Новости дня

12 декабря, среда



































11 декабря, вторник










"Право имеет": адвокат об иске фотографа Лошагина к родителям жены


фото: Global Look Press
фото: Global Look Press

Адвокат прокомментировал судебную тяжбу фотографа Дмитрия Лошагина с родителями жены, за убийство которой ему дали 10 лет.

Екатеринбургского фотографа Дмитрия Лошагина отправили в колонию строгого режима в 2015 году. По версии следствия, в августе 2013 года он поссорился на вечеринке со своей женой – моделью Юлией Прокопьевой. Мужчина до смерти избил супругу, вынес ее тело из дома в контейнере и сжег в лесу.

На днях в Ленинском районном суде Нижнего Тагила начали рассматривать иск Дмитрия Лошагина к родителям его жены. Он требует пересмотреть доли в наследстве супруги и заставить ее родных выплачивать кредит в размере 2,5 миллиона рублей, который он взял за несколько месяцев до убийства. Кроме того, он намерен получить с Прокопьевых деньги за две машины Audi TT, которые он купил вместе с женой.

При этом Иван Волков, адвокат Прокопьевых, сообщил, что Лошагин распорядился взятым кредитом по своему усмотрению: 100 тысяч он взял себе, а оставшиеся деньги перевел своей матери. По словам Волкова, фотограф еще не погасил компенсацию морального ущерба за убийство жены: он выплатил лишь 60 тысяч рублей из двух миллионов.  

«Что касается автомобилей, как и другого совместного имущества супругов, то осужденный действительно имеет право на долю в них, – прокомментировал ситуацию Владимир Старинский, управляющий партнер коллегии адвокатов «Старинский, Корчаго и партнеры». – Здесь речь идет не о том, что он требует деньги с родителей убитой девушки, а о доле, которая ему причитается, то есть он и не переставал быть собственником этого имущества.

Что касается кредита, ситуация иная: надо разбираться, на кого был оформлен кредит, куда ушли деньги. Формально, если жена была созаемщицей, ее наследникам переходят и обязательства по кредиту. Но в данной ситуации суд с учетом обстоятельств дела и того, что деньги были потрачены на личные цели осужденного, может оставить обязательства только на нем. В целом его требования – не что иное, как попытка зачесть эти средства в качестве компенсации морального вреда, что необходимо для его условно-досрочного освобождения, – заключил Старинский.

поделиться:


Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания