07.12.2021

«Я нашла сердце своего погибшего сына…»

Татьяне Ефимовой удалось пообщаться с человеком, которому пересадили сердце её Никиты

Фото: личный архив Татьяны Ефимовой

Сын Татьяны Ефимовой Никита Сапкежко (второй слева), погибший в автокатастрофе

Три года назад, в канун нового 2019 года, Татьяна Ефимова потеряла своего сына – Никита Сапежко попал в страшное ДТП. 36 часов врачи боролись за его жизнь, но так и не смогли спасти. 30 декабря 2018-го Никиты не стало. Тогда Татьяна ещё не знала, что сердце её любимого сына продолжит биться в теле другого человека.

Авария, участником которой невольно стал 18-летний Никита, произошла в самом центре Санкт-Петербурга. В «Жигули» Никиты – чемпиона России по картингу – на бешеной скорости врезался внедорожник 22-летнего Николая Цветкова. Удар был такой силы, что машину Никиту буквально вдавило в стоящую впереди машину. Сам виновник аварии, несмотря на сильнейшее опьянение, попытался скрыться с места ДТП. За жизнь юного Никиты боролись 36 часов, но удар был такой силы, что шансов на жизнь у него не было.

– Когда я узнала о том, что мой Никита попал в ДТП, я сразу же приехала в больницу, но мне там сказали, что шансов практически нет, что травмы несовместимы с жизнью, что мозг моего мальчика скорее всего уже мёртв, – рассказывает Татьяна Ефимова. – 30 декабря мой сын скончался, и только через несколько месяцев, читая медицинское заключение, я узнала, что сердце, печень и почки моего сына были изъяты для трансплантации.

Сначала я была в шоке, что всё было решено без меня, ведь если бы тогда спросили моего согласия, то, скорее всего, я бы ответила отказом. Потому что, когда ты находишься в критическом состоянии, когда боишься дышать на ребёнка, видя, как он умирает на твоих глазах, когда даже тебе врачи говорят, что его больше нет, ты надеешься на чудо, и просто невозможно позволить кому-то оборвать эту надежду. Невозможно согласиться, чтобы твоего ребёнка просто трогали, я уже не говорю о том, чтобы его резали и изымали органы.

Татьяна рассказала, что только спустя время смогла понять, что трансплантация – это своего рода чудо, благодаря которому, её сын смог спасти несколько других жизней. И у неё появилась надежда на встречу с ними.

13 сентября 2021 года Татьяна написала пост о том, что рассчитывает на теорию семи рукопожатий, и чтобы каждый неравнодушный поделился её историей и рассказал об этом своим друзьям.

«Мой мальчик погиб, но его сердце не остановилось. Оно сейчас живёт в ком-то, очень надеюсь, что оно прижилось и спасло кого-то. Кто этот кто-то? Где он живёт? Чем занимается? Говорят, что люди меняются после пересадки сердца и приобретают странные и новые привычки. Мне важно всё это. В сердце живёт душа. Моё сердце ищет его сердце».

Пост Татьяны набрал больше 26 тысяч лайков, несколько тысяч комментариев и репостов, после чего случилось настоящее чудо. Буквально через четыре дня Татьяне написала девушка. Она лежала в госпитале в тот период с мужчиной, которому как раз 30 декабря 2018 года делали операцию по пересадке сердца. Она предположила, что это он, и это оказалось правдой. Мужчину зовут Николаем, ему 63 года, и живёт он в глубокой деревушке. Именно ему досталось сердце Никиты Сапежко.

– Мне дали его номер телефона, мы с ним поговорили, и я испытала абсолютно незнакомое мне чувство, – призналась Татьяна. – Когда Николай приедет в Санкт-Петербург на обследование, мы обязательно с ним встретимся и обнимемся. Я стараюсь не лезть в его жизнь, хотя есть желание интересоваться, как он. Какие-то интересные материнские чувства к мужчине, который годится мне в отцы.

Ежегодно в России почти пять тысяч людей нуждаются в пересадке органов. Среди них и новорождённые, и взрослые – и они не знают, дождутся ли своей очереди. Трансплантации в нашей стране до сих пор остаются очень редкими операциями – ежегодно выполняется около 2-2,5 тысяч пересадок. В 2020 году из-за пандемии их количество ещё больше сократилось.

Жители России к трансплантации до сих пор относятся настороженно и недоверчиво. Из-за недостатка информации родственники умерших, которые могли бы стать донорами, устраивают скандалы и всячески пытаются запретить изымать органы. Страх того, что близкого человека специально могли убить ради спасения другой жизни или ради чего-то ещё – оказывается сильнее желания помочь тому, кто действительно, в этом нуждается.

– Часто бывает так, что из-за травмы головной мозг человека уже умер, но другие органы в сохранности. Только в этом случае их можно изымать у доноров, – рассказывает врач-хирург НИИ СП им. Склифосовского Никита Журавель. – Процедура очень непростая как технически, так и юридически.

Несколько врачей должны подтвердить, что головной мозг умер (в этом случае человека уже не спасти, юридически он считается умершим), также проверяется состояние остальных органов. В консилиум врачей обязательно входят невролог, анестезиолог-реаниматолог с опытом работы не менее пяти лет. Но как только всё необходимое сделано – центр трансплантации начинает готовить к пересадке пациента из листа ожидания – это список больных, которым необходима пересадка. Врач включает туда пациента после того, как установлено, что помочь может только такая операция.

Разрешают ли Российские законы изъятие органов без согласия родственников?

– Мало кто знает, что презумпция неиспрошенного согласия на передачу собственных органов уже давно действует в России,– рассказала юрист Анна Фролова. – Это означает, что каждый из нас, даже не подозревая того, заранее даёт врачам разрешение, что в случае смерти его органы станут собственностью нового хозяина. К тому же в 2015 году были приняты законы о создании базы данных доноров, о снятии с доноров возрастных ограничений, о расширении списка изымаемых органов и об увеличении количества больниц, в которых эти органы смогут забирать.

Дарья Новичкина

Рубрика: Общество

Поделиться статьей
Комментарии для сайта Cackle
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика