Новости дня

10 декабря, воскресенье
























09 декабря, суббота


















08 декабря, пятница



Последний салют команданте. Во что Уго Чавес превратил Венесуэлу?

0

После смерти президента Венесуэлы Уго Чавеса к посольствам этой латиноамериканской страны по всему миру до сих пор несут цветы, политики выражают сочувствие, блоггеры, журналисты и простые граждане вспоминают одного из самых неординарных политиков современности.

Кумир бедняков

Уго Чавес – один из немногих людей, о ком легенды стали складывать еще при жизни.

– Однажды я был приглашен в президентский дворец Чавеса в Каракасе, – рассказал «Собеседнику» собкор агентства ИТАР-ТАСС в Венесуэле Сергей Середа. – Ну дворец – это довольно условно. Особняк XIX века, который стоит по соседству с обычными трущобами и с видом на простые девятиэтажки, где венесуэлки сушат белье на балконах.

Пока я дожидался во дворе, вдруг вижу, как из одного подсобного здания выходит тетка в шортах, бигудях, с тазиком и попугаем в клетке. Вешает клетку на дерево и готовится прямо тут стирать. Я в шоке спрашиваю у помощников: «Что это?» Оказалось, что в 2010 году после сильных ливней затопило и смыло домики 100 тысяч венесуэльцев, им сразу начали строить дома – бесплатно, а пока временно бездомных разместили где могли. В том числе и в президентском дворце. Чавес сказал: у меня большие площади пустуют, могу взять к себе несколько десятков человек. Если бы я это не видел собственными глазами, подумал бы, что это просто пиар. Где еще в мире, с каким из лидеров такое возможно?

Для бедняков Венесуэлы Уго – полубог. Вопреки сложившемуся мифу, Чавес не поборол бедность, но он ее сократил рекордными темпами: в начале его правления уровень нищеты в стране был 21%, в 2013 году эта цифра стала меньше 7%. При Чавесе те, кто родился и вырос в фавелах (трущобные районы), узнали, что такое нормальная медицина, образование, комфортабельное жилье. Только в прошлом году в новые квартиры заселились 200 тысяч бедняцких семей.

– Я лично знаю женщину, которая во время визита смогла передать Чавесу записку о своем бедственном положении, и ей реально дали квартиру, – привел пример Сергей Середа. – Неудивительно, что Чавес стал «королем нищих» – его автомобиль, разъезжающий по стране, фанаты готовы были носить на руках.

Чавес сам с детства знал, что такое крайняя бедность. Родившийся в многодетной семье учителей (у Чавеса шесть братьев), Уго с детства был отдан на воспитание бабушке, которая, чтобы свести концы с концами, готовила сладости из копеечной папайи на продажу. Маленький Уго еще ребенком разносил подносы с десертами по улицам и своими глазами видел все картинки латино­американской бедности.

Говорят, что риторика будущего президента заложилась еще в детстве – из разговоров с соседями и родными, среди которых процветали левацкие и коммунистические взгляды. Чавес – один из немногих, кто, придя к власти, не забыл все, что говорил до выборов. В том числе и очень давно – своим соседям по фавелам.

Подъем с переворотом

Чавес мог навсегда остаться обычным венесуэльским бедняком, как его родители. Если бы не случай. Как многие подростки из бедных кварталов, он занимался спортом – бейсболом. При этом Уго был левшой от рождения, что дает преимущества в игре. За неожиданные маневры и смелость его взяли в команду военной академии, которую он потом и закончил. За эти же качества за Чавеса позже голосовали на выборах.

Но в начале своей карьеры неугомонный Уго решил изменить ситуацию в стране быстро и коротким путем – в 1992 году он вместе с 1000 солдат и сотней офицеров, недовольных обстановкой, вышел на улицы, чтобы взять власть силой.

Горстка мятежников была подавлена, погибли 17 человек, около 50 были ранены. Чавес принял решение сдаться, а вину за неудачную попытку взял на себя. Но удивительно – провал молодого военного все равно сделал его героем.

– О нем не забывали, когда он сидел в тюрьме 2 года по приговору суда, уже тогда у него было достаточно верных сторонников и даже фанатов, которые периодически осаждали тюрьму Каракаса, требуя выпустить Чавеса. Он пользовался симпатией у многих. Например, рассказывали, что тогдашний российский посол даже как-то пронес ему водку в заключение – для поддержания боевого духа, – рассказал «Собеседнику» один из предпринимателей, который работал в те годы в Венесуэле в нефтяной сфере.

Позже Чавес не раз подчеркивал, что остается другом России и Владимира Путина лично.

В 1994 году власти сдались под давлением – Чавес был амнистирован, триумфально вышел на свободу и практически сразу начал свое восхождение в политике. Миллионы венесуэльцев с 1999 года и вплоть до смерти Чавеса отдавали ему голоса, видя в нем «парня с соседней улицы», который хлебнул в жизни того же, что и они.

В 2002 году оппозиция смогла совершить переворот, отстранить и арестовать Уго, но столкнулась с таким массовым сопротивлением части военных и простых граждан, которые готовы были вернуть Чавеса с оружием в руках, что отказалась от своих намерений и доставила свергнутого президента обратно во дворец.

– Я не ожидал вернуться так быстро, даже начал писать стихи, как все изгнанники, но так и не закончил свою первую поэму, – пошутил новый-старый президент.

У Чавеса были не только фанаты, но и противники. В основном из числа буржуазии, капиталы которых Чавес национализировал и перераспределил в пользу бедных. В Венесуэле даже владельцы маленьких магазинов могли поплатиться имуществом за завышение цены хоть на 1 сентимо (венесуэльская копейка).

Но сегодня остается вопрос: что будет с венесуэльской экономикой – «социализмом по Чавесу», – которая слишком зависела от личных решений президента?

Ось добра

– Чавес стал не только кумиром для многих венесуэльцев, но и эпохальной фигурой в международной политике, – прокомментировал «Собеседнику» научный сотрудник РГГУ, эксперт по Латинской Америке Михаил Белят. – Он практически осуществил важную миссию по созданию объединенных штатов Латинской Америки, которые со временем могли стать одним из новых центров мировой политики.

Чавес демонстративно не подчинялся негласной иерархии в мировой политике с самопровозглашенным лидерством США.

– Я все еще чувствую запах серы. – Фраза Уго Чавеса о президенте США, который выступал на трибуне ООН до Чавеса, моментально стала крылатой.

Чавес называл себя и своих союзников «осью добра». В то время как США традиционно заносили его в список главных злодеев.

Фразы Чавеса его сторонники вывешивали на улицах и печатали на майках и футболках. Уго никогда не оставлял их без работы, подбрасывая новые экстраординарные высказывания и действия. Во время визита в Москву Чавес подарил Дмитрию Медведеву три плитки шоколада и банку бананового варенья – «лучших в мире».

У себя на родине Чавес еженедельно появлялся в эфире программы «Алло, президент», куда ему могли дозвониться обычные граждане. Однажды президент поставил рекорд – 8 часов беспрерывного вещания. Даже после постановки смертельного диагноза Чавес выступал перед парламентом 6 часов без перерыва.

– Через час я готова была уже не только голосовать за него, но и отдаться ему прямо в студии, – однажды призналась одна из политических оппоненток Чавеса, отдав должное его харизме, обаянию и риторике.

– До меня доходят слухи, что некоторые стали уже носить белье красного цвета. Ребята, не перегибайте! – пошутил уже больной Чавес, узнав, что его фанаты – «чависты» – чуть не поголовно оделись в красные рубашки и бейсболки – любимый цвет их президента.

Смерть Чавеса, как и его жизнь, уже породила мифы, в том числе и в России. Владимир Жириновский заявил, что смертельной болезнью команданте могли заразить враги из США, а Геннадий Зюганов предложил назвать его именем одну из улиц.

Венесуэльского команданте вряд ли быстро забудут – и в России тоже.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания