Новости дня

23 мая, среда








































22 мая, вторник





О чем Стариков беседовал с читателями накануне переиздания "Хаоса и Революции"


Николай Стариков // Фото: Валерий Ганненко / «Собеседник»
Николай Стариков // Фото: Валерий Ганненко / «Собеседник»

Спецкор Sobesednik.ru, автор телеграм-канала «валера в мехах» — о встрече писателя Николая Старикова с читателями.

20 февраля русские люди пришли в Московский дом книги — услышать ответы на свои самые животрепещущие вопросы, а отвечать на них должен был Николай Викторович Стариков.

Вообще обычно в Доме Книги проходят презентации чего-то нового, например книги. Но Николаю Викторовичу нечем было поделиться с пришедшими: только через месяц будет готова его новая книга, которая является просто переизданием «Хаоса и Революции» — поэтому Стариков обратился ко старому, но всегда для русского ума актуальному: к вопросам «что делать?» и «кто виноват?» в контексте мистической геополитики. Точнее, начать он хотел с рассказа о каких-то чужих книгах, и организаторы даже разложили их на столе Старикова, но как-то не задалось, и Николай Викторович ограничился публичной демонстрацией обложек.

Фото: Валерий Ганненко / «Собеседник»

Далее были вопросы.

Первым к Старикову обратился некий студент пятого курса. Студент хотел знать, существует ли такая национальность, как «русский», и какие у нее отличительные черты. Николай Викторович на словах вопросу удивился, но на деле был к нему абсолютно готов и тут же предложил провести социологический опрос. Наивный, он предположил, что перед ним «совершенно случайная выборка людей», и дал возможность тем, кто считает себя русским, поднять руку. Случайные люди почти в полном составе оказались русскими. По такому поводу Стариков объяснил им, что они из себя представляют:

— Русский — это больше состояние души, нежели форма черепа или какие-то проценты крови. Я вот такой яркий пример приведу. Некоторые представители знойной Африки приезжают в Россию. Некоторые из них уезжают в деревню, женятся, заводят детей — я видел такие сюжеты, лично с ними не знаком. Вот идет негр в ушанке, валенках зимой, занимается фермерским хозяйством. Вопрос: он кто, русский? Ну конечно он русский. Если у него жена русская, дети ходят в русскую школу, сам он прекрасно по-русски говорит, ощущает себя русским, тогда он русский без-ус-лов-но. Русским можно стать: достаточно приехать в Россию, любить русскую культуру, любить русскую женщину или русского мужчину, если вы представитель прекрасной половины человечества, почувствовать, что такое русский, и стать им.

Далее Стариков рассказал, по какой причине «доблестные полицейские» останавливают в метро приезжих: оказывается, это потому, что они не по-русски говорят. А вот если бы по-русски говорили, то полицейские их бы уважали и не останавливали, а наоборот — отпускали.

Задал вопрос и еще один студент, представившийся Алексеем. Алексея интересовало, как победить в споре с человеком, который считает, что СССР и нацистская Германия — это одно и то же. Стариков похвалил студента за смекалистость: мол, в этот предвыборный период часто непонятно, споришь ты с настоящим человеком или ботом. По существу же вопроса Стариков ответил вот что:

— Приравнивание рейха и СССР, приравнивание Гитлера и Сталина — это попытка уравнять агрессора и жертву. Это попытка уравнять тех, кто сажал в концлагерь, с теми, кто их освобождал из концлагерей. Это попытка уравнять тех, кто строил расовое государство, с теми, кто строил государство, где все равны. Даже из этих тезисов мы видим, что ничего общего у них нет. Зачем это делается? 

Фото: Валерий Ганненко / «Собеседник»

За логикой мысли Старикова было сложно уследить: человеку неподготовленному чтением его книг непонятно было, о ком он говорит. Кто сажал в лагеря — коммунисты? Непонятно было, кого он называет агрессором — оккупировавших Прибалтику коммунистов? Но Николай Викторович объяснил просто и понятно — в трех логических шагах, из которых каждый следующий дополнял и раскрывал предыдущий:

— Это делается затем, чтобы приравнять добро и зло. Дальше — объяснить, что добро — это тоже зло. И следующим этапом сказать, что добро — это зло и есть!

Вот эту важную информацию Стариков и посоветовал Алексею донести до оппонентов.

Следующим задал вопрос некий Георгий. Он признался, что прочитал все книги Старикова — книги эти перевернули его представление об истории. Юноша хотел знать, не кажется ли Старикову, что в России существует кризис идей, которые объединяли бы общество, а наличествуют лишь атомизирующие и разъединяющие и пришли они с Запада. Также Георгий посетовал, что был-де один человек, придумавший одну хорошую идею, да его убили.

Николай Викторович попросил Георгия назвать всем остальным фамилию этого человека, чтобы и остальные знали, кто пал жертвой собственной идеи. Я уж было испугался: мало ли какая идея могла показаться Георгию хорошей, но он развеял мои опасения: «Иосиф Виссарионыч Сталин».

Дальше всё закрутилось в макабрическом плясе, застучали сотни лаптей по моей голове, отбивая фашистский гопак, а глаза мои побелели сметанной поволокой: отвечая на вопрос Георгия про Россию, Стариков рассказывал о Порошенко, Украине, госкапитализме Китая, опять о нацистах каких-то, предложил раздать всем украинцам росийские паспорта (но бандеровцам не давать) и говорил, что не обязательно есть один только борщ. Потом появилась пенсионерка, мечтавшая, чтобы доллар обрушился, и я окончательно перестал понимать что-либо.

Валерий Ганненко — автор телеграм-канала «валера в мехах»; на днях он запустил новый канал «валера впотьмах».

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания