"Дома бить не даю, на улицу убегаю": Почему семейные тираны в погонах остаются на свободе

Нынешний состав Госдумы так и не принял закон о домашнем насилии, который предполагает защиту жертв от истязателей

Фото: Depositphotos

Российские силовики зачастую избегают наказания за домашнее насилие, выяснил Sobesednik.ru. Дела на них либо не возбуждают, либо закрывают за примирением сторон.

«Я тебя специально сюда привез, воспитывать буду!»

Жители Курганской области Елена и Виктор Леонтьевы поженились в далеком 1990 году. Жили не очень богато, впрочем, как и большинство россиян. Практически весь их жизненный путь связан с селом Введенское, что в 17 км от Кургана. По российским меркам это довольно крупный населенный пункт – 4,5 тысячи жителей. Не город, конечно, но и далеко не деревня. 

В 1991-м у Леонтьевых родился сын, а в 2011-м на свет появилась дочка. Но на первый взгляд красивый семейный фасад скрывал жуткую тайну – все эти годы Елена подвергалась домашнему насилию.

– Однажды он пришел с работы, слегка выпил и пошел снег чистить. Затем бутылка за бутылкой… Я ушла в комнату ребенка, спокойно сидела в кресле. Он же просто накинулся на меня, кричал: «Я тебя все равно убью», – рассказала женщина. 

Вступиться за нее было практически некому. Соседи, возможно, и знали о домашнем насилии, но или боялись, или предпочитали не лезть в чужие дела. 

– Его мама всегда защищала меня. Говорила – «ты заберешь вещи, а Лена с дочкой останется со мной». Но потом мама умерла, а он устроился в СИЗО. И вся злость с работы стала переходить на нас. Однажды он пошел спать и ни с того, ни с сего просто ударил меня кулаком в глаз. Праздничные дни, а я хожу с синяками, – говорит потерпевшая.

Леонтьева неоднократно обращалась в полицию, но это не приносило должного результата. Во-первых, несколько раз она сама же забирала заявление. К тому же, Введенское как никак село – почти все друг друга знают, а сотрудника УФСИН – тем более. Кроме того, Леонтьева не всегда могла фиксировать побои, а без нужного документа слышала от полицейских что-то вроде «когда убьют, тогда и приходите». Правда, несколько раз сотрудники правоохранительных органов все приезжали на вызовы. 

– В 2013-м году после избиения меня увезли в больницу. Полиция опросила его, но он сказал, что ничего не помнит. Несколько лет спустя я снова вызвала полицейских, им пришлось ловить его на улице. Поймали. Я написала заявление и не стала забирать. Две недели вся его родня приходила, а он на колени передо мной вставал. В итоге через две недели я отозвала заявление, – рассказывает Леонтьева. 

Однажды в их доме случился пожар. Супруги были вынуждены спасать свое имущество. Елена вынесла из здания телевизор, но случайно повредил шнур. Это, по ее словам, просто вывело мужчину из себя.

– Бил меня, кричал – «о чем ты думала? Я тебя специально сюда привез, воспитывать буду!» – со слезами на глазах вспоминает наша собеседница. 
Работа во ФСИН изменила Леонтьева

По словам женщины, насилие стало совершенно привычным делом в их семье. Били кулаками по голове, пинали лежащей на полу, ломали нос. Доставалось и маленькой дочке. 

Но любому терпению приходит конец. Однажды, не выдержав постоянного рукоприкладства, Елена ушла от мужа и написала заявление в правоохранительные органы. К тому моменту Виктор уже ушел на пенсию – за четыре года до истечения контракта. Было возбуждено уголовное дело по статье об истязании (часть 1 статьи 117 УК РФ) с наказанием до трех лет лишения свободы. Дело даже дошло до суда. Но дальше случилось неожиданное.

По словам адвоката потерпевшей Ивана Камшилова, УФСИН предоставила суду положительную характеристику, хотя незадолго до увольнения ему вынесли строгий выговор. Более того, мужчина был лишен водительских прав за пьяное вождение. В итоге суд вынес удивительно мягкое наказание – за регулярные побои жены Леонтьев отделался штрафом в шесть тысяч руб.

 – Это просто вопиющее решение суда, – говорит адвокат Камшилов. – Мы написали апелляционную жалобу, прокуратура тоже не согласилась с приговором. Моральный вред не возмещен, а сам осужденный спокойно ходит на свободе.

Сейчас Леонтьевы разведены. Мама с дочкой снимают квартиру, но опасаются за свои жизни. Дозвониться до Леонтьева не удалось.

«Муха младший» против беременной

В августе 2016 года Следственное управление Следственного комитета по Чувашской республике сообщило о возбуждении уголовного дела против бывшего полицейского, регулярно истязавшего свою беременную подругу. СК не называл фамилию подозреваемого, лишь сообщив, что тому 24 года, и он работал в МВД России по Моргаушскому району. 

– По версии следствия, в феврале 2015, а также январе, феврале и марте 2016 года в селе Юськасы Моргаушского района обвиняемый в ходе бытовых ссор, возникавших на почве личных неприязненных отношений, четырежды наносил побои своей 23-летней супруге, которая в феврале 2015 и марте 2016 года была беременна, – сообщал СК.

Насилие над девушкой происходило в тот момент, когда молодой человек еще работал в МВД. Но после обращения девушки в правоохранительные органы он был уволен. 

О том, чем закончилась та история так никто и не сообщил. Осталась неизвестна и личность злоумышленника. Как выяснил Sobesednik.ru, домашнего мучителя зовут Димитрий Мышев. На своей странице во «ВКонтакте» у него стоит прозвище «Муха младший», мужчина указывает, что в 2011 закончил юридический институт МВД РФ в Чебоксарах. В аккаунтах друзей есть фотография Мышева в полицейском форме – снимок датирован июлем 2013 года, еще до событий, о которых сообщал СК. 

Следствие установило, что Мышев бил свою жену по лицу, наносил удары ногами по лежащей на полу девушке. Избиения происходили и в период, когда та уже была беременной. Причина? Следствие укажет – «неприязненные отношения».
Фото: соцсети
Мышев работал в полиции

Мышева обвинили в истязании беременной женщины (пункт «в» части 2 статьи 112 УК, до семи лет колонии), но какой-либо ответственности за домашнее насилие бывший коп избежал. В суде государственный обвинитель внезапно переквалифицировал деяние на гораздо менее суровое – побои (116 статья Уголовного кодекса с максимальным сроком в два года лишения свободы). А затем дело и вовсе было закрыто в связи с примирением сторон. Девушка заявила, что Мышев извинился перед ней и она его простила. Суд принял и положительные характеристики из МВД.

Судьба этой пары остается неизвестным. Пять лет назад в суде девушка говорила, что они разъехались. Sobesednik.ru отправил Димитрию Мышеву сообщение в социальной сети, но тот на него не ответил. 

Ударил по лицу ногой

Гульназ Хуснуллина и Гакиль Бадертдинов познакомились осенью 2001 года и практически сразу влюбились друг в друга. Всего через несколько месяцев состоялась свадьба, женщина взяла фамилию своего мужа. Сначала жили у родителей Гакиля – в селе Денискино, что в Самарской области. Там в ноябре 2002-го у них родилась дочка Алина. А в 2006-м семья переехала в свой дом в селе Шентала, где спустя год у них родилась вторая дочка – Гузель.

На первый взгляд, жили неплохо, ни в чем не нуждались. Гакиль работал участковым, Гульназ - юрист-консультантом. Ее родители в начале нулевых переехали в Нижневартовск и редко виделись с дочерью. Они и не знали, что уже через несколько месяцев после свадьбы их дочь была избита своим мужем.

– Первый раз он ударил ее по лицу, когда она еще была беременна, где-то в марте 2002 года. В последующем это только усугублялось, он мог на нее накричать или ударить за то, что она долго готовила или стирала, – рассказала впоследствии одна из подруг Гульназ.

Сестре она жаловалась, что однажды муж ударил ее ногой по лицу и разбил нос. Но, чтобы в Шентале никто не узнал о случившемся, участковый отвез жену в больницу в Самаре.

Свидетелями постоянных избиений стали дочери Гакиля и Гульназ Бадертдиновых, на глазах которых и происходило рукоприкладство. Позднее они рассказали, что «папа пил часто – каждый день или через день». Соседи видели, как ночью женщина с детьми выбегали из дома и ждали, когда Гакиль успокоится.

Фото: соцсети
Бадертдиновы были счастливой парой
– Все происходило из-за ревности участкового. Он подозревал женщину в изменах, но все его обвинения так и не подтвердились, – говорит представитель потерпевших Владимир Красиков.

По словам отца погибшей, в 2010 году Гакиля Бадертдинова уволили из органов внутренних дел за езду на автомобиле в пьяном виде. Однако позже ему каким-то образом удалось восстановиться на службе.

– Я говорила: «Гульназ, почему ты терпишь? Почему не уйдешь?» Она отвечала: «Я сейчас дома бить не даю, я на улицу убегаю», – рассказала правозащитникам соседка Раиса Нурмухаметова. 

В августе 2018 года Гульназ не выдержала постоянных избиений и вместе с детьми уехала от мужа. Но тот не остановился, рассказывают в правозащитной организации «Зона права». Гакиль стал писать оскорбительные SMS-сообщения – называл Гульназ лживой, опустившейся женщиной.

А в октябре небольшое село в 160 км от Самары потрясло ужасное известие. Рядом с домом, где раньше жила семейная пара, было найдено тело женщины. Страшную находку сделали родители Гакиля, которые в тот день заехали к нему покормить скот.

Началось расследование, тогда-то на поверхность и всплыла вся неприглядная правда на первый взгляд счастливой семьи. Друзья и родственники рассказывали о регулярных побоях, но свою вину Гакиль Бадертдинов так и не признал.

Участкового все же уволили из органов и предъявили обвинение. Но не в истязании или побоях, а в доведении до самоубийства. В суд дело было направлено еще в октябре 2019 года, но приговора по нему до сих пор нет.

– Дело долгое время ходило по разным инстанциям – так, однажды выяснилось, что свидетель по нему работает секретарем в суде. Недавно все же началось его рассмотрение, – говорит адвокат Владимир Красиков. Обвиняемый свою вину не признает. 

Sobesednik.ru будет следить за окончанием громкого дела.

Согласно подпункту «В» части 5-й статьи 15.1 Федерального закона от 27.07.2006 №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации» запрещается распространение информации о способах совершения самоубийств – прим. Sobesednik.ru

«Большой вопрос к государству»

По мнению руководителя центра «Насилию.нет» (признан иноагентом) Анны Ривиной, одним из ключевых способов борьбы с домашним насилием является публичность. Но и он довольно рискованный. 

– Здесь большой вопрос к руководству нашего государства, которое пока не смогло выработать механизмов по борьбе с домашним насилием. Мы помним, что в советские годы были сборы на работе, где коллектив и руководство могил порицать таких людей. Сейчас такое трудно себе представить, – заключает Ривина. 

Госдума за шесть лет своей работы так и не приняла закон о домашнем насилии. Проект предполагает введение защитных предписаний, призванных оградить жертву от агрессора. Похожая мера действует в США – суды выдают ордера, запрещающие приближаться к потерпевшей. 

Только цифры

По данным Верховного суда, в 2020-м до судов дошло 6549 дел о побоях и истязаниях. При этом 2301 дело было прекращено за примирением сторон. Лишение свободы назначено 597 обвиняемым.

Силовиков часто наказывают за бытовое насилие лишь при самых вопиющих случаях. Так, в Чите 45-летний экс-прокурор получил 3,5 года колонии за избиение сожительницы шваброй и раскладушкой. Во Владикавказе 32-летний экс-полицейский был приговорен к 16 годам за убийство жены, которая жаловалась на побои. А в Саратове 47-летний бывший военный, до смерти избивший жену, получил 9,5 лет колонии.

В то же время на днях суд Татарстана освободил из-под стражи бывшего инспектора ГИБДД Радика Бадретдинова, обвиняемого в изнасиловании 16-летней девушки. По версии следствия, полицейский и студентка познакомились в соцсети в феврале 2020 года. На первом свидании инспектор изнасиловал девушку в своей машине. Когда о преступлении стало известно, он сбежал и три месяца находился в розыске.

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №23-2021 под заголовком «Домашние тираны в погонах».

Поделиться статьей
Комментарии для сайта Cackle
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика