Новости дня

21 октября, суббота




















20 октября, пятница
























Как спасти своих детей от вербовки в ИГИЛ?


Sobesednik.ru обсудил с психологом, как удержать членов семьи от побега к экстремистам, раскинувшим сети в Интернете.

Не успели мы узнать о том, что московская студентка Варвара Караулова, возможно, опять подверглась влиянию вербовщиков террористической организации (кстати, большое интервью с ее мамой читайте ЗДЕСЬ), как стало известно еще об одной девушке, пытавшейся уехать к своему жениху в Турцию, который тоже мог быть связан с «Исламским государством» [деятельность признана экстремистской, запрещена на территории РФ решением суда]. В последний момент благодаря вмешательству отца ее остановили на госгранице — правда, сама девушка уверяет, что именно её родители историю с причастностью жениха к ИГ и выдумали.

Есть ли серьёзная угроза и как родителям взрослых незамужних дочерей понять, что нужно бить тревогу? Об этом Sobesednik.ru расспросил практикующего психолога Евгения Идзиковского, руководителя центра психологической помощи «Путь рассвета».

— Как родителям, у которых есть взрослые одинокие дочери, которые зависают во «Вконтакте» и прочих соцсетях, понять, что это за люди, с которыми они переписываются?

— Первым делом, нужно иметь хороший контакт со своими детьми, — напомнил Евгений Идзиковский в интервью Sobesednik.ru. — Подростки не то чтобы скрытные — они защищаются от вторжения в личное пространство. Если родители себя неадекватно ведут, то родители, конечно, ничего рассказывать не будут, а если отношения дружеские, то в принципе они поделятся с самыми близкими людьми важным в своей жизни: молодой человек, крупные события, эмоции.

— Если отношения только завязываются в Интернете, девушка парня толком не знает, а он может оказаться кем угодно, в том числе и вербовщиком, и просто хорошим человеком. Как тут быть?

— Таких историй мало — чтобы кто-то написал русской девушке из Турции и даже Сирии и потом у них все сложилось. Все равно это проблемная ситуация для человека: переезд в другую страну, проблемы с учебой и работой. Неясно, почему они не хотят знакомиться с кем-то в своей стране. Процент мошенников среди них очень велик. Это не очень нормально, когда социально адаптированная девушка начинает общаться с кем-то не своего круга, а с непонятными людьми из другой страны. Если хочется переписываться с иностранцами, пусть общается с кем-то из США или Европы. По крайней мере, меньше проблем будет при переезде.

— Но европейцы не такие активные, как, например, турки, которые засыпают комплиментами и обещают жениться и все, что девушка хочет.

— Имеет смысл съездить пообщаться в другие страны и посмотреть, что там происходит. Турция для нас доступна, исключая инцидент с самолетом. Можно съездить посмотреть, но вряд ли там будет семья. Каждый отдельный турок может быть нормальным, но в массе очень много историй девушек, которые в результате были разочарованы. Я лично не знаю ни одной истории успеха, когда девушка с кем-то списалась, уехала и ей там было хорошо. Всегда были какие-то проблемы. Это я говорю про Москву. Для глубинки ситуация может выглядеть более привлекательной, потому что у них меньше вариантов у себя. Родители же должны понимать, чем живет их ребенок, какие у него ценности и убеждения, на что он тратит свое время и почему, какие книжки читает, с кем разговаривает.

Любая вербовка — это изменение мировоззрения, — объясняет психолог. — Когда у человека начинает оно меняться, возникают новые идеи, о которых он начинает говорить, потому что это для него важно. Вы сами, если прочитаете книжку или посмотрите фильм, который вас поразил, только об этом и говорите. Если вербовщики начинают промывать мозги по поводу высшей справедливости, Аллаха и прочего, то человек и с близкими начинает говорить и конфликтовать об этом. Либо наоборот — перестают совсем разговаривать с родителями и создают конфликты ни о чем, когда конфликт — это повод, а причина неясна. Тогда можно в мягкой форме поинтересоваться, что с ним происходит в личной жизни.

С кем она переписывается, определить трудно, потому что если это конец школы — начало института, то она может переписываться с очень многими. Может быть до 80 социальных контактов, которые невозможно отследить. Нужно обращать внимание на смену составляющей разговоров. Важно не то, что человек делает, а почему. Если меняется мотивация, то за этим что-то стоит.

— Могут родители сказать: «сейчас в обществе неспокойно — можно посмотреть, с кем ты переписываешься?»?

— Она скажет «нет» и сотрет переписку.

— Родители не смогут найти такие слова, чтобы убедить просто посмотреть, кто пишет и в целом о чем?

— Нет. Если вербовка уже началась, ее уже настроили против ее близких. Такой интерес она воспримет как сигнал, что они за ней следят и ее не понимают. Это шаг в пользу вербовщиков.

— А если самим притвориться турком, завязать переписку и посмотреть, как она отреагирует?

— Этого они не смогут.

— Что делать, если родители заметили изменения в ребенке?

— Надо попытаться сохранить хорошие отношения. Мотивы меняются, нужно говорить с ребенком о том, что ему важно. Не конфликтовать, не спорить, а выслушать внимательно, подстраховаться. Показать, что они не враги. Тогда в какой-то момент ребенок может дать существенно важную информацию.

Переубедить не получится, потому что новые знакомые, которые работают по скрипту, написанному психологом, выиграют любой конфликт, — предупреждает специалист. — Если родители пойдут на обострение, то они тоже будут действовать по шаблону. Когда перестройка психики закончится и будут реальные указания, что делать, то ребенок расскажет об этом родителям, а дальше работа правоохранительных органов.

Работа с убеждениями — очень тонкая вещь. Это то, во что человек верит. Для ребенка есть правда и неправда. Если родители будут говорить про то, во что он верит, что это неправда, то он просто скажет, что вы ничего не понимаете, вы тупые, старые и разговаривать с вами не хочу. Для него это белое дело, и вы не переубедите его, что оно черное. Разговор здесь не получится. Важно сохранять контакт и быть в курсе события.

Реакция должна быть сильная, когда станет понятно, что что-то начинается, а не просто разговоры, — говорит Евгений Идзиковский. — Можно отвести ребенка к психологу, но не как это делается у нас в стране — «мой ребенок псих», — а с целью полечить личностные проблемы, страхи например. Толковый психолог заодно подтянет и все остальное.

— Случай с Варей Карауловой — единичный или достаточно частый?

— Это единичные случаи. Если бы это было массовое явление, то и процент был бы массовым. Несколько человек в масштабе страны — это не проблема.

Другие материалы по теме смотрите в рубрике Исламизм.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания