Новости дня

17 января, пятница












































"Обзывали меня бомжой". Как детей в школах травят из-за бедности родителей

02:01, 12 декабря 2019
«Собеседник» №47-2019

Фото: depositphotos
Фото: depositphotos

Недавно в Новосибирске перевелась в другую школу девочка, чья мама не сдала деньги на чаепитие. Социальные различия между семьями не остаются за школьным порогом, иногда они выливаются в конфликты и даже трагедии.

«Ты за общим столом сидеть не будешь»

Восьмилетнюю Милану теперь называют самой известной школьницей Новосибирска, но эта слава – со слезами на глазах. Мама девочки отказалась сдавать деньги на осеннее чаепитие для одноклассников, женщина посчитала сумму, которую собирал родительский комитет, необоснованной. На праздник она дала дочери упаковку сока и печенье, но посидеть за общим столом с одноклассниками у Миланы не получилось: в ситуацию вмешалась бдительная представительница родительского комитета Евгения.

«Ты за общим столом сидеть и ничего кушать не будешь, иди, садись там, где твои кексы, там и кушай». После этого девочка выбежала из-за стола и ушла рыдать в туалет», – рассказывала мама Миланы, возмущенная произошедшим.

По словам мамы девочки, одноклассники после чаепития и скандала стали предъявлять ее дочери претензии, а один мальчик пнул ногой в копчик. В итоге недавно в разгар учебной четверти женщина перевела дочь в другую школу.

– Директор в отпуске, эта девочка больше не ученица нашей школы, и мы этот случай не комментируем, – отчеканила секретарь в школе №183.

Вот так: нет девочки – нет проблемы. В действительности к сбору денег на нужды класса, который проводят родительские комитеты, директор и учителя, как правило, не имеют отношения. Сумма и то, на что потратить деньги, – дело и предмет спора родителей. Для одних семей 500 рублей на подарки учителям, линолеум в классе, чаепитие – копейки, для других – головная боль.

– Я воспитываю ребенка одна, без мужа, помощи от моих родителей тоже нет, работаю медсестрой в поликлинике. Еле свожу концы с концами, когда совсем плохо, беру микрокредит на «поесть». Меня бесит, когда некоторые родительницы начинают лезть в мой кошелек и спрашивать: у вас что, 500 рублей на своего ребенка нет? – говорит Ирина Андронникова из Твери. – Это вообще-то мое дело. На ребенка есть, на ваш кулер в классе нет!

«Надо мной смеялся весь класс»

Татьяна из Владимира закончила школу 15 лет назад, но до сих пор не может забыть, как одноклассники над ней издевались.

– Мне тяжело об этом говорить, – рассказывает Татьяна. – Моя мама родила меня в 40 лет, папа пил, в семье нас было шесть детей, я самая младшая. Отец, несмотря на алкоголизм, работал, мама тоже пыталась, в основном это была работа уборщицей, но денег не хватало. Мы одевались в то, кто что отдаст, а ели… Пельмени у нас были по праздникам, и то покупали пачку и делили, кому сколько штук достанется. В школу я ходила в рваных ботинках и куртке на два размера больше. Одна девочка из класса принесла мне новые ботинки, носки, и когда я на следующий день пришла в школу в одежде, так сказать, с барского плеча, надо мной смеялся весь класс. Однажды моя мама заняла денег у мамы одной девочки из класса, так на следующий день об этом знали все дети. Таких моментов было много. Дружбу со мной никто не водил, обзывали меня бомжой. Это происходило на глазах у взрослых, при их молчаливом согласии, и, видимо, в их глазах это было в порядке вещей.

После школы Татьяна получила специальность, создала семью. Ее сын учится в седьмом классе той самой школы, в которой мучилась она. У него в классе все по-другому: родители скидываются на подарки детям из малоимущих семей и никого не попрекают бедностью. Впрочем, богатых в этой обычной владимирской школе нет.

– Мне кажется, люди сейчас стали добрее, – говорит Татьяна.

«Целуй руки, нищенка»

Лика из Подмосковья с этим утверждением поспорила бы. В старших классах девушка училась в элитной гимназии и очень жалеет об этом.

– У меня в классе были дети в основном из состоятельных семей, – рассказывает Лика. – Утром я шла в школу пешком, а их привозили родители на машинах. У них айпады и айфоны, брендовая одежда, а у меня дешевый китайский смартфон, потертые джинсы и заношенный свитер. Они в лицо называли меня нищетой, нищебродкой. Однажды одноклассник подошел ко мне, вынул из кошелька тысячную купюру и сказал: «Целуй руки, нищенка. Где ты еще столько возьмешь?» Меня могли пнуть, уколоть, плюнуть. Это было в порядке вещей. Мои родители сдавали деньги на нужды класса, но не на подарки учителям. Поэтому они никогда не защищали меня перед одноклассниками.

Лика просила мать перевести ее в обычную школу, но та была непреклонна: образование в гимназии лучше и окружение тоже – дочь сможет обзавестись полезными связями. Этого не случилось. На выпускной бал Лика не пошла. Она до сих пор, уже учась в университете, испытывает трудности в общении со сверстниками.

– Детей-мажоров из богатых семей видно сразу, – говорит тренер по теннису из Казани Ольга Бероева. – У них всегда загар, одеты с иголочки, с дорогими смартфонами, никого не уважают, с другими детьми ведут себя агрессивно, используют мат. Даже если им немного лет, уже все знают о сексе, очень развязны. У них нет никаких ограничений, запретов. Я бы не хотела, чтобы у моих собственных детей в коллективе были такие одноклассники, пусть даже несколько, поэтому отдала их в самую обычную школу.

«Я не хочу быть тебе обузой»

14-летняя Даша Холоденкова из маленького городка Сафоново Смоленской области вряд ли представляла себе, кто такие дети-мажоры. Ее школа №2 была чуть престижнее, чем остальные городские. Но зато она очень хорошо понимала, что означает бедность и что такое быть не как все.

Год назад Даша повесилась в подъезде своего дома. Девочка оставила для матери предсмертную записку: «Мама, прости меня. Я не хочу быть тебе обузой. Выполни мою просьбу – в шкафу висят вещи, похорони меня в них».

Вероятно, письмо президенту с криком о помощи и реакция на него взрослых стали последней каплей в чаше страданий ранимого подростка. Девочка переживала из-за бедности семьи и своей нестандартной внешности: Даша была полной, один глаз у нее был закрыт из-за болезни век. Одноклассники называли ее жирухой и циклопом, друзей у нее не было. А мама Даши? У нее было много своих трудностей, девочка ни о чем ей не рассказывала, не хотела грузить «лишними» проблемами.

В Сафоново уже начинают забывать эту громкую историю. Виновных в смерти девочки так и не нашли. Директор школы тихо вышла на пенсию, одноклассники Даши учатся, учителя работают, а она лежит на кладбище. Бедность – не порок, жизнь у всех разная, родителей не выбирают. Произведения Островского изучают в 9-м классе, крылатой фразы про то, что «бедность – не порок» восьмиклассница Даша из Сафоново скорее всего не слышала.

Мнение психолога

«Не надо помещать ребенка не в свой круг»

Часто ли детей в школах унижают из-за бедности и что могут сделать родители, мы спросили семейного психолога Анну Хлынову:

– Дети достаточно редко унижают других детей за-за бедности без подачи взрослых. Таким может оказаться, например, учитель, провоцирующий класс на унижение неприятного ему ребенка. Сами дети обычно относятся друг к другу сочувственно. Если ребенок опрятный, аккуратный, у него есть все необходимое для учебы, то его обижать не будут. Как правило, объектом травли становятся заброшенные дети: грязные, неопрятные, плохо пахнущие.

Что касается гимназий, то там собирается особый контингент. Не надо помещать ребенка не в свой круг ради мнимого будущего, он может получить психологическую травму.

В новосибирской истории виноваты и мама, и представительница родительского комитета. Эти вещи должны обсуждаться между взрослыми, дети не должны о них знать. Родителям нужно уметь договариваться. Позиция «почему я должна?» непонятна: это ваш ребенок, и вы отвечаете за его благополучие.

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №47-2019 под заголовком «"Обзывали меня бомжой"».

Рубрика: Общество

Поделитесь статьей:

Колумнисты





^