Новости дня

23 января, вторник






























22 января, понедельник















Шаварш Карапетян: Лучше бы я умер у порога Кремля! Мне дали оружие, а я не смог его сохранить...


Факел с олимпийским огнем //

Знаменитый Шаварш Карапетян, который 37 лет назад спас 20 человек из сорвавшегося в озеро троллейбуса, рассказал, как пережил недоразумение, случившееся во время его этапа эстафеты огня Сочи-2014: потухший у стен Кремля факел, снова зажженный зажигалкой одним из охранников.

Когда я позвонила Шаваршу договориться о встрече, он ответил, что вечером занят: «Вновь бегу с олимпийским огнем». Удивившись, уточняю у организаторов, где и когда можно будет увидеть Карапетяна с факелом, но они напоминают правило: один человек не может дважды быть факелоносцем. Но Карапетян все-таки побежал. И снова с факелом возникла проблема. Тот упорно не хотел загораться, и я своими глазами видела почему: в суматохе праздника помощник факелоносца не успевает до конца открыть клапан подачи газа. Но в остальном вторая попытка прошла гладко, Карапетяна тепло встречали зрители. Для них, кого ни спроси, он по-прежнему герой, а не факелоносец.

«Я, как плохая женщина, сразу согласился»

– Может быть, еще десерт? – Карапетян по-кавказски гостеприимен. После второго забега мы встретились в кафе на окраине Москвы, где он живет и работает сапожником уже много лет.

Я отказываюсь, на что Шаварш говорит:

– Вы напоминаете девочку из армянского анекдота, у которой папа спрашивает, хочет ли она конфетку. «Нет, – отвечает девочка. – Я с утра уже ела борщ».

– Когда вам предложили стать факелоносцем?

– Это было в сентябре, за месяц до начала эстафеты.

– И вы сразу согласились?

– Да, сразу, как плохая женщина.

– Волновались?

– Нисколько, потому что не думал, что попаду в окончательный список. Это предложение должны были еще подтвердить. Мне вообще сначала предлагали бежать в Сибири.

– Почему? У вас там корни?

– Конечно, у нас у всех корни в Сибири. Раньше Северный Ледовитый океан был тут, где мы сидим (смеется). Я сам попросился бежать в Москве, и мне предложили десерт – сказали, что буду бежать в Кремле.

– Глава оргкомитета «Сочи-2014» Дмитрий Чернышенко сказал, что десять первых факелоносцев выбирал и утверждал лично Путин. Вам приятно, что президент вас знает и уважает?

– Я Путина тоже знаю лично.

Как познакомились?

– Много лет назад был создан Союз армян. Тогда мы познакомились и он сказал: «Барэв-дзэс» (по-армянски «здравствуйте», – авт.). Путин тогда сказал, что Петр Первый в свое время издал указ о том, что армян нужно приютить, согреть, накормить и дать работу. Прошло столько времени, но этот приказ никто не отменял. Классные слова. Хотя близко с Путиным я не общался.

– Перед забегом вы встретились второй раз?

– Почему второй? Я часто бываю на таких форумах, куда и Путин ходит. На этот раз я стоял с командой факелоносцев, а он с волонтерами. С ними он общался не как президент, а будто это его семья. Проходя мимо ребят с флагами, он засмеялся и сказал: «Да что вы как по стойке смирно передо мной стоите?» Не сурово шел, а очень просто, человечно.

«Это моя вина»

– Какой инструктаж с вами провели перед эстафетой?

– Полный. Объясняли, как держать факел, чтобы огонь не перекинулся на тебя, чтобы не было травм. Сказали, что можно нести его и правой, и левой рукой, менять руки, если устанешь, держать повыше, если тяжело. А то, что случилось на моем этапе... (Вздыхает.) Я не так среагировал. Должен был подойти к охраннику и встать – больше никаких движений. Он бы шум поднял и вызвал кого-то на помощь. Но он не мог: Кремль, народа мало, охранник не имеет права со службы уйти.

– Не ваша вина, что так случилось.

– Нет, это моя вина. Когда тебе дают оружие, ты за него отвечаешь и обязан беречь его, использовать так, как приказано. Я не смог сохранить огонь...

– Факелы гаснут часто, тут нет никакой трагедии. Не вините себя. А что было после передачи эстафеты?

– Я вернулся обратно в наш штаб, где все собрались, расцеловались. Но радости было мало. Это, конечно, не самое ужасное, что я пережил, но я очень ответственный человек, и этот отрезок был самый ответственный, потому что Кремль – святыня нашей родины.

– Можно спросить, о чем вы говорили с охранником, который зажег факел зажигалкой?

– Никакого разговора не было.

– У него одна рука была в кармане. Там пистолет?

– Оружия у него при себе не было, но вообще это тайна.

– Потом вы с ним виделись?

– Нет, я его не знал, не знаю и не видел больше никогда.

– В интернете случившееся активно обсуждают, но некоторые пишут, что огонь склонился перед величием ваших подвигов.

– (Грустно.) Про меня много чего пишут... Главное, поверьте, не было никакой зажигалки, о которой все говорят! Не было! Ее не существует!

«Факел подарю бассейну»

– О чем думает факелоносец, когда бежит с олимпийским огнем?

– В Кремле я очень волновался: мне доверили честь и совесть нации. И лучше бы я умер у его порога, чем…

– Перед забегом я вас спросила, кому вы его посвящаете. Вы не успели ответить.

– Ты не имеешь права посвящать забег кому-то, кроме тех ребят, которые выступают на Олимпиаде. И я посвящаю его им.

– Вашей семьи в Кремле не было, они не видели вас с олимпийским огнем. А во второй раз?

– Нет, я не знал, где побегу. Об этом сказали в последний момент. Даже при разминке мы этого не знали.

– Факел вам подарили?

– Их подарили всей первой десятке, и форму тоже. Про второй сказали, что работает формула трех пальцев.

Что за формула?

– Это значит шиш, нельзя.

– Но каждый факелоносец имеет право купить свой факел за 12.000 рублей. Не хотели приобрести?

– Я человек старой закалки: хотел деньги снять и расплатиться наличными. Нет, отвечают, надо бумажку показывать, что-то оформлять. Дети быстрее рождаются.

– Что сделаете с факелом и формой?

– Подарю его бассейну в Москве, где когда-то тренировался, а форму будет носить мой сын. Он спортсмен, надеюсь, выступит когда-нибудь на Играх.

«Мужчина должен до смерти работать»

– До эстафеты о вас мало вспоминали, почти никто не знал, что вы тихо живете в Москве и работаете в обувной мастерской.

– Это первое мое дело, но сейчас мастерская у меня на последнем месте. Я туда месяцами не захожу.

– Чем занимаетесь?

– Часто приглашают на открытие церквей, участвую во всех армянских форумах. Подружился со многими бизнесменами, артистами, министрами. Видел первых леди всех стран. Самой красивой считаю жену Алиева.

За подвиги вам положено какое-то пособие?

– Мужчина должен до смерти работать и зарабатывать деньги для семьи, а не жить на пособия! У меня трое детей, две дочки и сын. Старшей – Лусинэ – 30 лет, она начальник отдела в Центральном банке. Средней – Заруи – 29, работает корреспондентом. Сынок Тигран, ему 16, заканчивает школу и будет поступать в институт, профессионально занимается плаванием. Жена – домохозяйка, но когда надо, работает со мной.

Шаварш, известно про три ваших подвига. Может быть, есть еще, о которых немногие знают?

– Миллион, все и не упомнить. Ну хорошо, про самолет рассказать или про ребенка?

– Про ребенка.

– Соседский ребенок, у которого эпилепсия, глотает язык, отец сразу падает в обморок, мать стучится в соседнюю дверь, а мы там празднуем день рождения брата. Она только говорит: «Ребенок!» – и падает. Мы заходим и видим, что ребенок на полу чернеет. Пытаюсь открыть ему рот – он не открывается. Понимаю, что это эпилепсия.

Придавил ложкой, рот открыл, язык вытащил. Мать шлепнул – она пришла в себя и ведро воды вылила на отца. Я не назову это героизмом, просто реакция на ситуацию. Отец не имеет права падать в таких случаях в обморок. Потом я узнал, что один ребенок у них уже погиб от эпилепсии. Всегда нужно думать, как выйти из любой ситуации. Нам иногда не хватает смелости это делать.

Смотрите фотогалереи:

Самые провокационные и неоднозначные гостраты российского бюджета [ФОТО]


"Кровавая" Олимпиада-2014 в Сочи [ФОТО]


Читайте также:

Как гаснущий факел Олимпиады в Сочи-2014 спасет россиян

В организационном комитете "Сочи 2014" объяснили причину того, что олимпийский факел не зажегся с первой попытки

а также другие публикации о ЗИМНЕЙ ОЛИМПИАДЕ-2014 В СОЧИ

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания