Новости дня

24 ноября, вторник
















23 ноября, понедельник






















22 ноября, воскресенье






sobesednik logo

"Идите и собирайте взносы": Рязанов не дал Шурочке из "Служебного романа" полюбить

03:04, 07 ноября 2020

"Идите и собирайте взносы": Рязанов не дал Шурочке из "Служебного романа" полюбить
Людмила Иванова // фото: Global Look Press
Людмила Иванова // фото: Global Look Press

Актриса Людмила Иванова сыграла в кино и в театре более двухсот ролей, но до конца жизни ее узнавали и окликали на улице как Шуру из фильма Эльдара Рязанова «Служебный роман». И знаете что? Иванова на это вовсе не обижалась.

Цитаты:

Бросьте это все, выкиньте из головы и вернитесь! В семью, в коллектив, в работу!

* * *

Я, конечно, вам сочувствую, как женщина женщине, но ведете вы себя просто аморально!

* * *

А меня вообще сослали в бухгалтерию!

Довела Рязанова до слез

В самом начале рязановской кинокартины Новосельцев (Андрей Мягков) представляет героев: «Это Шура. Симпатичная, но, к сожалению, активная. Когда-то ее выдвинули на общественную работу и с тех пор никак не могут задвинуть обратно».

По совпадению в тот период, когда снимался «Служебный роман», Людмила Ивановна играла в театре «Современник» и там занималась общественной деятельностью – была и председателем месткома, и парторгом, и даже депутатом райсовета. Она помогала коллегам-артистам выбить путевку в санаторий, установить домашний телефон, собирала партийные взносы и деньги, как ее Шурочка, на похороны или на подарки к юбилеям.

Но Эльдар Рязанов пригласил на эту роль Иванову вовсе не поэтому – он увидел ее в фильме «Помни имя свое», где актриса сыграла узницу концлагеря Надежду. Эльдар Александрович признавался, что плакал, когда видел, как там играла Иванова.

Обиделась на гонорар

Поначалу Людмила Ивановна хотела отказаться от работы в фильме Рязанова из-за маленького гонорара.

– За себя я никогда ни о чем не просила, а тут сама себе удивилась – пошла к Рязанову, – вспоминала актриса. – Ну что такое 13 рублей за съемочный день?! А за весь фильм – тысяч семь. При этом снимались с осени до весны. Другие получили 20, 30, 40 тысяч рублей… Знакомы мы с режиссером не были, тем не менее он пообещал поговорить с директором, и мне назначили не 13, а 16 рублей. Помню, Эльдар Александрович сказал: «Понимаешь, я ведь должен Немоляевой дать, Басилашвили – у него вообще ремонт…» Вот это меня очень обидело! Пришла домой, жалуюсь мужу: «Ну, совсем меня не ценят, просто ноги об меня вытирают». А он: «Молчи и даже не вздумай возникать. Эта роль принесет тебе очень много!» Умный у меня был муж. Прав оказался. Когда я была председателем месткома, то всегда звонила со словами: «Здравствуйте, это Шурочка!» И моим просьбам не отказывали. Вот почему зритель так полюбил мою героиню? Вроде бы сначала Рязанов сделал ее отрицательным персонажем и как будто глуповатая она. Но Шура любила людей и всё для них делала. Иногда, правда, по пословице: заставь дурака Богу молиться…

По воспоминаниям актрисы, Шурой она стала в первый же съемочный день. Андрей Мягков тогда сказал ей:

«Полтора десятка лет работаю с тобой в театре и не знал, что у тебя такой противный голос».

Людмила Ивановна умоляла режиссера чуть-чуть повернуть судьбу Шурочки – сделать ее немного влюбленной. Хотя бы в Бубликова, которого она случайно «похоронила». Но в ответ услышала: «Нет. Идите и собирайте взносы».

Была готова помереть

Мало кто знает, что из фильма вырезали целую сцену, которую так полюбила Иванова. Когда Шурочка, увидев живого Бубликова, влетает в лифт, а потом бежит по коридору и кричит: «Товарищи, я не виновата, в больнице умер однофамилец, а позвонили нам! А мне что теперь делать? Я на общественные деньги оркестр заказала, венок купила. Я бы сама померла, честное слово! Но на ленте на венке другая фамилия, не подойдет!» Когда Бубликов с кулаками подошел к Шурочке, она закричала: «Ура, да здравствует живой товарищ Бубликов!» Причем исполнитель роли Бубликова – Петр Щербаков – не знал об этой импровизации. И тогда он тоже сымпровизировал – начал кланяться: «Товарищи, спасибо за все!»

– Будучи такой характерной актрисой, Мила, как мы ее все называли, была героиней по жизни, – делится с нами актриса Светлана Немоляева.

– За всю жизнь я сыграла тридцать пять Клавдий, двадцать Людмил, были и Вали, и Нины, и Анны, и несколько Шур, – смеялась Иванова. – Люблю все роли и люблю всех женщин, которых играю. Меня никогда не оскорбляет маленькая роль, главное – сыграть судьбу.

Отсеивали за профнепригодность

А судьба у самой Людмилы Ивановны сложилась трудная. О начале Великой Отечественной войны она узнала в свой день рождения, ей исполнилось восемь лет. С мамой поехали в эвакуацию на Урал, в город Миасс. Трое суток они просидели на чемоданах на вокзале, чтобы попасть в вагон-теплушку. Иванова признавалась, что с тех пор не любила бывать на Комсомольской площади, где находятся три вокзала.

– Помню, очень плохо переносила сирену, которая объявляла о бомбежке. Меня просто рвало, выворачивало наизнанку. Наверное, поэтому я такая нервная, все время плачу, – вспоминала Людмила Ивановна.

Актрисой она хотела быть с детства, мечтала быть похожей на Ольгу Андровскую. И после школы подала документы во все московские театральные училища и институты. В Театральном училище имени Щепкина ей сказали, что у нее глаза разные: один – зеленый, другой – карий, это профнепригодность. Но взяли в Школу-студию МХАТ, где собрался по-настоящему звездный курс: Игорь Кваша, Галина Волчек, Ирина Скобцева, Леонид Броневой и другие.

С Ахеджаковой делила деньги в туалете

Первым мужем актрисы стал Леонид Эрман, они познакомились в Школе-студии МХАТ, позже он стал директором театра «Современник», где до конца жизни играла Иванова. Она ушла от мужа к Валерию Миляеву. Он тогда поступил в физический институт, а Иванова там руководила драматическим кружком. А первому супругу она посвятила песню: «Я думала, ты – моя половинка, а ты оказался холодным, как льдинка». Да, Людмила Ивановна вместе со вторым мужем Миляевым сочиняли песни, некоторые из них стали настоящими хитами. Например, одну песню исполняла Анна Герман: «Приходит время, с юга птицы прилетают, снеговые горы тают, и не до сна…» Или которую любила петь сама Иванова: «Только мне всё кажется, ну, почему-то кажется, что между мною и тобой ниточка завяжется…»

– Мы ездили с Милой на левые концерты, – смеясь, вспоминает актриса Лия Ахеджакова. – И в каком-то научном учреждении, в туалете, делили деньги, кажется, по 45 рублей каждой досталось. И так боялись, что нас увидят и арестуют.

Сын стыдился роли Шурочки

После того как «Служебный роман» вышел на экраны, старший сын Иван сказал Ивановой: «Мам, ты пока, пожалуйста, в школу не ходи, а то народ смеяться будет». Одноклассники упрекали его: «А что, мама никого поумнее не могла сыграть?!»

В 2010 году в возрасте 39 лет умер младший сын Людмилы Ивановны – Саша. А через год и муж актрисы. От переживаний Иванова стала много болеть и уже не могла выходить на сцену театра.

Одна из последних ее ролей в кино – свекровь главной героини в фильме Владимира Меньшова «Зависть богов», где она сыграла в паре с Жераром Депардье. После этого актриса сочинила стихотворение: «Я мясом Депардье кормила, и он меня поцеловал, и это было очень мило, весь зал от зависти рыдал».

Сама она скончалась четыре года назад, в возрасте 83 лет, после тяжелой и продолжительной болезни.

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №42-2020 под заголовком «Шурочке из "Служебного романа" не дали полюбить».

Рубрика: Культура и ТВ

Поделитесь статьей:

Колумнисты

^