Эксперт "Гринпис": Идея о том, что лесные пожары тушить не надо, это шарлатанство

Что растёт на месте сгоревших в прошлые годы лесных угодий, разбирался Sobesednik.ru

Фото: Depositphotos

На что уходят деньги

– Есть данные со спутников, что на местах лесных пожаров прошлых лет? – спрашиваю у руководителя лесного отдела «Гринписа» Алексея Ярошенко.

– Если взять регионы средней полосы, где была катастрофа 2010-го, в большинстве случаев на горельниках растёт молодой лес. Где-то посадили, где-то сам вырос. Но случаев совсем лысых проплешин уже очень мало. А вот если смотреть горельники прошлых лет тайги, там иная картина. На севере леса восстанавливаются медленно, и поэтому десятилетняя гарь – там все ещё гарь. Молодой лес только начинает подниматься.

Власти обещают выделить 35 млрд руб. на восстановление леса. Этого хватит?

– К счастью, после большинства таёжных пожаров, никто лес не восстанавливает. И это очень хорошо, – огорошивает эксперт, потому что если ему не мешать, сам он восстанавливается быстрее, чем если туда придут с тяжёлой техникой, начнут почву пахать, втыкать сеянцы... Главной задачей должно быть – чтобы леса не сгорели заново, как это часто бывает. Потому что молодняки горят охотнее и быстрее, чем старые. Вкладывать силы надо в то, чтобы такие пожарные катастрофы не повторялись.

Но я знаю примеры, когда восстановлением леса всё же занимаются.

– Да, для того, чтобы получить лес с определёнными характеристиками – это хозяйственная функция. Сажают, чтобы выросла не берёза, которая легче всего осваивает новые пространства, а – сосна или ель. Но сама по себе посадка не гарантирует ничего. И в 90% случаев, если просто посадить и потом ничего не делать, вырастет все та же берёза. На воспроизводство лесов больше влияет уход, в том числе рубки ухода в молодняках, чем сама посадка.

Тогда на что пойдут выделенные миллиарды?

– На все, что входит в обязанности региональных чиновников и финансируется из федерального бюджета – содержание штата чиновников и лесных специалистов, которые большую часть времени тратят на отчётность, а это тоже стоит денег, рабочие места, технику. Что останется – это лесовосстановление, охрана от пожаров и их тушение.

На всю страну – это же копейки…

– Это только то, что идёт по линии государства. По закону лесовосстановление – это в основном задача арендаторов.

Из 5000 высаженных на 1 га деревьев остаётся 300-400 штук. Естественным путём получается эффективнее – на 1 га падает порядка 50 тыс. семян, остаётся 600-700 штук.

Трудное восстановление

Если всё же говорить об искусственном восстановлении, то процесс происходит так. Например, в Марий Эл осенью собирают шишки, зимой перерабатывают и получают семечки (в республике есть две шишкосушилки). Часть семян из каждой партии проходит контроль на станции защиты растений. В общем, делают запас семян, сеянцев и саженцев. В 2015-м, к примеру, там высадили леса на 400 га горельников.

Нередко и впрямь ничего не делают: лес сам вырастает. Так, в 2014-м впервые после пожаров 2010-го из погибших 76 га марийского леса 16 000га были переведены из разряда горельников в молодняки. На этих территориях никаких специальных работ не проводили. Там выросли берёзы.

От сплошной расчистки территории бульдозерами в республике отказались давно: затратно, да и вредно – оставляет после себя «лунный ландшафт. Что касается метода сеять лес с самолётов, присматриваются, но считают, что во всяком деле нужен профессиональный подход. И поэтому недоумевают – если в стране так заботятся о лесе, почему число работающих в лесу неуклонно сокращается?

Фото: Юрий Пилипенко
Истринский район Московской области. Тут лес не горел, но за три года так ничего и не выросло.
«На долю пожаров приходится около 60% от общего количества леса, ежегодно погибающего в России, а в Сибири – 80%».
- Александр Брюханов, старший научный сотрудник Лаборатории лесной пирологии Института леса им. Сукачева Красноярского научного центра СО РАН.

Лукавые зоны контроля

В новом веке лесные пожары стали для России настоящим бедствием. Ежегодно сгорают миллионы га лесных угодий страны. При этом с 2015-го Минприроды ввело еще и «зоны контроля», где пожар можно не тушить, если расходы на тушение могут превысить ущерб, который пожар может нанести. Решение принимают региональные власти. И все лесные территории поделили на такие зоны.

По площадям пожаров Россия сейчас на 2-м месте в мире за всю историю наблюдений.

Как считает руководитель противопожарного отдела «Гринпис» России Григорий Куксин, название «зоны контроля» лукавое, так как «контроль» тут – лишь космический мониторинг, как правило, эти территории вне зоны авиапатрулирования (какой смысл, если все равно тушить не собираются). Между тем, речь идёт об огромных площадях – в такие зоны попало 49% земель лесного фонда, в основном на севере.

Считается, что это леса, не представляющие хозяйственного значения. Но по факту, уверяет Куксин, не так. Нередко в эти зоны попадают и отдалённые населённые пункты, и участки лесозаготовителей. Иногда границы зоны проходят прямо по границе промышленных рубок. Выходит, люди там могут жить, лесорубы работать, а вот тушить – не получается?

Куксин приводит и вовсе вопиющие примеры: в Якутии в 2019-м в зоне контроля проводились профилактические выжигания. То есть, зажечь там могут, а тушить – нет. Он уверяет, что в данный момент зоны контроля дают около 90% площадей всех лесных пожаров России.

По предварительным оценкам, от нынешних пожаров может погибнуть 5-7 млн га леса, при том, что площадь всех видов сплошных рубок в стране – 1,3 млн га.

– Не справились с подавляющим большинством пожаров потому, что у нас глупое лесное законодательство, разрушена лесная охрана, – подтверждает и Ярошенко. – Причём, несмотря на постоянные катастрофические пожары, которые происходят у нас последние 11 лет, всё те главные проблемы, которые вызваны новым Лесным кодексом, так и остались. Впрочем, кое-какие положительные изменения все-таки были. Но – мелкие.

Например?

– Наконец начали учитывать реальные площади пожаров. Если в 2012-м данные официальной статистики отличались от реальности в 5-7 раз, сейчас – в 1,5. Или ситуация с палами сухой травы – одна из главных причин масштабных пожаров. Формально они запрещены с 2014-го, и это хорошо. Но – органы управления лесами во многих сибирских и дальневосточных регионах сами массово проводят профилактические выжигания. Представляете – официально, на госсредства...

Ежегодно в России выгорают леса на площади, большей, чем территории Латвии (6, 458 млн га) и Эстонии (4,52 млн га) вместе взятых.
Фото: Depositphots

Вредная теория

Буквально на днях все начали обсуждать сенсацию: в журнале Nature Scientific Reports вышла статья, где говорится – биомасса российского леса в 1988-2014 выросла на 39%. И отсюда вывод – пожары тушить не надо.

Как можно посчитать биомассу?

– К сожалению, иногда подобные шарлатанские вещи выходят и в солидных научных журналах, – объясняет Ярошенко. – Сравнивают не сравнимые данные, получают неадекватные результаты. Они сравнили данные советского учёта лесного фонда 1988-го с результатами дистанционного мониторинга, который откалибровали по результатам госинвентаризации лесов и за счёт чисто арифметических ошибок они получили большое увеличение биомассы.

Нельзя сравнивать два таких совершенно разных источника в принципе. Не говоря уж о том, что эта система лесоучётных работ провалилась у нас в стране, и эти данные некорректны. Мы будем писать обращение в журнал Nature Scientific Reports с требованием отозвать статью. Плюс ко всему, у авторов есть конфликт интересов: среди них два чиновника, которые отвечают за эту государственную инвентаризацию лесов. Им, видимо, важно показать, что эти данные для чего-то используются.

Сейчас много околонаучного шарлатанства. Точка зрения, что наши леса и так очень сильно растут, можно не тушить в научном сообществе считается маргинальной.

Между тем, тему продолжили комментарии разного рода. Встречала и такие – без пожаров не будет лесов.

– Крайне опасная идея. Безусловно, пожары – это один из факторов формирования леса. Вопрос в масштабах. Смотрите, пожар 1915-го рассматривался как катастрофа. Сегодня у нас такие масштабные лесные пожары происходят ежегодно. А это уже – колоссальное бедствие.

– То есть вся эта кампания в защиту огня в лесах выглядит, как помощь чиновникам, не справляющимися с лесными пожарами?

– Да. Кстати, буквально вчера в журнале «Вопросы лесной науки», который выпускает Научный совет по лесу РАН вышла статья, где учёные разбираются, откуда берутся эти странные идеи и чем на самом деле грозят лесу и всей экосистеме даже небольшие пожары.

Цифры

В России порядка 809 млн га леса.

Самые крупные пожары были:

1915 г. – 15 млн га

1972 г.* – 1,8 млн га

2003 г. – 15,9 млн га

2008 г. – 13,6 млн га

2012 г. – 18,1 млн га

2018 г. – 15,4 млн га

2019 г. – 16,5 млн га

2020 г. – 16,5 млн га

2021 г. – 17,33 млн га

общая площадь лесных пожаров в России, данные дистанционного мониторинга системы ИСДМ Рослесхоз**

* самый крупный лесной пожар в советское время.

** площади пожаров, которые ученые выявляют, опираясь на спутниковые данные и аэрофотоснимки, отличаются от оценок Рослесхоза более чем в 2 раза.

Поделиться статьей
Комментарии для сайта Cackle
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика