Новости дня

22 июля, воскресенье
























21 июля, суббота





















Процесс Воронина. Как суд решил, что извинения ТНТ не требуют извинений


В зале суда // фото: Валерий Ганненко / Sobesednik.ru
В зале суда // фото: Валерий Ганненко / Sobesednik.ru

Спецкор Sobesednik.ru, автор телеграм-канала «валера в мехах» — о своем первом столкновении с российским правосудием.

Суд — это без сомнения, серьезное и важное мероприятие, пусть даже ответчиком являешься не ты сам (что, впрочем, в любой момент может измениться). Помня об этом, к суду я стал готовиться с вечера — чтобы не проспать, завел будильник пораньше и лег спать вовремя, что мне, в принципе, не свойственно. Я заранее прошу прощения, но все эти, как вам может показаться, незначительные подробности важны для этого репортажа, и чуть позже я объясню почему.

Итак, приготовления к суду — к слову, моему первому — продолжились и утром. Чисто и без порезов выбрившись, надушившись, надев нарядную рубашку и теплые кальсоны под штаны (все-ж таки на улице минус тринадцать градусов Цельсия), я выдвинулся в сторону московского Мещанского районного суда, где должно было проходить слушание дела о причинении морального вреда Воронину Олегу Николаевичу.

Дело в том, что Олега Николаевича оскорбил телеканал ТНТ. Может быть, вы помните историю, когда телеканал ТНТ уже оскорблял нежные людские чувства — неудачной шуткой про ингушей — и был вынужден многажды извиняться. Теперь же телеканал ТНТ оскорбил, по мнению гражданина Воронина, его чувства  — тем, что извинялся за оскорбление чужих чувств. Само собой, господин Воронин требовал от телеканала не только компенсации морального ущерба, но и извинений за извинения.

Но вернемся ко мне: я, нарядный и утепленный, оставлящий ароматный шлейф, бегу от «Бауманской» к суду. Бегу, чтобы успеть: слушание назначено на 11:40, а из метро я вышел в 11:30, то есть за десять минут мне нужно было не только добежать до суда, но и отдышаться и вернуться в презентабельный вид. Осуществить задуманное мне едва не помешали несколько светофоров в самых неподходящих местах, а тажке нечищеные ото льда тротуары (которые грозили мне переломом чего-нибудь жизненно важного, например рук, без которых я не написал бы этого репортажа). Но добежал, успел. А ведь мог и вообще не попасть в здание суда: если бы не выложил с утра из кармана перцовый баллончик, приобретенный специально для защиты от подъездных наркоманов, — да, живу я не в самом безопасном районе, — в общем, если бы я его не выложил, сотрудник полиции не пустил бы меня внутрь.

Мещанский суд встретил меня запахом фекалий, замаскированным хлоркой, и весь мой праздничный настрой моментально растворился в казенном заведении. Нужный кабинет был на втором этаже, и по инерции, все еще торопясь, я взлетел по ступенькам.

«Вы не подскажете, какое дело сейчас слушают?» — едва отдышавшись, спросил я у усталой женщины, обнимавшей пуховик на коридорной лавке.

«Ох, сейчас — то, что должны были слушать в девять тридцать».

Оказывается, я не только не опоздал, но и приехал на три часа раньше. Поэтому в ожидании начала заседания я принялся жить жизнью Мещанского суда: наблюдал проводимых в наручниках подсудимых; слушал разговоры соседних дам — кому сколько лет дали; совокупно с остальными ожидающими своей судьбы потел от невыносимой жары; засыпал, просыпался от мышечных судорог и пытался угадать, кто из окружающих меня граждан является Ворониным. Ах, если бы я знал, чем все кончится. Но не отвлекаюсь — все станет ясным в свое время.

Итак, я наблюдал за спокойными и сонными как мухи людьми, а также за нервными — бегающими из двери в дверь. Также я слышал, как граждане определенной категории обращались к приставам «начальник». Также я посетил место для курения. И вот наконец зовут: Воронин, 11:40. Правды в этих словах было немного, так как выяснилось, что сам Воронин на заседание не явился, а на часах было далеко не одиннадцать сорок.

Если вы еще не забыли, что репортаж посвящен господину Воронину, с самого начала держали это в голове, то следующий абзац — для вас. Представитель Воронина отдал судье справку о том, что у его клиета был гипертонический криз, но не уточнил, был ли он связан с оскорбленными чувствами. Также адвокат сквозь продолжительное эканье и заикание добавил, что ученые доказали, что чувство юмора — полезно, а мы, русские, славимся умением смеяться. Также адвокат добавил, что ТНТ извинялся слишком много. В общем, заключил адвокат, Воронин хочет два биткоина, десять тысяч экю и пятьсот рублей. Судья удалилась, все встали, все сели, через две минуты судья вернулась, все встали, все сели, и судья отказала Воронину в двух биткоинах, десяти тысячах экю и пятиста рублях. Слушание кончилось. Адвокат не стал отвечать на вопрос о том, почему Воронин не явился, зато прочитал микролекцию о перспективности криптовалют, а затем сказал, что обязательно будет подавать апелляцию (уж очень Воронину, видимо, хочется получить криптовалюту).

Выступление представителя Олега Воронина // фото: Валерий Ганненко / Sobesednik.ru

На этом всё связанное с Ворониным закончилось, и я хочу объясниться. На мой взгляд, все вышеупомянутые детали моего дня, не связанные с гражданином Ворониным, как-то: бритье, пользование парфюмом, перспирация, в разы интереснее того процесса, что пытался запустить Воронин. Заранее, конечно, перед ним извиняюсь.

Валерий Ганненко — автор телеграм-канала «валера в мехах»; на днях он запустил новый канал «валера впотьмах».

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания

Собеседник 2019г
подписка -20%!