно рассказать, что его могут обмануть в том же самом интернете, что опасно общаться с такими людьми и на такие темы. Думаю, это все, что можно сделать в таких случаях.

Я прекрасно понимаю, что у моих детей есть свои секреты. Знаю, что моя Соня пару раз ходила на митинги Навального, из любопытства скорее. Запретить ходить на любые митинги я им уже не могу, но объяснить ситуацию в моих силах. Мне ужасно стыдно, что вокруг наших детей такой мир, в котором не все взрослые хорошие и честные. И об этом я им говорю.

Знаешь такой анекдот про сортировщика апельсинов? Он приходит на прием к психотерапевту, который его спрашивает: «Как проходит ваш рабочий день?» – «Я прихожу, и на меня начинает сыпаться гора апельсинов. Большие я кладу в коробку справа, маленькие – в коробку слева, а средние – в коробку по центру». Врач спрашивает: «И в чем же ваша проблема?» Сортировщик отвечает: «Мучаюсь, потому что я каждую секунду должен принимать решение». Понимаешь?! Так и с ребенком-подростком – ты каждую минуту принимаешь решение. Это дико сложно. 

– Твои политические взгляды  дети наверняка знают. Они их разделяют?

– Мы с Мишей (супруг Лазаревой – телеведущий Михаил Шац. – Ред.) не призываем их идти с нами на тот или иной митинг, ни в коем случае. Но они имеют право сами определять свои взгляды. Наша оппозиционность никак не давит на детей. Самое главное – быть рядом с ребенком, который нащупывает свой путь. 

– А твои родители не говорили тебе, мол, «Танечка, не связывайся, не стоит, это опасно – быть оппозиционеркой к власти»?

– Я с детства была такая неудобная. А мои родители, поскольку были хорошими учителями, проповедовали в том числе и то, что маленький человек – это личность.

Конечно, я видела, что в каких-то случаях они были недовольны. Я, например, бросила институт из-за одной неприятной мне истории и знаю, что они расстроились. Но когда-то папа настоял, чтобы моя старшая сестра Ольга поступила учиться в университет на экономиста. Она этого не хотела, но его просьбу выполнила и даже пару лет поработала по специальности. А потом пришла к родителям и сказала: «Теперь позвольте мне делать то, что я хочу». Видимо, со мной они уже поняли, что нельзя заставлять детей проживать чужую жизнь. 

– Как думаешь, а если бы на этот марш или на какой-либо другой митинг к народу вышел Владимир Путин и он бы спросил тебя: «Таня, скажи, что же ты хочешь? Зачем вышла на улицу?», что бы ты ему сказала?

– Понимаешь, если бы он даже и спросил нас... Это уже без толку. Мы, те, кто все-таки беспокоится о будущем нашей страны, ему уже не верим. Мы же понимаем, что все катится куда-то вниз, и простить это сложно.

Когда тебе скажет мэр Москвы: «Что вам еще нужно? Прекрасный город, детские площадки есть, гулять есть где, и велосипедные дорожки, и плитку меняют каждый год, чтобы вам, сволочам, было удобно ходить. Чего не хватает еще?» Нелепо на это отвечать, что ты ищешь свободу слова, например. Или то, что хочешь искоренить коррупцию, чтобы честно работали суды. Они же этого не поймут, хотя все это прописано в Конституции! 

Нам остается выходить на улицу, чтобы хоть как-то донести свое отношение к происходящему в стране. Ну ведь это извращение, что мы радуемся даже малому: перевели под домашний арест Алексея Малобродского (по делу «Седьмой студии») или этих двух девочек. А ведь над ними и дальше будут издеваться... Мама Ани Павликовой рассказывала, как взрослые дядьки, конвоиры, везут девочку на суд и усмехаются: «Ну что, террористка, фигово тебе сейчас будет!» А потом ведут ее, как опасного преступника, толкая в спину. Холодеет внутри.

– Некоторые тебе скажут на это: «Не нравится – вали из страны». Кстати, тут информацию в «Википедии» прочитал, будто бы ты живешь в Испании. Откуда такие слухи?

– Обо мне еще не то прочитаешь. В Испании учится наша младшая дочь, а я с ней живу. Здесь все равно у меня работы мало. Тем более меня не устраивает ни наше образование, ни отношение к детям в школе... Я три года терпела, меняла школы, а потом поняла, что не хочу. Не хочу, чтобы мои дети росли в обстановке унижения и насилия. Хочу вырастить свободных людей. А где им потом жить, выберут сами.

Знаешь, у многих наших чиновников дети давно уже учатся и живут за границей, но они нам об этом не говорят. Это уже считается у нас нормой: «Не нравится – ну и уезжай». А почему-то не считается нормой, что критикую я страну, потому что пытаюсь исправить в лучшую сторону, рассказать о наших больных местах.

С мужем Михаилом Шацем и дочерьми Софьей и Антониной // фото: Игорь Коваленко

С мужем теперь в черном списке

– Историю, как телепродюсер Вячеслав Муругов убрал вас с Мишей с СТС в один день, ты рассказывала. Мы понимаем, что случилось это после ваших посещений оппозиционных митингов. Любопытно, ты поздороваешься с ним, если встретишь? Есть ли обида?

– Мы не так часто с ним и встречаемся... Конечно, поздороваемся. Он поступил так, потому что не мог поступить по-другому. Видимо, у него тоже на это были какие-то причины. Мы все выбираем, как тот мужик с апельсинами. Почему он так сделал? Не знаю. Спроси у Муругова, было бы интересно узнать его точку зрения о нашем уходе с канала. Кстати, за эти годы он ни разу на эту тему не высказывался.

(К сожалению, на момент подписания этого номера Вячеслав Муругов находился за границей и, услышав, что беспокоит «Собеседник», отключил телефон. – Ред.)

– И теперь вы с Мишей в черном списке на телевидении?

– Видимо, да, что уж тут скрывать. И многие мне об этом честно говорят. Слушай, меня шесть лет не зовут на работу на телевидение. Не так давно мне позвонила Лена Малышева и пригласила в свою медицинскую программу на «Первом канале» рассказать о своих болячках. Я ее переспрашиваю: «Лен, ты понимаешь, что тебе не разрешат меня пригласить?» Она: «Все узнала, тебя пустят. В августе съемки». И вот уже сентябрь, и никаких съемок нет.

– В интернете вы с Мишей делали видеоролики «Телевидение на коленках», где высказывались о проблемах в стране, критиковали власть. Почему прекратили выпускать передачу?

– Это такое же телепроизводство, в которое надо вкладывать деньги. А денежного ресурса нам не хватило. Но мы что-то опять придумываем. Возможно, скоро появимся в интернете с новым проектом. 

– Денег стало меньше?

– Конечно, и не в разы, а в сотни раз меньше. Но я поняла, что человеку не так много и нужно. Главное, чтобы была крыша над головой. От многого мы уже отказались и не грустим. Я зарабатываю все-таки, не такими масштабами, но иногда приглашают вести мероприятия. Еще выступаю как спикер или модератор на каких-либо конференциях, форумах.

– А благотворительный фонд «Созидание», которым ты занимаешься, зачем тебе это вообще надо?

– Я этим начала заниматься пятнадцать лет назад, и моя цель была – привести людей к пониманию, что нормально, когда ты делишься своим свободным временны́м или денежным ресурсом с нуждающимися. Многие артисты раньше делали это тайно, но я призывала: «Не имеешь права, нужно показать своим поклонникам! Чтобы они шли за вами и тоже помогали!»

Что это дает нам? Мы получаем уважение к себе, подтверждаем свою значимость, и это нормально – помогать тому, кто слабее тебя. Сделал благое дело – и уже хорошо. 

– Татьяна, а как думаешь: чем сейчас может гордиться наша страна? Мы ругаем, критикуем, а что-то хорошее есть?

– Гонкой вооружений, в которой мы пытаемся сами себя обогнать.

А если серьезно, наша страна имеет такую специфическую историю, что мы вполне можем гордиться этой историей. Мы вполне уже можем (и это иногда происходит) провести работу над ошибками. Да, признать, что был не прав, что наше с тобой поколение воспитывалось совершенно неправильно, – процесс медленный. Но он уже идет. И наши дети – поколение все-таки правильное, они понимают, что жить надо сейчас и здесь.

Татьяна Лазарева // фото: Global Look Press

Наша страна может поднять себя, но, конечно, это не сразу произойдет. Мы с тобой, наверное, этого не увидим. Но люди уже начинают реально задумываться и спорить, у них появилось желание постоять за себя. Люди начинают себя уважать, и этим вполне можно гордиться. Каждый человек должен жить в любви к себе, а не проживать чужую жизнь, к чему нас когда-то приучали.

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №33-2018.

Теги: Путин, Навальный, Серебренников

поделиться:






Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания