Новости дня

20 октября, пятница












































Забастовка шахтеров в Гуково: как выживают, когда не платят полгода


Корреспондент Sobesednik.ru побывал в Ростовской области, где теряют последнее терпение бастующие шахтеры.

Схожу с автобуса на станции в Гуков­о и сразу наступаю в жидкую грязь. На расстоянии трех больших луж – кафе с манящим названием «Элита».

Как-то президент Владимир Путин назвал шахтеров элитой рабочего класса. Но сейчас этой элите не до «Элиты». В моногороде с населением 65 тыс. человек горняки давно уже не видели зарплат.

Концы в воду

На шахтах компании «Кингкоул» 2,5 тыс. работников перестали получать деньги еще... в мае 2014-го. Однако ни местные власти, ни прокуратура до тех пор, пока долги не достигли 350 млн руб., на защиту трудовых прав вставать не спешили. Уголовные дела были возбуждены только после того, как ситуация оказалась совсем запущенной.

Учредитель «Кингкоула» Владимир Пожидаев находится под следствием. Его обвиняют в преднамеренном банкротстве и в том, что поступавшие на счет компании средства он использовал в личных целях. Однако найти «кубышку» Пожидаева либо не могут, либо не хотят. Поэтому принудить его расплатиться по долгам возможности нет.

Пожидаев – бывший гендиректор компании «Русский уголь», принадлежащей обитателю списка Forbes, долларовому миллиардеру Михаилу Гуцериеву. Олигарх раньше сам владел ростовскими шахтами, однако к нему никаких претензий: еще в конце 2012-го гуковские активы были выведены из угольной империи Гуцериева. Во всяком случае, формально.

Сейчас шахты «Замчаловская», «Гуковская», «Ростовская» и «Алмазная» находятся под водой – затопить их и заявить о банкротстве дешевле, чем выполнять социальные обязательства. До этого шахты в Ростовской области затапливались лишь однажды – в 1942-м, чтобы не достались фашистам. Война и сейчас от Гуково, расположенного у границы с Луганской областью, идет недалеко. Но вообразить себе приход «врага» в город не могут даже отчаянные пессимисты.

От долгов – в кредитное рабство

На скорое возрождение составлявшего основу городской экономики угледобывающего производства у местных жителей надежды нет. Им бы получить то, что успели заработать.

– Мне должны за полтора года 140 тыс. руб. Мало, конечно, но пенсия совсем копеечная – 8,6 тыс. руб. Половина уходит на ЖКУ. Пока приходится просить еду в магазинах в долг, – говорит бывший мастер техконтроля Галина Анатольевна, отдавшая шахтам 35 лет жизни.

Но ей еще повезло – год назад наступил пенсионный возраст. Тем, кто чуть помоложе, приходится тяжелее. На новую работу, которую и так трудно найти, людей предпенсионного возраста не берут вовсе, а переехать в Ростов или Москву, как это делает молодежь, им по понятным причинам непросто.

– Очень сейчас нужны деньги, лечить сердце и грыжу. У меня многодетная семья, – жалуется экс-прораб Акоб Григорьевич. – На акции хожу уже 10 месяцев, пока выплатили крохи.

Глава Ростовской области Василий Голубев заявил о намерении региональных властей выплачивать горнякам по 50 млн руб. ежемесячно в счет погашения долга. Шахтеры уверены: если бы они не начали в прошлом году регулярно собираться на пикеты и привлекать внимание к своей проблеме, то власти бы не занялись ею вовсе.

Какие-то выплаты уже начались, но частичные и далеко не всем. Ни копейки пока не упало на счета наиболее активных участников протеста. Шахтеры называют это «тактикой по разо­бщению». Не хотят власти признавать и право на забастовку.

– Когда задержка по зарплате достигла 5 месяцев, мы и отказались работать. И это время нам не хотят засчитывать, – возмущается Владимир Довжеков.

Но некоторые из тех, кому повезло, деньги на руки все равно не получили – их арестовали судебные приставы. Ведь, оставшись без работы и зарплат, люди побежали в банки за кредитами. И от безысходности еще сильнее усугубили свое положение.

Шахтеры сетуют на безучастность к их беде муниципальных чиновников. «Собеседник» попытался узнать у главы администрации города Виктора Горенко, предпринимаются ли меры соцподдержки нуждающихся и оказывается ли им помощь в трудостройстве. Но застать мэра на рабочем месте оказалось непросто: он постоянно в делах – то на выездном совещании, то вручает цветы учителям... Мобильный телефон Горенко при этом является секретным, пояснили мне в его приемной.

– Семьи шахтеров находятся в крайне бедственном положении, многим в прямом смысле слова нечего есть, у них нет средств на детские товары, лекарства, – говорит директор фонда «Социальное равенство» Николай Миронов, недавно занявшийся сбором пожертвований гуковцам.

Действие и противодействие

28 февраля шахтеры вышли на очередную акцию. Перед офисом «Кингкоула» гудят полторы сотни человек. Обмениваются новостями следствия, возмущаются нападками на себя в проправительственной прессе. Мужчина вслух зачитывает статью в близком к ростовскому губернатору СМИ, где протестующих называют провокаторами. Одни шахтеры смеются, другие порываются выяснить, кто автор материала, и поговорить с ним «по-мужски».

Звучат призывы объявить голодовку вплоть до полного погашения долгов.

– Мы и так голодаем. Голодовка на этих негодяев не подействует.

– Что же нам остается? Повеситься?! – задает всем и одновременно никому вопрос женщина с выцветшим пластиковым пакетом в руках.

К группе организаторов подходит полицейский и спрашивает, как дела.

– Настроение бодрое, идем ко дну, – отвечают ему.

С полицейскими шахтеры уже давние «друзья». В декабре силовики их не выпустили на акцию в Москву. Сначала половину активистов запугали обходами людей в форме по квартирам, затем другим устроили облавы на дорогах...

До столицы гуковцам, которые планировали встретиться с депутатами Госдумы, добраться так и не удалось. Но в этот раз на пикет приехал один из ростовских парламентариев – Николай Коломейцев, который к тому же является первым замом председателя комитета ГД по труду.

По словам Коломейцева (КПРФ), губернатор-единоросс Голубев пытается решить проблему гуковцев, но по большей части он бессилен. Тратить же на погашение долгов частной компании средства регионального резервного фонда, как на этом настаивают шахтеры, депутат не считает целесообразным, так как он предназначен для единовременной помощи людям во время ЧС.

В толпе сразу зароптали:

– А у нас не чрезвычайная ситуация? Мы умираем. Вам нас не понять – у вас зарплата 400 тысяч.

На мой вопрос, есть ли реальный механизм решения проблем шахтеров, Коломейцев определенно ответить не смог. Протестующим же он пообещал рассказать об их трудностях генпрокурору Юрию Чайке и министру труда Максиму Топилину, пожелал «пролетарской солидарности», поблагодарил их за «стойкость».

Стойкость шахтерам действительно требуется. На днях представителя работников Валерия Дьяконова суд приговорил к году лишения свободы условно по обвинению в угрозе убийством чиновнику. Судья также ограничил Дьяконова в праве передвижения и запретил посещать массовые мероприятия.

Столкнуться с методами работы гуковских правоохранителей удалось и корреспонденту «Собеседника». Уже на автовокзале ко мне подошли два человека в штатском и, предъявив удостоверения МВД, предложили пройти с ними пообщаться. Отказ не смутил вежливых полицейских. Они прямо на месте попытались убедить меня отказаться от написания репортажа о шахтерах, так как они «лукавят и мутят воду».

Между тем

В областном центре жители мало осведомлены о бедственном положении земляков из маленького городка. На мои попытки завести разговоры о гуковских трудностях ростовчане либо отмахивались: «Они там всю жизнь чего-то бастуют», либо проявляли неосведомленность. Ростову не до голодающих шахтеров – он в эйфории от приезда «Манчестер Юнайтед» и предстоящего чемпионата мира по футболу.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания