Новости дня

19 января, вторник





















18 января, понедельник























sobesednik logo

Нонна Мордюкова: Мне в валенках тепло и сухо

01:07, 26 ноября 2020

Нонна Мордюкова: Мне в валенках тепло и сухо
Нонна Мордюкова //  фото в статье: Анатолий Салунов
Нонна Мордюкова // фото в статье: Анатолий Салунов

25 ноября Нонне (Ноябрине) Мордюковой исполнилось бы 95 лет. Британская энциклопедия «Кто есть кто» включила Нонну Мордюкову в десятку выдающихся актрис XX века. Простая кубанская казачка поразила мир не только широтой души, но и прославилась своим сложным характером.

Ёлка сенаторов

Первое свое приглашение на закрытое мероприятие я получил от Нонны Мордюковой. Актриса понимала, что журналисту попасть на эту звездную тусовку – профессиональная необходимость.

Это был закрытый от прессы новогодний корпоратив, который заказывал и проводил Совет Федерации. Наступление Нового 2003 года члены верхней палаты парламента отмечали с размахом: устроили роскошный банкет и пригласили на него любимых артистов – Инну Макарову, Олега Стриженова, Людмилу Касаткину, Надежду Бабкину, Нонну Мордюкову, Никиту Михалкова… Дедом Морозом «работал» директор Дома кино Игорь Угольников, а под костюмом Снегурочки скрывался Лев Оганезов. Нонна Мордюкова прибыла на праздник с сестрой Натальей.

На встречу с актрисой я всегда приходил с красными розами. На входе Дома кино, где проходил корпоратив, меня, конечно, остановила и не хотела пускать охрана. Но через 15 минут на выручку пришла сама Нонна Викторовна: «Пустите его, это мой племянник! Он много не съест!»

В концертном зале Нонна Викторовна так и не сняла свою норковую шубу – сказала, что мерзнет. Во время праздничного концерта актриса затыкала уши руками. Уж больно звонко и громко пела Пелагея – открытие тех лет. Мордюкова запомнила ее.

– Всё это веселье нужно устраивать для молодых, а не для нас! – пожаловалась тогда актриса. – Честно говоря, я не хотела сюда ехать, но уж больно звали…

За весь вечер Нонна Викторовна не притронулась ни к одному блюду, пила лишь минералку. С бала сестра вела ее по лестнице и, словно ребенку, вслух считала оставшиеся ступеньки.

«Вот напишу в ЮНЕСКО!»

Однажды Нонна Викторовна назначила мне интервью у себя дома.

Последние три года жизни актриса не имела возможности зарабатывать даже на концертах. Говорила, что хотела бы сниматься, но хороших ролей ей не предлагали. Пенсии, со слов Мордюковой, «хватало лишь на продукты и лекарства». Самыми большими потерями она считала расторгнутый брак с Вячеславом Тихоновым, смерть общего сына Владимира от передозировки наркотиков и до последнего дня натянутые отношения не только с невесткой Натальей Варлей, но и с родным внуком. Лишь на закате жизни актриса смогла пожить достойно – за 6 лет до смерти она получила трехкомнатную квартиру на первом этаже панельного дома в Крылатском.

Интересна история этой квартиры. Однажды телеведущий Урмас Отт спросил в своей передаче у артистки: «Нонна Викторовна, а как получилось, что вы до сих пор живете в однокомнатной хрущевке?» Мордюкова ответила: «А вот не знаю. Не могу я просить начальство». И пошутила: «Вот напишу в ЮНЕСКО!» Среди телезрителей оказался тогдашний премьер Виктор Черномырдин, который позвонил председателю Союза кинематографистов Никите Михалкову: «Вы что? У нас Мордюкова в однокомнатной квартире живет, крошечную пенсию получает! Чтоб через три дня всё исправили и мне лично доложили!» В результате Мордюкова получила квартиру на Осеннем бульваре, рядом со знаменитым «домом Ельцина».

– Раньше, в старой квартире, меня все узнавали, – рассказывала мне актриса, – теперь я всех узнаю: Мишу Задорнова, Коржакова, Лужкова – они соседи… На новоселье ко мне приехал Денис Евстигнеев. Он, вместо охапки роз, привез дорогущую стиральную машинку. Так что моя жизнь наладилась. Сначала испугалась: ой, Крылатское так далеко… А теперь привыкла. Рядом святой родник. Иногда и я туда прогуливаюсь. Я такой жизнью никогда не жила. Я распределилась так: одна комната – телевизор, диванчик, пепельничка, посидеть-поговорить. Другая, маленькая, – моя спаленка. А третья комната – гостиная.

В этом доме...
...на первом этаже жила Мордюкова

Халат подарила Светличная

В квартире просторно и тепло. Все комнаты в доме аккуратно прибраны. Мордюкова любила сидеть в большой комнате, под своим портретом двадцатилетней Нонны, написанным Алексеем Расторгуевым. Дома привыкла ходить в валенках.

– В них тепло и сухо, – откровенничала актриса. – А платье-халат мне подарила Светлана Светличная. Она привезла его из Узбекистана.

В одной из комнат сестра Наталья сделала себе рабочий кабинет с креслами, журнальным столиком. В нем она читала Нонне Мордюковой книги, газетные статьи. Вечерами они обсуждали просмотренные фильмы и телепрограммы.

– Вот сейчас в разных журналах любят показывать известных людей, развалившихся на шикарных диванах, – сетовала Нонна Викторовна. – А я никогда не стремилась к такой фешенебельной жизни.

Так и есть: всё у нее было просто и практично – обычная мебель, небольшой телевизор, на кухне холодильник «Минск».

«В больницу больше не пойду!»

– Однажды за участие в «Новогоднем огоньке» мне подарили белую с золотом итальянскую спальню, – вспоминала актриса. – Увидев огромную кровать, я тут же нашлась: тогда и мужа ищите! Но было не до смеха. Я ведь тогда еще жила в однокомнатной квартире. Дома даже сердце прихватило: «Куда мне девать это ложе?» А потом спасительная мысль: кровать-то «неношеная»… на ярлыке – адрес и телефон магазина. Договорились с директором.

Мордюковой заплатили 15.000$. Еще пять тысяч она получила за издание своей книги, еще пять – за рекламу рабочей одежды (многие помнят эти ролики и плакаты, где она на шпалах).

– В сумме у меня оказалось 25.000$ – вершина моего финансового успеха в жизни! – гордилась артистка. – Но с моим характером деньги стали быстро растекаться – я много помогала родне. Но и на недорогую мебель для новой квартиры средств хватило.

Последние три года жизни Мордюкова часто лежала в Кремлевской больнице. Палата в ЦКБ казалась ей очень холодной.

– Хоть стонать буду, кричать – в больницу больше не пойду! Нет мочи там быть! – почти плача, говорила Мордюкова. Теплее ей было дома. Она предпочитала поправлять здоровье с помощью аппарата квантовой терапии «Витязь», который ей подарил племянник. Но врачи убедили ее не заниматься самолечением.

Сестра Мордюковой – Наталья – признавалась, что дома при острых болях давала Нонне лишь баралгин. А в больнице ей обещали все необходимое: лекарства, лечебную гимнастику, уход. В палате ЦКБ у Мордюковой стоял отдельный стационарный телефон. Актриса отвечала на звонки, но в конце своих дней никого уже не узнавала.

Высказывания:

Я была абсолютно счастлива в тот день, когда мне дали звание народной артистки СССР.

* * *

Моей самой экстравагантной выходкой был мой прыжок в шахту на съемках «Молодой гвардии». Я решила повторить подвиг истинной Громовой. В 19 лет. Сердце выскакивало из ушей. Но все обошлось.

* * *

В последний раз я плакала, когда распустили слух о том, что у меня рассеянный склероз. Я плачу даже от чужих успехов, когда вижу их по телевизору. Я часто плачу.

* * *

Если бы мне достались два билета в рай, второй билет я бы отдала своему сыну, с которым я бы смогла в раю встретиться. Слишком рано я его потеряла.

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №45-2020 под заголовком «Нонна Мордюкова: Мне в валенках тепло и сухо».

Рубрика: Культура и ТВ

Поделитесь статьей:

Колумнисты

^