Новости дня

20 ноября, понедельник

























19 ноября, воскресенье




















L`One: Либо ты не спишь, либо в твоей жизни ничего не происходит


Фото: пресс-служба L`One

Артист L`One рассказал Sobesednik.ru о своей первой фотовыставке, о значении семьи в его жизни и о переживаниях в момент распада группы Marselle.

Совсем скоро поклонники творчества хип-хоп исполнителя L`One смогут насладиться его новым EP «1985» — саундтреком, написанным специально для нового сезона сериала «Чернобыль 2. Зона отчуждения», а 19 ноября подпевать полюбившимся хитам в «Крокус Сити Холле». Артист лейбла Black Star готовит грандиозное шоу с участием симфонического оркестра, где взорвавший клубы хит «Все танцуют локтями» будет представлен в новом звучании.

— 19 ноября в «Крокус Сити Холле» пройдет мой большой сольный концерт, который мы отыграем совместно с симфоническим оркестром, — начинает наш разговор Леван Горозия, известный всем как L`One. — На сцене будет 45 человек, а может, даже и больше. Я в первый раз в своей практике буду работать совместно с двумя барабанщиками, двумя гитаристами, двумя клавишниками, конечно, самим оркестром, который в свое время сотрудничал с «Би-2», с «Бастой». Присутствие симфонического оркестра не значит, что исполняться будут только лирические баллады: мы придумали, как интересно интегрировать оркестр и песню «Все танцуют локтями»... Поначалу я выступал только с диджеем, потом добавилось еще пять человек музыкантов, теперь их уже 45. Каждый раз ты пытаешься добавить своей музыке новое звучание , так как, что скрывать, в Москве есть категория людей, которые ходят на каждый мой концерт. Хочется удивлять их не только новыми песнями.

— Совсем недавно прошла ваша первая фотовыставка под именем Гева Лорозия. Как долго увлекаетесь фотографией? Зачем придумали псевдоним? Не боялись личное выставлять на всеобщее обозрение?

— Это был шаг из зоны комфорта, чтобы в очередной раз перебороть свои страхи и открыть свои работы каждому желающему. Посещение выставки было бесплатным, так как она открывалась в благотворительных целях — помочь фонду Хабенского. Увлекаюсь фотографией плотно около трех лет, бывает, специально выхожу из дому на фотоохоту, а в поездках фотоаппарат всегда с собой.

Делать выставку под именем Леван Горозия или L`One — бессмыслица, у людей начнется путаница. Я не хотел, чтобы мои фото ассоциировались с какой-то определенной песней. Поэтому был выдуман персонаж Гева Лорозия, это другой человек. Главное отличие между L`One и Гевой в том, что один уже свыкся со своей жизненной ситуацией, ему нравится фотографироваться и нравится некое внимание к своей персоне. Гева же не любит всего этого. Это некое альтер-эго, коих у меня достаточно много...

— Вы достаточно разносторонний человек: играли в баскетбол, работали на радио и телевидении, учились на журналиста. Кто-то из близких думал, что будете заниматься музыкой?

— У меня два неоконченных высших: первое — это филологический факультет с дополнительной специализацией «Связи с общественностью», а второе — факультет журналистики, специальность теле— и радио журналистика. Мысли о том, что я стану музыкантом, ни у кого не возникали. Рэп-музыка до сих пор у большинства вызывает скепсис, многие хмурят брови, когда узнают, что ты рэпер. Люди не представляют, что это долгий и интересный процесс. Когда я начинал этим заниматься, родители думали, что их сын перебесится и все. Как видите, пока все в силе.

Я думаю, папа понял, что все серьезно, года два-три назад, когда пошли самые большие успехи. Больше всего его волновало, смогу ли я своим делом содержать семью, а не просто выпендриваться с микрофоном. Родители слушают мои песни, им интересно, чем живет их сын, ведь все мои песни о моей жизни, о том, что происходит...

— А можете посоветовать что-то из своих композиций? Может, есть любимая песня?

— Любимой песни нет. Пока пишешь альбом, так часто слушаешь каждую песню, что тебе они к моменту выхода приедаются. А потом тебе еще их петь постоянно. Большинство артистов, наоборот, скажут, что собственные песни надоедают тебе в первую очередь — 100 процентов: кто, если не ты, слушает их так часто. На концерт в «Крокусе» мы возьмем самый сок из всех трех альбомов — порядка 32–33 песен. Мне приятно, что люди верят в эту историю, приезжают из разных городов, летят со всей страны, стран СНГ.

Фото: пресс-служба L`One

— Одной из точек начала вашей карьеры стал известный проект «БиTVва за Респект». Как такие проекты помогают начинающим артистам? Помог ли он вам?

— Я попал в проект не в самом начале своего пути, до этого я уже успел выпустить альбом, а также проявить себя в группе Marselle. На проекте дошел до полуфинала. Толчок такие проекты, безусловно, дают, но не факт, что это поможет достичь высот. У меня, помимо «Битвы» , было много таких толчков, не все позитивные, конечно. Но и без них я бы сам себя соорудил. Не стесняясь, всегда говорю о том, что есть более талантливые музыканты, чем я, но более трудолюбивых я знаю несколько, их можно на пальцах одной руки посчитать. Либо ты не спишь, либо в твоей жизни ничего не происходит.

— А были ли моменты в вашей карьере, когда вы попросту не знали, что будет дальше?

— Был такой момент, когда группа Marselle взяла свою творческую паузу. Мысли описаны в песне «Эльдорадо», когда я от Арбата до Алтуфьева шел пешком. В тот день между нами состоялся разговор, и было принято решение о творческой паузе группы, о фактическом прекращении существования, можно сказать. Когда ты работаешь в группе, у тебя есть планы, а тут все превратилось в пыль. Этот долгий пеший путь от Арбата был насыщен теми самыми мыслями: «А что дальше?» Я размышлял, что делать, в каком направлении двигаться дальше. Видимо, придумал.

— Как началось сотрудничество с Black Star? Сейчас вы один из самых востребованных артистов лейбла.

— Одно из тех решений, что я принял за тот долгий путь размышлений, — нужно попробовать поработать в команде. С Тимати близко знаком не был, часто пересекались на каких-то тусовках, в клубах, где я часто выступал. Я просто обошел несколько лейблов, предлагая свою кандидатуру для работы. У меня уже было имя, у Marselle есть до сих пор много поклонников, которые выросли на наших песнях. Я пришел уже состоявшимся артистом, которому нужны были финансовые вливания и поддержка. Именно Black Star мне все это и предоставили, мы нашли общие точки соприкосновения.

— Вы росли в межнациональной семье. На вашем характере и сущности в целом это как-то отразилось?

— Я воспитывался в межнациональной среде. С четырех лет и до пятого класса жил в деревне, это поселок Дильгей к югу от Якутии, на карте его нет. Природа отложила некий отпечаток на мое взросление, восприятие мира. Затем переезд в межнациональную среду — в Якутске намешано много национальностей. Также раз в три года я ездил в Грузию. Я, безусловно, считаю себя грузином, но также и гражданином мира, ведь мою музыку слушают люди разных национальностей.

Какие-то самые важные элементы моего характера мне привил отец. Я все-таки мужчина, а грузины — мужчины определенного склада. Творчество тоже передалось от отца, он играл в свое время в студенческих театрах... Многое от него. Русский поэтизм пришел от мамы, а музыкальность досталась от грузинской культуры, симбиоз такой получился.

— Четыре года назад вы сами стали отцом. Как меняется жизнь с появлением семьи?

— Жизнь кардинально меняется, приобретает другие краски. Как бы банально ни звучало, она никогда уже не станет прежней. Раньше ты был одним человеком, а когда взял на руки новорожденного сына, то все. Собственный успех, к которому ты стремишься, уходит куда то в тень: твой успех бегает под столом: «Папа, папа». «Я памятник себе воздвиг нерукотворный», — я бы так выразился... К сожалению, у меня не так много времени, но все свободное я посвящаю детям. Не хочу пропустить их детства. С Мишей играем в приставку, смотрим «Черепашек-ниндзя», обожаем «Трансформеров», на мне все, что касается велосипедов, самокатов. Дочке Софико пока шесть месяцев, но, думаю, скоро и в куклах начну разбираться.

Фото: пресс-служба L`One

— Как справляетесь с усталостью? У вас плотный график концертов, различные съемки, работа в студии, дома семья ждет.

— У нас, музыкантов, интересная профессия, насыщенная многими моментами. Общение, видеосъемки, фотосессии — это своего рода глобальная мозаика, которая не дает соскучиться. Если бы я работал с 9 утра до 9 вечера, мне было бы тяжко, а так как я постоянно в движении, не могу сказать, что мне тяжело. В отпуске, если ничего не делаю больше пяти дней, лезу на стену, у меня начинается депрессия. Иногда приходится восполнять энергию: полетел клип в Исландию снять — энергию восстановил. Или на Камчатку, куда тоже ездил со съемками. Ну и, опять же, мой сын — батарейка, которая меня «заряжает».

— Знаю, вы саундтреки пишете к фильмам и сериалам. В кино не планируете сняться, удивить поклонников?

— Не хочу сниматься, интересно снимать. Часто выступаю режиссером собственных клипов.

В этом году с кино и сериалами у нас обоюдные отношения. Все началось с фильма «Притяжение», когда Федор Сергеевич [Бондарчук] позвонил и попросил взять три мои песни. Мне было очень приятно, что моя песня прозвучала от и до в фильме и сверху никто ничего не говорил. После этого Тимур Бекмамбетов попросил написать песню для фильма «Время первых».

Недавно предложили написать саундтрек к сериалу «Чернобыль 2. Зона отчуждения». Создатели попросили переосмыслить советские песни , как бы они звучали в 2018 году — интересное задание. В треках для «Чернобыля» мы не использовали ни одного готового сэмпла. Все композиции исполнены живыми инструментами в разнообразной стилистике: от фанка и госпела до хип-хопа. Я обожаю музыку из советского кино, а песни того времени заставляют только пожалеть, что та манера исполнения ушла в прошлое. Поэтому, когда мне предложили написать саундтрек с отсылками к старым советским хитам, я с удовольствием откликнулся.

— Так или иначе любой артист сталкивается со «звездной болезнью». Как вы относитесь к этому «недугу»?

— Вся моя жизнь насыщена узнаваемостью. В Якутске работал на радио и телевидении, был одним из самых видных спортсменов в городе, которые занимались баскетболом, выступал как кавээнщик. Обо мне так или иначе знали в городе. Потом я попал в миллионный город, где нет до тебя никому дела — как-то не до «звездной болезни» было.

Конечно, сейчас происходит осознание того, что не сходишь в парк Горького с сыном, не пойдешь в магазин. Другое дело, что есть люди, которые думают, что у артиста звездная болезнь из-за какого-то его поступка. В аэропорту города Москвы, когда мы с сыном ждали багаж, какая-то девушка ходила вокруг да около. Так вот, мы с ним играем, бесимся, она села за нами и снимает. Люди думают, что я этого всего не вижу, но они ошибаются. На мою некую негативную реакцию — зачем она это делает — она могла подумать, что я «зазвездился».

Большинство людей в стране думают, что популярный человек обязан. Нет! Мы просто любим музыку и стали популярными. Зачастую из-за этого мои коллеги, и я в том числе, становимся социопатами, боимся открытых помещений. Не то что бы я закрылся, но я не пускаю в какие-то моменты своей семьи.

— Вам поступает множество предложений о сотрудничестве. На какие бы не согласились? И если что-то рекламируете, например фастфуд, сами едите его? Ведь часто пользователи соцсетей упрекают артистов, что они рекламируют что-то только ради прибыли?

— В порно бы не снялся, — смеясь, уверяет музыкант. — Так сразу все не назову. Есть у меня рекламные ролики, но я стараюсь работать с теми брендами, с которыми как-то связан. Я представлял сеть фастфуда, я действительно его употребляю, так же, как и «кока-колу». Я сам себе не буду верить, если буду рекламировать то, что мне не близко. А пользователи могут писать все, что угодно: во-первых, они не знают, как на самом деле, а во-вторых, они хотят быть на моем месте.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания