Новости дня

18 августа, воскресенье












17 августа, суббота














16 августа, пятница



















Уйти, чтобы остаться? Пять вопросов об отставке Нурсултана Назарбаева

13:04, 27 марта 2019
«Собеседник» №11-2019

Назарбаев и Токаев: пост сдал, пост принял // фото: Global Look Press
Назарбаев и Токаев: пост сдал, пост принял // фото: Global Look Press

Президент Казахстана – последний политический долгожитель еще с советского периода и один из самых долго правивших президентов мира. На прошлой неделе он покинул президентский клуб «Кому за 30», оставив пост после более чем трех десятков лет у руля казахстанской политики.

1. «Устал»?

О грядущей отставке Назарбаева знали все и никто.

– Если вам кто-то скажет, что предвидел уход Назарбаева в 19 часов 19 марта 2019 года – не верьте. Хотя разговоры и подготовка шли давно. Все ясно стало после 2010 года, когда Нурсултан Абишевич получил суперстатус «лидера нации» («елбасы» по-казахски) – это такой вечный глава. Потом внезапно повысили статус чисто консультативного органа – Совета безопасности, который и возглавил Назарбаев после отставки. Но сам уход ждали не раньше конца года, – говорит руководитель отдела Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ Андрей Грозин.

Что заставило казахстанского президента ускориться? Ответ эксперт предлагает искать в последних знаковых встречах и переговорах Назарбаева:

– Интересно, что в графике Владимира Путина за 2018 год общение с Назарбаевым стоит на первом месте по количеству встреч. 9 ноября президенты общались за закрытыми дверями по секретному поводу, но оба вышли и светились, как юбилейный рубль. Не обсуждали ли они тогда план будущей «казахстанской рокировки»? За час до объявления своего решения Назарбаев опять же звонил Путину. А раньше, в январе 2018 года, главу Казахстана принимал Дональд Трамп, и не у туалета на бегу, как это бывает с другими постсоветскими лидерами, а в Овальном кабинете, с совместным фотографированием. Вот только лица на Нурсултане Абишевиче тогда не было. В США то разгорается, то затухает «Казахгейт» – коррупционное дело, по которому проходит лично Нурсултан Назарбаев. Не удивлюсь, если Трамп в присущей ему простой манере мог прижать азиатского коллегу к стенке этим компроматом, требуя определиться.

Казахстан – самое влиятельное на сегодня государство в Центральной Азии, где сошлись интересы давних соперников – России, США, Китая. Долгое время по-восточному мудрый Назарбаев успешно лавировал: дружил с Путиным, но не признал Крым, запускал и американские, и китайские проекты. Но оставаться «другом всем» становилось все труднее. Выйти из-под возможного удара можно было, только формально устранившись из игры. Но при этом оставив все реальные рычаги влияния в своих руках. Самый популярный мем в казахстанских соцсетях – президент ушел, но остался.

– Наши источники говорят, что, несмотря на усилия немецкой и израильской медицины, 78-летний Назарбаев уже не меньше 6 месяцев серьезно болен. И его с помощью сильных препаратов буквально «воскрешают» перед каждым выходом, – озвучивает другую, медицинскую, версию эксперт по Центральной Азии, главный редактор агентства «Фергана» Даниил Кислов. – Правду мы все равно никогда не узнаем, так как по закону состояние здоровья лидера – самая охраняемая гостайна в Казахстане. Но важно, что ему хватило мудрости на цивилизованный переход власти, уйти от одержимости властью и уверенности в своей вечности. Еще в 90-х он говорил, что быть вечным президентом позорно, и слово сдержал.

2. На кого оставил страну?

Про свежее политическое событие уже слагают анекдоты.

– Назарбаев подарил своему другу Токаеву машину, но без руля. «А где же руль?» – спрашивает Токаев. «Да ты дави на газ, а рулить буду я», – рассказывает последнюю хохму Даниил Кислов. – Все понимают, что преемник – полная креатура президента. Хотя вариант для Казахстана хороший: образованный, интеллигентный, тонкий дипломат.

– Как Кадыров – верный пехотинец Путина, так и Токаев для Назарбаева – самый близкий порученец, – сравнивает политолог Аркадий Дубнов.

– Токаев – самый известный и самый высоко взлетевший казах в мире после самого Назарбаева, он был заместителем генсека ООН, – излагает Андрей Грозин. – Он  истинный дипломат, который 10 раз подумает и потом ничего не скажет. У него довольно чистая биография: нефтяная скважина у сына и мутная история с переписыванием мидовского гостевого дома на свою родню – для Азии это разве размах? По большому счету что-то ему сегодня предъявляют только казахстанские нацики: говорят про русскую или еврейскую жену, про отца, который был известным писателем, но до того успел послужить в НКВД, что новый и.о. президента учился в МГИМО и до сих пор по-русски говорит лучше, чем по-казахски. 

Но серьезным препятствием может оказаться другое – за Токаевым нет ни своего клана, ни больших денег, ни близких СМИ. Его ресурс – поддержка Нурсултана Назарбаева. 

3. Что дальше?

Президентские выборы в Казахстане будут по Конституции только весной следующего года. Значит, ситуация подвешена на целый год. Зачем? Шокированные казахстанцы строят версии, что Токаев может быть промежуточной фигурой. А там или сам Назарбаев сдастся на уговоры народа и триумфально вернется, или за год проклюнется другой кандидат, для которого Токаев сейчас греет трон. 

– Вторым человеком в государстве назначена дочь президента Дарига Назарбаева. Очевидно, что это как минимум страховочный вариант Назарбаева – с кресла главы парламента ей весьма удобно стартовать в президентской гонке, – считает Аркадий Дубнов. 

Дарига Назарбаева тоже дружественна России и для «восточной принцессы» имеет не так уж много скелетов в шкафу. 

– Ну есть у нее странное хобби – она поет оперные арии, но, говорят, делает это неплохо, – рассказывает Грозин. – Конечно, она одна из самых или самая богатая женщина страны. Ее младший сын иногда подводит семью, как в случае, когда он выложил в интернете свое признание в наркомании. Главное пятно – бывший муж Рахат Алиев, который готовил военный переворот в стране и закатывал своих врагов в бочки с бетоном, но после того, как он при загадочных обстоятельствах умер в Вене, этот фактор потерял актуальность. Дарига – сенатор, но у нее нет опыта работы в исполнительной власти, как и регионального опыта. Но впереди еще целый год.

4. Какими будут отношения Казахстана и России?

– Реальные рычаги власти остались в руках Назарбаева, поэтому все будет по-прежнему, – уверен Аркадий Дубнов. 

– У Токаева, как говорят, отличные отношения с Путиным и Лавровым, который тоже работал в ООН, – дополняет Кислов. 

– Все эти дни идет напряженная телефония между нашими странами: сначала Назарбаев позвонил Путину, потом Путин позвонил Назарбаеву и поблагодарил его за многолетнее сотрудничество, а через пару часов набрал Токаева и поздравил. На следующий день обоим позвонил Дмитрий Медведев. Очевидно, что идут согласования или уточнения, – обращает внимание Андрей Грозин.

5. Кто следующий на выход?

– Астану переименовали в Нурсултан, скоро Минск переименуют в Александрию – уже ходит среди экспертов такая шутка, – юморит Грозин. – Политические системы Казахстана и Белоруссии похожи. На самом деле у многих политических долгожителей – от Лукашенко до Путина – может появиться соблазн так уйти, чтобы при этом остаться навсегда. Западные СМИ уже пишут, что ждут кальку этого процесса теперь и в России. 

– Не в характере Путина повторяться, – возражает Аркадий Дубнов. – Он видит себя человеком миссии, который не может следовать за кем-то. Лукашенко тоже вряд ли пойдет аналогичным путем. Алиев, президент Азербайджана, – точно нет. Ельцин, который сказал «я устал, я ухожу», и теперь Назарбаев – вот и всё. 

Чем запомнился Назарбаев?

– Народ любит Назарбаева, как это принято на Востоке, и многие искренне переживают его уход, – передает настроение Даниил Кислов. 

– Казахстан – второе по экономике после России государство СНГ. С Узбекистаном у него схожий сырьевой профиль по наличию природных богатств, но ВВП Казахстана выше в 10 раз! А уровень жизни в 1,5–2 раза превосходит соседей. При этом закатана в асфальт реальная оппозиция, нет по-настоящему свободных СМИ, – перечисляет Андрей Грозин.

– Меня расстроила азиатчина, с которой был обставлен переход власти – все эти переименования улиц, города, памятники перечеркнули имидж Казахстана как европеизированного государства, – огорчается Аркадий Дубнов. 

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №11-2019 под заголовком «Уйти, чтобы остаться».

Поделитесь статьей:


Колумнисты


Читайте также