Новости дня

22 апреля, воскресенье















21 апреля, суббота


























20 апреля, пятница




Оксана Мысина: В Москве у нас с мужем все меньше интересов

«Собеседник» №2-2018

Фото: Global Look Press
Фото: Global Look Press

Sobesednik.ru поговорил с Оксаной Мысиной о том, почему чиновники ополчились на деятелей культуры.

Актриса и режиссер Оксана Мысина не раз критиковала сегодняшнюю власть. Sobesednik.ru Оксана рассказала, почему не может молчать и какие проблемы у нее из-за этого возникли.

Выдавливают из профессии

– Сейчас очень сложный период в моей биографии: какие-то важные вещи уходят на задний план, в частности мое актерство, – призналась Оксана. – В театре у меня осталась только одна роль: у режиссера Камы Гинкаса в МТЮЗе играю в спектакле «К. И. из «Преступления». Роли в других театрах сходят на нет. 

– И почему это происходит?

– Я не могу сказать со стопроцентной уверенностью, но есть такое ощущение, что меня специально выдавливают из профессии. Думаю, это из-за того, что выступала на оппозиционных митингах. После этого пошла волна отчуждения. Не официально, нет, но чувствую это по каким-то намекам, по разговорам в кулуарах. К тому же убирают из репертуаров театров спектакли со мной.

Я трезво смотрю на жизнь и понимаю, что происходит вокруг. Но о сказанном и сделанном не сожалею. Не могла молчать, всегда смело высказывала мнение. Горжусь, что такие выдающиеся деятели культуры, как Костя Райкин, Владимир Мирзоев или Елена Коренева, тоже не молчат и говорят открыто о своей тревоге. Как можно молчать, когда арестованы Алексей Малобродский, Юрий Итин и Кирилл Серебренников?! Я знаю этих людей, с Малобродским Алексеем Аркадьевичем мы, например, вместе работали. И я не могу поверить, что эти люди за решеткой или могут завтра там оказаться. Это какой-то страшный сон! Мы пишем письма в защиту, но... 

Власть хочет, чтобы ей лизали пятки

– Как думаете, почему чиновники так ополчились на деятелей культуры?

– Я со спектаклями объездила чуть ли не полмира. Нас везде принимали хорошо. Скажу, может быть, с пафосом, но русский театр – настоящий золотой запас державы. Далекие от искусства чиновники это сегодня понимают, поэтому и решили, что имеют право влиять на культуру. Тем более на театр, который призван работать с душой человека. Конечно, пропагандировать через театр легче. 

Многие всё понимают, но предпочитают не «высовываться», смолчать. И это опасная волна. Творцы хотя и сильны своим духом и талантом, но люди беззащитные. А государство этим пользуется. Власти надо, чтобы ей лизали пятки, либо она оставит тебя без работы или упрячет в тюрьму. Мы начинаем плакать и кричать, когда человека вдруг ни за что арестовывают. Но как только немножко все поутихнет, вроде бы и ничего. И театры открыты, и спектакли ставятся, и жизнь идет. Но на самом деле это уже не та жизнь, которая была еще лет пятнадцать назад. Все как-то меркнет, все в оглядку. Это ощущается.

Понаблюдайте, как люди стали общаться, и в театре в том числе. Мало стало открытости, разговоры на серьезные темы ведутся шепотом. И вообще все как-то «наполовиночку», создается впечатление, что это время не мое. Я не люблю сегодняшнее нравственное двуличие. Очень чувствительна к таким вещам и ощущаю, что впереди нехорошие события.

Сегодня дикое время

– В соцсетях недавно вы написали, что снимаетесь в роли врача-психотерапевта, от которой вас «выворачивает наизнанку». Зачем же тогда это играть? 

– Мы не ищем ролей, которые похожи на нас. Мой любимый педагог по мастерству актера Римма Солнцева говорила, перефразируя Станиславского: «Иди от себя, но как можно дальше». Этот сценарий рассказывает про ситуацию, когда советские танки вошли в Чехословакию. Помните, тогда восемь человек вышли на Лобное место на Красной площади с плакатами «За нашу и вашу свободу!» и «Руки прочь от Чехословакии!» Через две минуты они были зверски избиты прямо там, на месте, и арестованы, отправлены в психушки. С одним из этих людей – Евгением Козловским – меня косвенно свела судьба, я играла в его пьесе. Поэтому немножко знала его историю. О том, что в те годы творили с «неблагонадежными» в психбольницах и тюрьмах.

И вот главная героиня этого фильма как раз на следующий день после чехословацких событий вышла с маленьким плакатиком на Лобное место. Ее забрали на четыре года в психушку. Я играю врача, которая над ней издевается. К великому сожалению, такие люди и сегодня ходят среди нас. Мне важно было показать не просто какого-то жлоба, а того, кто видит в издевательствах над людьми свое высшее предназначение. Моя героиня получает большое удовольствие от того, что насильственно внедряется в чужую судьбу. Мнит себя пупом земли и омерзительно упивается властью. Убивает по крупицам чье-то человеческое достоинство. Да, эта работа далась мне нелегко, но я надеюсь, она запомнится зрителю.

– Сейчас мы общаемся с вами по скайпу, потому что вы находитесь на Крите. Чем там занимаетесь? 

– В Москве работы для меня мало, поэтому... Как режиссер репетирую «Антигону» Жана Ануя. Греческая актриса Кэти Корака, которая и играет у меня главную роль, создала здесь свой особенный театр – актерами выступают совершенно обычные люди, без актерского образования. Кто-то из них был просто выброшен на обочину, кто-то пострадал от психологической травмы, кто-то не нашел себя в жизни. Кэти собрала их в одну труппу. Пишет для них пьесы, ездит по островам с выступлениями. Эти люди такие трогательные, добрые, открытые. Здесь я ощущаю, что начинаю все сначала. У нее царит такая любовь, которую я почти уже не вижу в русском театре. 

– Еще вы часто бываете в США, поскольку ваш супруг Джон Фридман – литератор, переводчик, журналист – американский гражданин. В Штатах изменилось отношение к русским на почве политики?

– Действительно, появилась некоторая настороженность, которой еще двадцать лет назад не было. Родные Джона переживают за нас. Столько лет отдал он русскому искусству и русскому театру, переводил на английский язык нашу драматургию! Были годы, когда наши книги, пьесы принимали в Америке очень хорошо.

А сейчас спадает интерес. Пропадает ощущение, что русские совсем не страшные. Если раньше интерес к России был искренним, неподдельным, то сейчас – снова недоверие и, как следствие, охлаждение. Русская драматургия не в чести. Но для Джона нашлась гавань, которая связывает его творческую жизнь с Россией и театром. Этой гаванью стал Борис Юхананов и его Электротеатр «Станиславский». Джон с огромным удовольствием и вдохновением сотрудничает с Борисом и его талантливой командой. Но все же я с сожалением замечаю, что у Джона, как и у меня, в Москве, где мы прожили вместе 28 лет, круг интересов заметно сужается. Думаю, это не случайно. Определенно это веяние нашего дикого времени.

Справка:

Оксана Мысина дебютировала в кино в 1987 году (фильм «Время летать»).

Вместе с Иваном Охлобыстиным и Петром Мамоновым играла в фильме «Нога» о последствиях афганской вой-ны. Исполнила главную женскую роль в сериале «Семейные тайны» (2001). В 2003 году сыграла императрицу Марию Федоровну в фильме «Бедный, бедный Павел». В 2006 году в последнем фильме Эльдара Рязанова «Андерсен. Жизнь без любви» исполнила роль матери датского сказочника.

В 2012 году получила спецприз фестиваля «Амурская осень» за игру в фильме «Поклонница». Выступала на сцене московских театров: МХТ имени Чехова, Театр Наций, «Школа драматического искусства», Театр имени Пушкина и др.

В 2011 году сыграла в спектакле «Седьмой студии» Кирилла Серебренникова «Геронтофобия».

Теги: Серебренников

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания