Новости дня

19 июня, вторник









18 июня, понедельник




































"Галя ходи" группы "ДДТ": Юрия Шевчука настигло время


Юрий Шевчук и Алена Романова ("ДДТ") // фото: Андрей Струнин / Sobesednik.ru
Юрий Шевчук и Алена Романова ("ДДТ") // фото: Андрей Струнин / Sobesednik.ru

Редактор сайта Sobesednik.ru о новом альбоме группы «ДДТ» «Галя ходи», который вышел в свет 9 июня.

В последние годы Юрий Шевчук как будто заметно подобрел. По крайней мере, гораздо чаще стал призывать к миру и всеобщему взаимопониманию, чем к войне с попсой и борьбе с режимом. Впрочем, в первом же треке на новой пластинке «Галя ходи» — «Альтернатива» — помянуты недобрым словом и попса, и силикон, и «секс-кошмар», и «между ног корпоратив», и, кажется, обязательный уже теперь для лирики лидера «ДДТ» геморрой.

Справедливости ради, текст этой песни кончается строками «Я эту песню петь устал, я сам себя давно достал», так что можно воспринимать ее и как стеб над собственным образом и собственными штампами. Но после нее альбом продолжается, и думать так становится уже труднее.

Музыкальный журналист Александр Горбачев в беседе с Шевчуком похвалил альбом за разнообразие. Но при всей своей пестроте эти 14 песен — не фиксация нового этапа развития, а ретроспектива уже пройденного. «Галя ходи» оптимально подходит для того, чтобы проследить эволюцию «ДДТ» за последние лет -дцать, но нового для тех, кто слышал последние три-четыре альбома этой группы, здесь нет ровным счетом ничего.

Например, «Звезда-старуха» и «Любовь не пропала» решены в стилистике, смахивающей на позднюю группу Coldplay — в ней же был выполнен почти весь предыдущий альбом группы, «Прозрачный». Еще здесь есть отвязавшийся от стихотворных швартов и счастливо утопающий теперь в собственном многословии «типа рэп» («Галя ходи») и жужжащий рок с размашистым ритмом («Мертвый человек») — все как на концептуальном «Иначе» семилетней давности. Есть язвительная полька «Уездный город», которой помешала бы попасть на акустический альбом «Прекрасная любовь» 2007 года только тяжелая гитара.

Еще есть мелодекламация на фоне музыкальных фотообоев: песня называется «Вокзал», соответственно, музыкальные фотообои изображают — для тех, кто не понял с первого раза — стук колес; см. альбом «Единочество» (прости Господи, 2002–2003 годы).

В этом не было бы большого греха, если бы не одно «но». Шевчука всегда считали едва ли не самым кондовым из русских рокеров, однако на самом деле мало кто делал так много, чтобы идти в ногу со временем. Сейчас вдруг кажется, что эта черепаха наконец догнала Ахиллеса — и села ему на закорки. Группа, которая никогда не боялась экспериментов, на глазах превращается в гитаристов, лелеющих свои фотоснимки — местами снятые при помощи тантамаресок.

Та же проблема вырисовывается и на другом фронте, на котором всегда бился Шевчук — текстовом. Придавать прозрениям вроде «Любовь не пропала — немного устала, но не пропала» глубокий смысл (а на самом деле — вдыхать в них хоть какую-то жизнь, как при дыхании изо рта в рот) приходится, бесконечно повторяя их, словно мантры.

Да вы попробуйте сами: если несколько раз с нахрапом отчеканить «Я ценю твоё мужество заваривать чай... дорогая» или «Альтернативы жизни нет, товарищ», на душе станет как-то полегче. Какой-то оптимизм образуется внутри. Правда, это конденсат не содержания, а как раз наоборот — пафоса.

Впрочем, за содержание — тот самый «смысл», «правду жизни» и прочее «как оно есть», за которым всегда шли к Шевчуку — на «Галя ходи» отвечают приметы времени. Даром, что ли, в одноименном треке так задумчиво повторяется «Русская весна, русская весна»?

Еще можно упомянуть «духовные скрепы». Но чтобы получалось не так плакатно и более (само)иронично, лучше заменить последнее на «духовные склепы». Оригинальничание и каламбуры — тоже любимый в последние годы прием Шевчука, прием то ли защитный, то ли уже автоматический. На «Галя ходи» он так старательно портит тексты, что из огня предсказуемости вот-вот окончательно погрузит их в полымя графомании.

К примеру, дым здесь не только тает, но и лает вслед за временем (что?..). «Если завтра отключится завтра... что ты мне приготовишь на завтрак, моя дорогая вчера?» — и рифма, и метонимия угадываются гораздо раньше, чем прозвучат, так что самые задушевные строки превращаются в бородатые анекдоты.

Надо «находиться в динамике, в плотном контакте с людьми, слушать их и петь такие песни, чтобы и они услышали тебя, твое мнение о происходящем», учит Шевчук в вышеупомянутом интервью — и сетует: «Многие сидят в каменных мешках своих представлений о мире. И можно попытаться объяснить им, что если убрать все стены — твоя квартира станет вселенной. А она прекрасна». В стихах, это, видимо, выражено в треке «С глазами Блока»:

Многие друзья тех, кого любил, в чем-то растворились:
кто-то съел Майдан, кто-то выпил Крым — все определились.
Ушедшие на Запад, лёгшие на дно, сгоревшие в мангалах.
Один ругает власть, другой танцует всласть на телеканалах.
А за стеной плодится жизнь в объемах вздоха...

Этой созерцательности от человека, который бог весть сколько лет провел на баррикадах, причем не только виртуальных, да что там — на настоящих войнах, трудно не удивиться. Но еще труднее не слышать в ней дыхания времени — и тех самых усталости и контрреволюции, о которых он пел еще тринадцать лет назад.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания