Новости дня

19 июля, четверг






























18 июля, среда















Имена из солдатских медальонов


Фото: «Поисковое движение России»
Фото: «Поисковое движение России»

В апреле этого года отечественные поисковики отмечают двойной юбилей: 30 лет исполнилось с тех пор, как это благородное дело начали отдельные поисковые отряды, и пять лет как появилась общественная организация «Поисковое движение России», объединяющая сегодня более 42 тысяч поисковиков в составе 1428 отрядов по всей стране.

Накануне юбилея Sobesednik.ru поговорил с ответственным секретарем движения Еленой Цунаевой.

Как ищут?

— Если судить по цифрам, то каждый год поисковики возвращают из небытия тысячи имен защитников Родины. А ведь после войны прошло уже без малого 75 лет... Сколько же еще безымянных героев остались на полях сражений?

— Наши поисковики ищут не только на полях сражений. Не менее масштабная работа — исследовательская. Установить имена солдат, числившихся пропавшими без вести, скажем, по спискам маршевых рот и хоть частично проследить их воинский путь по архивным данным... Найти захоронение солдата, родственники которого уверены, что он пропал без вести... Это очень кропотливый и тяжелый труд.

Вообще максимальный результат для поисковика — это когда он не только нашел медальон погибшего, но и прочитал его, отыскал родственников солдата и добился того, чтобы были внесены уточнения в картотеку учета безвозвратных потерь. Вот тогда происходит изменение и на государственном уровне, и данные попадают в сводные архивные картотеки. Иначе получается так: поисковики нашли одну ветвь семьи солдата, передали ей прах, документы... А другая ветвь будет продолжать искать своего погибшего родственника, и на сайте ОБД «Мемориал», и в архивных документах ЦА МО он будет значиться как пропавший без вести.

Елена Цунаева
Елена Цунаева // Фото: «Поисковое движение России»

— А как поисковики ищут? Просто решают, что в районе, скажем, Невского пятачка или Синявинских высот было бы интересно сделать раскопы? Или есть какой-то план?

— Конечно, есть план. По крайней мере, последние пять лет, с тех пор, как образовалось «Поисковое движение России», мы стараемся все делать по единой системе. Но организованное поисковое движение существует с 1988 года. Поисковики из разных регионов страны ведут работы в местах боев Великой Отечественной войны. Например, ведут поиск земляков — солдат Красной Армии, служивших в дивизиях, сформированных в их регионе. Иногда ориентиром для начала поисковых работ могут служить рассказы местных жителей, воспоминания ветеранов, научная литература, данные архивов...

Сейчас работа строится так. План каждого поискового отряда составляется в соответствии с формой, которая определена в приказе министра обороны РФ №845. Поисковые отряды сдают свои планы руководителю регионального отделения нашего движения. Мы потом делаем сводный план, который и подаем в Минобороны. Вся эта работа должна быть закончена к 15 ноября — иначе в будущем году можно опоздать с началом поискового сезона (между тем многие отряды в ноябре еще продолжают работу, и поэтому иногда им сложно вовремя определиться с планами на будущий год).

Минобороны заверенные планы рассылает по регионам — чтобы на местах была информация о готовящихся поисковых работах. Но и сами поисковики должны письменно проинформировать местные власти — о том, когда именно начнут работать, сколько продлится поисковая экспедиция, кто будет контактным лицом, как с ним можно связаться и так далее. Любой интересующийся человек может изучить план поисковых работ на нашем сайте — у нас все очень открыто.

Фото: «Поисковое движение России»

— Государство финансирует поисковиков?

— У нас очень хорошая поддержка с 2013-го: субсидии, президентские гранты... Разные отряды, которые входят в наше движение, их получают. Например, новгородская экспедиция «Долина», тюменские поисковики, свердловские, из Оренбурга... В Татарстане на базе республиканского объединения «Отечество» ребята по собственной инициативе создали информационный поисковый центр — они собирают всю информацию об установленных участниках ВОВ, создают «Книги Памяти». Сначала они это делали одни, теперь при поддержке нашего движения и Минобороны. И они уже не раз получали гранты на свою работу, и сейчас выпускают уже восьмой том «Имен из солдатских медальонов».

Вместо данных — нитки с иголками...

— Я обратила внимание, что в каждом из этих томов — тысячи имен. Они повторяются?

— Нет, если только какое-то уточнение было с момента выхода предыдущего тома. В этих томах сегодня собраны все данные, которые получили поисковики (в основном те отряды, которые входят в наше движение), начиная с 1989 года.

— А сколько медальонов не смогли прочитать?

— Не готова назвать цифру, такая статистика не ведется. Но, как правило, если медальон не прочитан, то, значит, его уже невозможно прочитать: носитель-то бумажный, поэтому либо он совсем истлел, либо сгнил. Все, что можно было «выжать» из таких медальонов с помощью самых современных технологий, ручаюсь, было сделано, включая инфракрасные аппараты. Сейчас, с появлением более совершенного оборудования, у нас появляется возможность прочесть медальоны, найденные 10–20 лет назад, информация на которых выцвела и была нечитаема.

Фото: «Поисковое движение России»

— Говорят, многие бойцы из суеверия не заполняли данные в медальонах...

— Это один из мифов. Таких немного. Но если уж не заполняли, то в медальон вообще ничего не клали. Мы находили такие, в которых лежали нитки с иголкой...

Кто знает все?

— Кому поисковики передают собранную за время экспедиции информацию?

— В военные комиссариаты на местах — и по итогам экспедиции, и по итогам захоронений. А затем, конечно, она поступает в Минобороны.

Военкоматы готовы принимать такую информацию, но заниматься поиском родственников они не обязаны. Раньше были в областных военкоматах специальные отделы, которые занимались увековечиванием памяти, но теперь такой отдел есть только в Минобороны. Поэтому это трудное дело взяли на себя поисковики.

— То есть если кто-то продолжает искать следы своего погибшего родственника, и данных о нем нет в базе ОБД «Мемориал» (портал, где выложены документы о погибших и пропавших без вести по данным ЦА МО РФ), надо заглянуть в ваши тома «Имена из солдатских медальонов», а обращаться в военкомат по месту жительства не стоит?

— Можно, но зачем? Вся собранная поисковиками информация размещена в интернет-базах. Люди могут и непосредственно с поисковиками связаться (у нас на сайте есть контакты всех руководителей наших региональных отделений, списки поисковых отрядов, их электронные почты и так далее). Хотя, как правило, общественники сами ищут родственников, приглашают, передают всю информацию. Есть и рабочие группы «Книг Памяти» в отдельных регионах, но это не везде сохранилось: официально они уже закончили свою работу.

Попросить узнать судьбу солдата

— У вас на сайте обозначено 16 проектов, которые ведет «Поисковое движение России»...

— Да, работа поисковиков много шире, чем принято считать. Это, к примеру, и привлечение молодежи к уходу за воинскими мемориалами («Дорога к обелиску»). Так, активисты движения вместе с ребятами из военно-патриотического центра «Вымпел» собирают информацию о всех мемориалах и обелисках в своих регионах, приводят их в порядок, следят, чтобы на них появились имена тех, кто там захоронен... Они расспрашивают старожилов, музейных работников о боях, партизанских отрядах в своем регионе, местах расположения госпиталей...

А в марте в России стартовала «Вахта Памяти». И это не только торжественные заседания и митинги, посвященные победе в Великой Отечественной войне. Это и поисковые экспедиции, и захоронения воинов, найденных поисковиками, и вручение наград тем героям (или их родственникам), которые не были вручены в далекие горячие годы...

Фото: «Поисковое движение России»

— Среди проектов есть и такой — «Судьба солдата» Насколько я поняла, люди могут попросить поисковиков помочь разыскать хоть какие-то сведения о судьбе «своего» солдата.

— Именно так. На сайте есть вся информация о том, как это можно сделать. А с прошлого года мы помогаем и тем, кто не умеет пользоваться интернетом, или кто живет там, где его попросту нет. В определенные дни (обычно это памятные даты — 22 июня, 9 мая, 3 декабря и так далее) мы открываем общественные приемные, где наши поисковики собирают заявки.

— Как узнать, где и когда это будет происходить?

— Мы даем анонс на сайте движения. Но, кроме этого, ребята сами выезжают в отдаленные места. Так, наши пензенские коллеги некоторое время назад проехали много таких деревень, собрали заявки и начали по ним работу. В Свердловской области наши поисковики приходили в разные учреждения и рассказывали о том, что можно обратиться за помощью в поиске... А в Сургуте общественная приемная поисковиков работает в крупном торговом центре. Кстати, недавно звонила коллега оттуда и поделилась радостной новостью: им удалось найти человека, числившегося пропавшим без вести просто из-за ошибки писаря. Тот неправильно написал фамилию, и родственники ничего не знали о его судьбе. Оказалось, боец умер от ран и место его захоронения известно.

— Большой интерес к этой теме у людей?

— Очень. Особенный всплеск мы наблюдали после того, как по всей стране стал проходить «Бессмертный полк», напомнивший россиянам о том, какой ценой была завоевана Победа, и о том, что в их семьях тоже были бойцы... А иногда интерес к фронтовой истории семьи начинается как раз в тот момент, когда поисковики постучались в дверь и принесли солдатский медальон родственника...

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания

Собеседник 2019г
подписка -20%!