Новости дня

23 сентября, воскресенье












22 сентября, суббота














21 сентября, пятница



















Станислав Бергер: Война, грянувшая после 9 мая 1945 года


Ветеран-инвалид // Борис Кавашкин / Global Look Press
Ветеран-инвалид // Борис Кавашкин / Global Look Press

Обозреватель Sobesednik.ru — о войне со здравым смыслом, уважением и исторической памятью о Великой Отечественной.

В 40-х годах прошлого века случились две войны. Одну выиграли наши предки. В сражениях и муках, в голоде и болезни, в Сталинграде и Ленинграде, в Белоруссии и, как бы не кривились лица современных «славянофилов», на Украине. Подвиги Паникахи, Путилова, Жукова и Рокоссовского овеяны славой и алыми цветами. Но была и другая война. Грянувшая после 9 мая 1945 года. Война идеологии со здравым смыслом, война уважения с забвением, война сочувствия с предательским равнодушием. И если о Великой Отечественной Войне мы знаем практически все, то та, другая, негласная война словно потерялась на страницах исторических книг.

Посреди Ладожского озера лежит остров Валаам. Скалистые берега и крошечные осколки архипелага с растущими будто из воды деревьями в XIX веке вдохновляли Шишкина и Рериха. А в 50-х годах прошлого столетия там появился лагерь для инвалидов. Верховный Совет Карело-Финской ССР основал при монастыре несколько бараков, куда сослали так и не успевших залечить послевоенные раны людей. Почти 1000 калек жили среди ледяных стен, забыв о положенных им почестях и пенсиях. Способные к труду — работали.

В 60-х годах из чистилища для еще живых людей решили сделать достопримечательность. Безусловно, туристам показывали природу Валаама — водить любопытных к баракам запрещалось. Потерявшие парадный вид герои могли отрицательно повлиять на образ страны, одолевшей немецкий фашизм. Забытые всеми, беспомощные, потерявшие руки и ноги, но еще юные, от 20 лет и старше, существовали вопреки победным лозунгам. Они — словно и не победили. Автор «Валаамской тетради» Евгений Кузнецов, работавший экскурсоводом на острове, писал: «Страна Советов карала своих инвалидов-победителей за их увечья, за потерю ими семей, крова, родных гнезд, разоренных войной. Карала нищетой содержания, одиночеством, безысходностью».

Сегодняшние историки и представители церкви страдают амнезией на валаамские события, уверяя, что лагеря никакого не было, а если там кто и жил, то по доброй воле. А если не по доброй, то — тунеядцы. Хотя как можно назвать бездельником потерявшего конечности?..

Дом инвалидов закрыли в середине 80-х годов. К тому времени большая часть обитателей лагеря отправилась на тот свет, а кто выжил — нашли пристанище в монастырях и специальных больницах. Стоит заметить, что у несчастных украли не только нормальную жизнь, но также награды и ордена.

Отдельная тема — женщины на войне. В 2015 году белорусская писательница Светлана Алексиевич получила Нобелевскую премию в области литературы. В 80-х годах её книгу «У войны не женское лицо» беспощадно атаковали критики, обвинив в развенчании образа фронтовой женщины. Государство любило победителей выборочно, но каким же было отношение простых граждан к подвигу их соотечественниц? На страницах книги Алексеевич десятки печальных историй об этом: «Как нас встретила Родина? Без рыданий не могу... Сорок лет прошло, а до сих пор щеки горят. Мужчины молчали, а женщины... Они кричали нам: Знаем, чем вы там занимались! Завлекали молодыми *** наших мужиков. Фронтовые ***, *** военные... Оскорбляли по-всякому, словарь русский богатый...» Стоит ли дальше писать о том, насколько уничижающим было отношение к ветеранам, если и автор книги, сама Алексеевич, не раз слышала в свой адрес упреки: «Кто пойдет после таких книг воевать?»

[Прим. ред.: цитата из книги Светланы Алексиевич публикуется с вынужденными купюрами.]

Ветеран-инвалид / Борис Кавашкин / Global Look Press

Существует и множество иных, не менее трагичных тем. До сих пор неясен национальный вопрос в ходе ВОВ, архивным мраком овеяна судьба советских военнопленных, которые ждали встречи с семьей, а получали допросы и госпроверку как побывавшие на вражеских территориях возможные предатели. А предателем в Советском Союзе мог оказаться кто угодно. Белым пятном в море вопросов дрейфует и деятельность карательных органов во время войны.

Почему об этом никто не помнит? Может, дело не в идеологии и современной пропаганде, которая сделала из Праздника Великой победы франшизу, пытается девальвировать истинные подвиги в угоду очередной предвыборной компании. Ведь нашей памяти заслуживают не только погибшие в блиндажах и окопах солдаты, но и те, чья жизнь и судьба оказалась зачеркнуты и забыты после войны.

поделиться:






Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания