Новости дня

28 сентября, понедельник





















27 сентября, воскресенье












26 сентября, суббота











sobesednik logo

"Магия зверя": пугающий абсурдизм человеческой природы от Доминика Молля

16:42, 28 августа 2020

"Магия зверя": пугающий абсурдизм человеческой природы от Доминика Молля
Фото в статье: кадры из фильма "Магия зверя" / YouTube
Фото в статье: кадры из фильма "Магия зверя" / YouTube

Доминик Молль стал известен после того, как двадцать лет назад вышла его картина «Гарри – друг, который желает вам добра», попавшая в Основной конкурс в Каннах. Фильм представлял историю несостоявшегося писателя, который похоронил свою карьеру, потерял смелость стоять на своем, способность принимать решения и внезапно начал менять жизнь после неожиданной встречи со старым знакомым, являющимся то ли маниакальным психопатом, то ли темной стороной самого главного героя. Следуя визуальной хичкоковской традиции, лента совмещала составляющие абсурдистской черной комедии, глубокого психологизма и тихого саспенса, который не шокирует, а будто тихо маленькими шажками подкрадывается к зрителю.

Через пять лет Молль снял «Лемминга» – фильм также принял участие в Основном конкурсе на Каннском фестивале. Лента начинается с того, что на ужин к инженеру Алену Гетти (Лоран Люка) приходит его новый босс со своей погруженной в депрессию женой Элис (Шарлотта Рэмплинг), которая через пару дней в одиночку возвращается в дом парочки и погибает. С этого момента образцовая супруга Алена, Бенедикта (Шарлотта Генсбур), начинает вести себя провокационно, идентично Элис, а сам герой становится то ли свидетелем мистицизма, то ли жертвой галлюцинаций. И все это было подкреплено красивой метафорой с застрявшим в канализационной трубе у семейства Гетти леммингом – вокруг животных сложилась романтическая легенда об их склонности к самоубийствам.

Однако вскоре уверенно стартовавший автор, которого изначально яро сравнивали с Хичкоком и пророчили большое будущее, из поля видимости Канн пропал. После «Лемминга» Молль экранизировал «Монаха» по роману Мэттью Льюиса и снял ленту «Новости с планеты Марс», где его метод несколько изменился и уже не создавал той одновременно тихой и мощной внутренней силы, идущей наряду с психологической остротой. И вот, прервав трехлетнее молчание, режиссер выпускает «Магию зверя» (экранизация романа Колина Нила), которая по-прежнему не возвращает нас к хичкоковской традиции и былому методу работы Молля, но зато структурно отсылает к «Расемону» Куросавы, а идеологически близится к ранним работам французского автора.

В окрестностях альпийской деревушки во время снежной бури исчезает богатая парижанка Эвелин Дюка (Валерия Бруни-Тедески). В новостях показывают ее мужа, который не знает ничего о передвижениях независимой супруги, так как в их семье не принят какого-либо рода контроль. О трагедии узнает женщина по имени Элис (Лор Калами), которая вместе с мужем Мишелем (Дени Меноше) ведет хозяйство на ферме, но в обеденные перерывы наведывается к диковатому (так его называют местные) любовнику Жозефу (Дамиен Боннар). Однажды женщина находит у своего друга его мертвую собаку и подозревает в ее убийстве супруга, явившегося домой в шоковом состоянии и с окровавленным лицом. На этом заканчивается глава под названием «Элис» – далее нас ждут еще три страницы истории, которые расскажут о произошедших событиях со стороны других персонажей.

Противоположно своим предыдущим работам «Магию зверя» Молль конструирует в новом для себя формате, дробя фильм на четыре главки, среди которых вышеупомянутая «Элис», «Жозеф», «Марион», «Амадин» – все они названы именами главных героев. Выстраивая саспенс вокруг зачина, посвященного исчезновению Эвелин, по мере смены перспектив лента буквально покадрово восстанавливает единый пазл и делает состыковки в тех моментах, где картинка обрывалась. При этом как только реконструируется очередная часть истории, то на смену одной партии вопросов относительно происходящего приходит другая – раза в два больше. Так, например, после главы «Жозеф», посвященной, собственно, любовнику Элис, и вовсе появляются новые персонажи из других уголков мира. Среди них официантка из Парижа, страдающая от неразделенной любви, и интернет-мошенник из Африки, заключивший союз с духами.

В остальном «Магия зверя» наполнена вполне узнаваемыми составляющими, присущими работам Молля. Тут нет «добродушного» друга Гарри, с очаровательной улыбкой скрывающего в багажнике труп и невозмутимо предлагающего зарезать спящих детей, но есть Жозеф, который по-абсурдистски нежно укладывает тело мертвеца у себя в сарае и усаживается рядом, слушая Tu T'en Vas и вторя: «Я останусь с вами» и «Вам нельзя здесь оставаться». Фильм не представит кухню, кишащую леммингами, но зато в открывающем эпизоде мы видим неизвестного афроамериканца, едущего на велосипеде с козой за спиной, что ко всему прочему изначально ставит зрителя в тупик.

Не считая резкого перехода между главками, по темпу «Магия зверя» неспешна. Действия развиваются плавно – так, будто сам зритель, блуждая по лесной чаще, пытается найти долгожданный выход. Необходимую тональность и настроение как и в предыдущих работах Молля создают визуально и психологически выверенные сцены, в которых их длительность и паузы в нужных моментах способствуют нарастанию напряжения.

Правда, еще отличает «Магию зверя» в фильмографии режиссера визуальный ряд, который в отличие от «Гарри» и «Лемминга», где был сделан упор на минимализм, камерность и максимальной реализм, не замыкается на уютных семейных домах, а перекидывает нас из устланной снежной гладью альпийской деревни в неблагополучные африканские районы, усеянные нищетой. Впрочем, в этом, пожалуй, есть своя интересная рокировка. Если, например, в «Лемминге» Молль создавал загадочную ауру при помощи определенных ситуаций и метафор, то тут скорее происходящее окутывается таинственностью именно благодаря локациям. Как минимум само упоминание о человеке, пропавшем в снежную бурю в глухой деревне посреди бескрайних снегов, и африканской культуре, пронизанной наследием вуду, создает ощущение присутствия чего-то дикого, необузданного, неподконтрольного человеку, того, что может повлиять на нашу жизнь извне.

Однако атмосфера мистицизма у Молля соседствует (и уже не в первый раз) с реализмом, где вещи рационально объяснимы. Даже в «Лемминге» таинственное появление тундрового зверька (на деле символизирующего начало разложения семьи) на юге Франции автор объясняет в анекдотичном формате, благодаря чему история о паре, оказавшейся в неподконтрольной ситуации, приобретает земной характер, а рефлексия так же, как и в «Гарри», идет о человеческой природе, дуализме и скрытых желаниях.

Примерно то же самое можно сказать о новой ленте автора, где атмосфера наряду со структурой и саспенсом способствует созданию тайны, интриги и дополнительного давления. Прямо-таки символично, что в русском переводе картина называется «Магия зверя», но дословно оригинал переводится как «Только животные», что словно отсылает к логичному обоснованию, скрывающемуся за завесой мистики.

Поэтому как бы не твердили суеверные старушки из альпийской глуши, что пропадают только те женщины, которые не любят своих мужей, во главе у режиссера в очередной раз оказывается не магия и даже не финальная интрига, а человеческая история, которая в данном случае завязана на переплетении судеб и веренице событий и рассказывает о благих целях и не вполне благих методах их достижения, о человеческих слабостях и скрытых желаниях, рвущихся наружу. Но вот что еще примечательно, так это то, что кино Молля вновь оказывается где-то за пределами морали, где-то, где добро и зло находятся в одной крайне неоднородной плоскости, а убийства происходят по таким же парадоксальным случайностям, как и появляются в канализационных трубах лемминги.

Рубрика: Культура и ТВ

Поделитесь статьей:

Колумнисты

^