Новости дня

20 ноября, вторник













































Дневники "Зеркала-2018": поэтика грузинского мифа и порно в космосе


Кадр из фильма "Восход Эдерлези" // Фото: скриншот с YouTube
Кадр из фильма "Восход Эдерлези" // Фото: скриншот с YouTube

14 июня в рамках конкурсной программы фестиваля «Зеркало» зрителям были представлены ленты «Намме» и «Восход Эдерлези».

«Намме» (Грузия, реж. Заза Халваши)

Обратившись к зрителям перед началом сеанса в ивановском кинотеатре «Лодзь», режиссер Заза Халваши с ностальгической интонацией в голосе подчеркнул: «Мое поколение грузинского кино начиналось с "Зеркала" Андрея Тарковского».

Кинокритик Андрей Плахов и режиссер Заза Халваши предстваляют фильм "Намме" // Фото: Анастасия Седова

Надо признать, преемственность в фильме Халваши «Намме» не просто бросается в глаза, а скорее врезается в память и откладывается где-то на подкорке — так поэтичен почти каждый кадр грузинской картины.

Девушка Намме живет в небольшой грузинской деревушке вместе со своим пожилым отцом. Они — местные целители и хранители мистического древнего источника, вода из которого, согласно преданию, способна излечить любой недуг. Передающийся из поколения в поколение дар целителя вместе с бременем хранителя источника должен был унаследовать один из троих сыновей старца, однако те выбрали другие пути: один посвятил себя исламу, второй стал христианским батюшкой, третий обратился к науке и преподаванию. Не осталось выбора только у самой Намме, которой теперь предстоит отказаться от личного счастья ради соблюдения семейной традиции.

Кадр из фильма "Намме" // Фото: скриншот с YouTube

«В фильме я хотел показать, что все мы созданы из одной плоти, из одного материала. Все мы — дети одного Отца. И в этом мире не потерялось еще нечто дорелигиозное, что объединяет все вокруг... нечто мифологическое», — объяснил позднее свой замысел режиссер.

И правда, лента «Намме» очень далека от реальности, социальных и бытовых условностей, хотя в контексте современности многие могли бы углядеть в фильме Халваши феминистский посыл. Однако, к их разочарованию, «Намме» — картина-миф, ностальгически повествующая о быстротечности времени и неотвратимости перемен. 

Кадр из фильма "Намме" // Фото: скриншот с YouTube

Каждый персонаж в ленте мифологичен и символизирует свое представление о мироздании. Так, глава семейства — Всеотец, с грустью и гордостью наблюдающий, как его дети покидают дом и начинают новые традиции; каждый из сыновей — представитель своего религиозного учения и жизненного уклада, которые, однако, способны гармонично сосуществовать под крышей отчего дома. Сама же Намме — женский символ, столь же тонкий и хрупкий, сколь и самый решительный и жертвенный среди прочих персонажей мифа.

Повествовательную структуру, практически лишенную диалоговой формы, скрепляют невероятно выразительные грузинские пейзажи. Природа в картине — отдельный персонаж, олицетворяющий эстетическую категорию возвышенного, одновременно пугающего и взывающего к умиротворению в своих объятиях. 

Кадр из фильма "Намме" // Фото: скриншот с YouTube

«Восход Эдерлези» (Сербия, реж. Лазар Бодрожа)

2048 год. Астронавт Милютин по заданию корпорации Ederlezi отправляется в экспедицию к Альфа Центавре. Ему в нагрузку (то ли в качестве бихевиористского опыта, то ли для контроля за действиями Милютина) дают и андроида новой модели — Нимани, созданную в соответствии со всеми фрейдистскими комплексами и подсознательными желаниями самого астронавта. В ходе полета отношение Милютина к Нимани меняется от полного отрицания и пренебрежения до почти религиозной уверенности в том, что именно он сможет пробудить в идеальном искусственном существе разум человека.

Кадр из фильма "Восход Эдерлези" // Фото: скриншот с YouTube

Если «Намме» по ее особой поэтике можно было бы сопоставить с «Зеркалом», то «Восход Эдерлези» претендует ни много ни мало на преемственность с легендарным «Солярисом». По крайней мере, статичные, долго тянущиеся дубли и эстетика обнаженного космоса здесь заявлены с особенной смелостью и любованием создателями красивым кадром. Шутка ли, сам автор картины Лазар Бодрожа упомянул, что его «Восход Эдерлези» претендует чуть ли не на звание первого сербского научно-фантастического фильма.

Однако присмотревшись чуть внимательнее, несложно заметить, что невероятной красоты космические кадры здесь призваны отвлечь внимание зрителя от слабых драматургии и проработки персонажей. Это, разумеется, упрек сценаристу — главному сербскому гику, если верить все тому же Бодроже, — Дмитрие Войнову. Открывающая картину сцена разговора Милютина с агентом корпорации Ederlezi, в которой зрителю, словно ребенку, разжевывают основные экспозиционные вехи, смотрится крайне невыигрышно.

Отношения же Милютина и Нимани вызывали у гостей киносеанса скорее нервные смешки и неловкий кашель, ведь основной и всеобъемлющий аспект их любовной связи — это интим во всех изученных человеком положениях (за исключением невесомости — к сожалению, такой «новаторский» для художественного кино момент создатели «Восхода Эдерлези» упустили).

Кадр из фильма "Восход Эдерлези" // Фото: скриншот с YouTube

Ощущение, что на протяжении полутора часов ты смотришь завораживающее своей визуальной эстетикой сербское порно, подкрепляется еще и слишком уж претенциозной игрой актеров. И если порноактрисе Стое, для которой «Восход Эдерлези» является дебютом в художественном кино, это еще можно простить, то исполнившего роль Милютина Себастьяна Кавадзу вполне можно упрекнуть в излишнем стремлении казаться неким словенским подобием Джорджа Клуни. Тем более что по фильму «Мужчины не плачут», ранее представленному все на том же «Зеркале», мы знаем: играть Кавадза умеет.

Кадр из фильма "Восход Эдерлези" // Фото: скриншот с YouTube

И вот уже невозможно отделаться от чувства, что все на экране — глобальная пародия и комедийное переосмысление всех отснятых за последние лет пятьдесят лент о космосе и роботах: тут вам и «Солярис», и «Бегущий по лезвию», и кубриковская «Космическая одиссея», и недавно вышедший «Призрак в доспехах», и «Чужие», и британский авторский «Из машины», и до дрожи пугающий номинант на венецианского «Зотолого льва» фильм «Побудь в моей шкуре». Однако все вышеперечисленное куда лучше смотрится по отдельности.

Кадр из фильма "Восход Эдерлези" // Фото: скриншот с YouTube

Радует, что, похоже, и сам режиссер, для которого «Восход» стал дебютом в полном метре, такое восприятие своей картины зрителями уловил. «Интересно, что момент изнасилования Нимани Милютиным потряс публику в США, а вот зрители в Восточной Европе, России и Франции отнеслись к нему довольно спокойно», — отметил Бодрожа роль своего фильма в качестве некого социального эксперимента.

поделиться:


Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания