Новости дня

21 октября, суббота














20 октября, пятница






























Павел Фельгенгауэр: Военные расходы развалят РФ без внешнего вторжения


Военный эксперт объяснил Sobesednik.ru, почему в мире растут расходы на вооружение и какова вероятность ядерной войны.

Как писал Sobesednik.ru со ссылкой на доклад Стокгольмского международного института исследований проблем мира (SIPRI), в 2016 году Россия заняла третье место в мире по расходам на вооружение. Российский бюджет потратил на военные нужды 69,2 миллиарда долларов, что на 5,9% больше, чем в 2015 году.

На первом и втором месте по военным расходам расположились США и Китай. В 2016 году американцы увеличили расходы на вооружение на 1,7% до 611 миллиардов долларов, а китайцы – на 5,4% до 215 миллиардов. Эксперты SIPRI также подсчитали, что общий объём военных расходов в мире вырос на 0,4% по сравнению с 2015 годом – до 1,69 триллиона долларов.

Sobesednik.ru спросил военного эксперта Павла Фельгенгауэра, о чём свидетельствует рост общемировых затрат на вооружение:

– В тройке – Америка, Китай и Россия. Из них более-менее прозрачный оборонный бюджет только у Америки, – сказал Фельгенгауэр. – В Китае и России он во многом скрыт и засекречен. Стокгольмский институт рассчитывает это по своим методикам, разработанным в период «холодной войны», когда военные расходы были ещё более засекречены. Но и сейчас российский военный бюджет – это полстранички, четыре или пять статей [расходов бюджета], то есть ничего не известно. Ни количество закупаемого вооружения, ни его номенклатура, ни стоимость одной единицы – мы вообще ничего не знаем. Поэтому оценивать это можно только академическими способами. Можно сказать из разных косвенных показателей, что Китай и Россия расходуют очень много, но точная сумма неизвестна, причём Китай расходует в процентном соотношении ВВП меньше, чем Россия, потому что ВВП у него во много раз больше.

Но то, что сейчас Россия расходует дико много денег на оборону, – это правда. В прошлом году вместе с расходами на национальную безопасность и правоохранительную деятельность это доходило до 10% ВВП. Это сумасшедшие совершенно суммы, вполне сравнимые с советским периодом. В процентном отношении [трат к объему] ВВП Россия сейчас на уровне Израиля – одна из самых или, может быть, самая милитаризированная страна в мире.

– Раз у нас военные расходы засекречены, можно предположить, что мы тратим на это ещё больше?

– Ну да, SIPRI ещё со времён «холодной войны» старается как-то определять. У них бывают «условные доллары», они пересчитывают по различным критериям, исходя из того, что сколько стоит в западных странах. На Западе тоже есть засекреченные программы, связанные с обороной, но там этого намного меньше. У нас засекречены практически все программы перевооружения. Иногда называют сумму, взятую с потолка, но точных справочных данных нет. Но точно, что Россия милитаризирована на уровне Советского Союза. Расходы большие, по сути непосильные для российской экономики и общества.

– Почему мы так зациклены на милитаризации?

– Потому что генштаб находится вне гражданского контроля. Они создали иллюзию жёсткой внешней иностранной угрозы – что Россия находится под агрессией со всех четырёх сторон света и что надо срочно-срочно тратить дикие деньги, иначе нас ждёт судьба Ирака и Ливии, а главное – что Путина ждёт судьба Саддама Хусейна и Муаммара Каддафи. Поскольку дискуссии носят совершенно секретный характер, эта концепция угрозы была принята. Концепция о неизбежности скорой мировой войны в следующей декаде.

Кроме того, в середине 2008 года, когда ускорилось резкое увеличение военных расходов, казалось, что и денег очень много: цена нефти высокая, будет ещё выше, будет 150-200-300 долларов за баррель. Из-за того, что наша нефть дорого стоит, на нас, как трактовалось в Генштабе, нападут, чтобы её отобрать. Поэтому надо проводить учения, строить базы на Чукотке, готовиться к отражению агрессии со всех сторон. И денег было много, поэтому потратились на перевооружение. Путин много раз говорил, что это совершенно беспрецедентные деньги, но их надо не разворовать, а потратить и перевооружиться.

Вот и перевооружаемся. Но, во-первых, угроза, на предотвращение которой расходуются эти деньги, преувеличенная, а в некоторых случаях просто выдуманная. А второе – денег недостаточно стало после падения цены на нефть. [Экс-министр финансов Алексей] Кудрин в своё время из-за этого уволился. Он не принял аргументы военных, что надо тратить эти сумасшедшие триллионы. Но в общей сложности мы уже потратили триллион долларов на перевооружение по моим прикидкам. И ещё собираются потратить много. В результате эта непосильная для нас ноша просто развалит РФ, как Советский Союз, без всякого внешнего вторжения.

– Сотрудники SIPRI подсчитали, что Европа тоже наращивает военные расходы. Это связывают с «российской угрозой».

– Немножко стали увеличивать. Америка требует, чтобы [страны НАТО] военные расходы довели до 2% [ВВП]. «Российская угроза» стала более серьёзной после Крыма. В Европе после окончания Второй мировой войны и прочих всяких пертурбаций решили, что угрозы вообще нет, и военные расходы там в некоторых случаях уменьшились до 1% ВВП. Сейчас пытаются увеличить их до 2%. Но это, конечно, посильно западным экономикам. Американцы в процентном соотношении тратят намного меньше нас. Сравнимо с Россией сейчас тратит только Израиль, но он получает существенную помощь от США, иначе бы они давно уже лопнули.

– «Российская угроза», о которой говорят в США и Европе, не кажется Вам надуманной?

– Россия говорит, что она находится под угрозой агрессии и собирает силы. Наши генералы публично говорят, что наша оборона должна быть активной, что мы должны наносить удары по противнику, а не просто ждать, когда он на нас нападёт. То есть речь идёт о превентивных ударах. Конечно, определённая угроза здесь есть. Она публично озвучивается нашими военачальниками, это прямая угроза Европе – что Россия, возможно, нанесёт превентивные удары, в том числе ядерные.

– Почему Штаты продолжают наращивать военные расходы? Ведь у них и так, говорят, военная техника простаивает.

– Несколько лет назад они хотели сократить дефицит военного бюджета. В Конгрессе была достигнута договорённость, что будут сокращать. Поскольку Конгресс расколот между демократами и республиканцами, заключили соглашение, что военные и некоторые социальные расходы будут сокращаться в автоматическом режиме. Это было стимулом для того, чтобы договориться и найти компромиссное решение по сокращению дефицита бюджета. Но договориться не удалось, и начались автоматические сокращения военного бюджета США. Это секвестирование военного бюджета шло несколько лет, что привело к тому, что пришлось сокращать число боеготовых соединений, боеготовых кораблей.

Сейчас Трамп объявил, что это всё будет обращено назад и что теперь военные расходы будут во всяком случае возвращены. То есть это компенсация бывших сокращений. Теперь американские военные хотят своего перевооружения, ссылаясь на наше перевооружение. Обе стороны «холодной войны» в этом очень эффективно друг дружку поддерживают, ну и европейские деньги всем нужны.

– Последние новости про Сирию, КНДР, США у обывателя вызывают тревогу. Мир готовится к войне?

– Правильно, что это вызывает тревогу. Это разумная реакция. Угроза войны нарастает, но она давно начала нарастать, теперь вот и до обывателя дошло.

– Каков Ваш прогноз?

– Не знаю: может, будет война, может нет. Но вероятность мировой войны, в том числе ядерной, конечно, растёт. Она не равна нулю. Никто вроде бы её не хочет, но эскалация может начаться с мелкой стычки, а потом это дойдёт до полномасштабного конфликта. Но она может быть остановлена на каком-то этапе.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания