Новости дня

17 октября, вторник











































Максим Фадеев: Телевидение заставляет артистов становиться клоунами


Sobesednik.ru поговорил с продюсером Максимом Фадеевым о новогодних огоньках и об отечественной поп-сцене в целом.

После того как продюсер и композитор Максим Фадеев в инстаграме раскритиковал новогодний телеэфир, интернет возбудился не на шутку. Люди подписывают петиции, критикуют, защищают. А депутат Жириновский потребовал от Госдумы заняться этим вопросом вплотную. Сам Фадеев признался Sobesednik.ru, что не ожидал такого ажиотажа.

«...Такое ощущение, что, по мнению руководства Первого и Второго каналов, мир застыл в 1993 году. Невозможный репертуар, лубочная картинка, жуткие шутки: и все вместе это – просто погружение в АД! Я искренне боялся переключить на Первый или Второй каналы, чтобы не попасть в «прошлое», на сельский утренник по заявкам из 80-х! Как можно довести телевидение до такого безобразия и такого безвкусия? Я в шоке! (...) Жаль наших артистов, которые по привычке соглашаются участвовать в «Бале у Сатаны»! Господи, когда закончатся эти «Песни Года» и «Голубые огоньки»? Останови это, спаси нас! Аминь». (выдержка из инстаграма Фадеева)

Перестал зависеть от Эрнста

– Я всего лишь высказал свою точку зрения, но, видимо, затронул то, что думал каждый зритель, находясь перед телевизором в новогоднюю ночь, – начал разговор Максим Фадеев. – С моей стороны призывов подписывать какие-либо петиции не было. Это дело самих людей, которые, видимо, устали от того беспредела, который творится на телеви­дении.

– Что же вам лично не понравилось?

– Порывом написать такой пост стало дежавю. Вспомнил, как я 19-летним юношей смотрел «Новогодний огонек» по телевизору. И вот сейчас, спустя тридцать лет, я тоже смотрю почти тот же самый «Огонек» с теми же самыми лицами, только заметно помолодевшими. За три десятилетия не произошло ничего. Вот почему я назвал происходящее «балом у Сатаны». Но сразу скажу: я не против артистов, я ЗА них. Но что сделали с ними телевизионщики?! Они заставили прекрасных певцов плохо кататься на коньках, плохо жонглировать какими-то предметами, избивать друг друга на ринге. Телевизионщикам на самом деле плевать на артистов, они стремятся только к рейтингам. Но действительные рейтинги этих проектов говорят сами за себя. Прекрасный, серьезный драматический артист прыгает в трусах на ринге, и его лупят по лицу. И тогда он становится куклой, которую на сцене или в кино уже не будут принимать всерьез.

– Но ведь артисты сами идут в эти проекты, никто их насильно не заставляет. Идут, чтобы пропиариться.

– Артисты вынуждены этим заниматься, у них нет другой площадки. Но что им предлагают?! Можно ведь придумать что-то стоящее, не заставлять становиться клоуном. И теперь никто не воспринимает певцов как певцов, танцоров как танцоров и так далее.

– Почему именно сейчас вы стали об этом высказываться? Деградация развлекательного телевидения у нас произошла не сегодня.

– Я стал старше, терпения стало меньше. Сегодня могу свободно про это разговаривать, потому что перестал зависеть от этих людей, у меня есть своя площадка – интернет. Хотя раньше, как и все, зависел от них, потому что они решали в том числе и мою судьбу. Захочет Константин Эрнст – даст эфир, но если я высказал свое мнение, которое ему неугодно, – мои артисты попадают в черный список. Об этих списках знают все. Он превратил телевидение в частную лавочку по выдаче или невыдаче «индульгенций».

– А может, вы в обиде за то, что артисты, которых вы продюсируете, не попали в новогодний телеэфир?

– Поймите, все мои артисты работают для молодежной аудитории. А телевидение смотрят в основном люди 50+. Моя же а­удитория – в интернете, поэтому мне телеканалы не нужны. Обида на что?! Понимаю, что сейчас руководители телеканалов, которых я критикую, будут ломать меня репутационно: «Ай, да мы его не показываем, поэтому он так и говорит». Но есть один нюанс – мои песни сегодня во всех чартах. Лидирует наша с Наргиз композиция «Вдвоем» – за месяц 32 миллиона просмотров видеоклипа! Мои артисты популярны во всем мире, группа Serebro, например. Полистайте международные чарты. Мне не нужно проситься на «Первый канал», это им нужно, чтобы я пришел. Поэтому они и будут говорить, что обиделся.

– После вашего высказывания в интернете появились разные петиции: «убрать из новогоднего эфира Пугачеву», а потом, наоборот, «давайте защитим Пугачеву».

– У меня не было призыва ни к чему. Я всего лишь высказал свои чаяния на тему бездарного контента, который нам предлагает телевидение в последние годы. Тем самым проявляя пренебрежительное отношение к своей аудитории. Это же очевидно. Мы живем в свободной стране, где каждый имеет право свободно выражать свою точку зрения. Контекст моего поста не был личным.

– Но вы же подписали петицию, чтобы убрать «надоевшую» Пугачеву из новогоднего телеэфира?

– Нет, никаких петиций «за» или «против» не подписывал. И никакого отношения к этому не имею. «Первый канал» может вычеркнуть из списка меня, моих артистов, но против людей-то не попрешь, придется что-то менять. Телевидение сегодня делают ногами. Посмотрите, как в новогоднем эфире зачем-то переделывают тексты под популярные мелодии. Это же уродство! Представьте, если бы Лучано Паваротти и Элтон Джон вышли в костюмах Чебурашки и унитаза и начали бы петь какие-то юморные песенки. Вы бы стали их после этого уважать?! А наши телепродюсеры думают, что это нужно людям, но они далеки от реальности, как будто в космосе находятся. Очевидно, что программированием эфира занимается не один человек. Но так же очевидно и то, что утверждается он непосредственно руководителем канала. С Эрнстом мы вместе много работали: и на «Фабрике звезд», и на детском «Голосе». У нас всегда были хорошие, но сложные отношения. Когда-то я относился к нему как к самому блистательному телепродюсеру. Он горел, как огонь, помню, как он вбегал в комнату и все заполонял собой, своими идеями. Но сегодня, смотря «телик», который он сделал, я уже так не могу сказать. Происходящее там у меня вызывает только досаду. Телевидение рухнуло, как алюминиевый тазик, висящий на стене. И все аналитические статьи в прессе, вышедшие на эту тему после моего поста, это подтверждают. Считаю, что на это уже нельзя не обращать внимания.

Евровидение – для бабушек в бигудях

– Максим, но какой ад творится на нашей эстраде! Некоторые ваши песни называют венцом пошлости. Вспомнить хотя бы «муси-пуси» Кати Лель или Глюкоза пела: «Танцуй, Россия, и плачь, Европа, а у меня самая красивая ...опа!» Ужас!

– Когда человек пишет только такие песни, то тут можно задуматься. Но у меня палитра шире, есть и классическая музыка, и хоровая, и киномузыка. Я же не могу жить в состоянии «сморщенного лба». Хочу смеяться, улыбаться. Почему песня не может быть смешной и глупой?! Чтобы вам привести пример, мне придется ссылаться на великих людей. Но я себя к ним не причисляю, не подумайте. Никто не может оспорить, что Пушкин – гениальный поэт. Но у него были стихи с юмором и матом. И у Маяковского. Но мы же не говорим, что тот или иной – матерщинник и клоун. А вообще, я – человек советский и очень бы хотел, чтобы вернулось то самое время, когда была цензура. Конечно, понимаю, тогда я не написал бы песню «Танцуй, Россия, и плачь, Европа». Ну и пусть. Сейчас вспомнил еще одну шуточную свою песню, которую пел детский хор: «Спасибо, дядя Вова, спасибо, дядя Дима, за то, что Россия теперь непобедима!» Но это просто шутка, не более того.

– А для вас важен в песне текст?

– Конечно.

– Тогда процитирую слова из песни, которую исполняет ваш артист Олег Майами: «Я держусь на грани, падать нельзя. И веду глазами прямо в тебя. Мои знаки на коже на тебя так похожи...» Это что?

– В песне вообще приветствуются эксперименты. В данном случае я защищаю молодого украинского автора, который написал эти стихи. Можно и Чайковского обвинить в примитивизме. Вспомните «Вальс цветов» из «Щелкунчика»: до-си-ля-соль-фа-ми-ре-до. Идет просто гамма! И вот некоторые композиторы, которых тысячами выпускают музыкальные учебные заведения, смеются: какой примитив. А я бы очень хотел, чтобы они написали гамму, которая вошла бы в историю мировой музыки, как это получилось у Чайковского.

– Недавно участница шоу «Голос» Элина Чага из команды Леонида Агутина сочинила песню «Полетели вниз», в которой музыка почти полностью совпадает с вашей «Отпусти меня» в исполнении Линды. Тем не менее вы как-то лояльно к этому отнеслись.

– Ну а что я могу сделать?! Мы с Агутиным в хороших отношениях, в суд подавать не буду. Не думаю, что это было специально сделано. Если это поможет девочке, то буду рад за нее. Меня это никак не обижает.

– Помните, в конце прошлого года из-за плагиата произошел скандал между Филиппом Киркоровым и Дидье Ма­руани...

– Да-да, я, конечно, слышал. Эпизод в этих двух песнях – «Жестокая любовь» и Symphonic Space Dream – действительно похож, но я не понимаю: при чем тут Филипп? Автор песни – другой человек, и певец в данном случае – пострадавшая сторона. Тут важно, кто раньше написал песню.

– Скоро состоится конкурс Евровидение, куда от нашей страны, если верить прогнозам, отправят Александра Панайотова. Ваши артисты дважды участвовали в этом конкурсе: Юлия Савичева в 2004 году и Serebro в 2007-м. Вообще, насколько этот конкурс сейчас престижен?

– В свое время это была единственная площадка, где можно было показать себя европейскому зрителю. Статус этого проекта был окологосударственным, было важно продемонстрировать, что мы тоже не лохи. Но сегодня, когда открылись границы, когда наши артисты становятся популярными во всем мире (это и классическая музыка, например, или дуэт «Тату», или некоторые наши диджеи), этот конкурс перестал быть важным. Да, он остался для многих людей того времени чем-то великим и родным. Но на самом деле уже не дает в Европе ровным счетом ничего. Более того, я знаю, что конкурс и не смотрят там. Если только бабушки в бигудях.

Любимец Путин и кормилец Ельцин

– Максим, вы призывали в инстаграме сделать все, чтобы лишить журналистку Божену Рынскую российского гражданства из-за ее высказывания насчет гибели при крушении самолета ТУ-154 журналистов канала НТВ...

– Да, более того, я призывал людей подписать эту петицию. Хотел обратить внимание правительства. Жаль, что невозможно лишить ее гражданства.

– Но она же имеет право высказать свое мнение, так же как и вы говорите о телевидении?

– Знаете, это все равно, если бы она, болея острой и открытой формой туберкулеза, выходила к людям и специально кашляла бы на них. Тут то же самое. Она намеренно распространяет чудовищную информацию, которая сильно влияет на людей. Она вызывает ненависть, разделяет людей по принципу: эти могут умереть, а эти – нет. Это фашизм! Все равно что призывать: эту нацию надо убивать, а другую – не надо. Петиция набрала более 500 тысяч подписей. И наши депутаты не имеют права не обратить внимания на такую петицию, потому что число подписавшихся более ста тысяч. По закону должны обратить внимание.

– Вы как-то признались в своем блоге, что в вашей библиотеке более 15 тысяч книг. И среди них есть редкое издание – собрание докладов, речей и посланий Владимира Путина. Прочитали?

– Пока еще нет. Но обязательно прочту, потому что люблю этого человека.

– За что?

– Он мне вернул ощущение внутренней гордости за свою страну. Проживая за границей, я всегда стеснялся за то, что вытворяли наши правители. Хотя знал лично Бориса Николаевича Ельцина и у нас были хорошие отношения.

– Ого, и как же вы познакомились?

– Это случилось в 80-х, когда я работал на Свердловской киностудии. Номинально меня устроили туда сторожем. Там я жил и на студии записывал музыку. Однажды там появились дядьки в строгих пальто. Зашли ко мне в студию: мол, показывай, чего тут делаешь. И вот самый громкий из этих мужиков попросил сыграть «Черного ворона». Мы вдвоем песню затянули. Это и был Борис Ельцин, который тогда уже занимал какой-то высокий пост. Борис Николаевич распорядился, чтобы мне, голодному, привезли батон хлеба, колбасы, молока. Накормили меня. Через много лет, в 1996 году, мы встретились за кулисами концерта «Голосуй или проиграешь». Ельцин узнал меня, толкнул в живот и сказал: «Вот ты на моей колбасе растолстел». Потом мы иногда встречались, общались... Но, наблюдая из-за границы, мне было неловко за него. Так что Владимир Путин вернул мне детское ощущение гордости за нашу страну, ощущение силы и непобедимости. Никто на нас не нападет и никто нас не обидит!

– У вас есть свой отель на Бали, где вы часто бываете и живете один. Может, стоит поменять место отдыха и переехать в Крым или в Сочи, к чему часто призывают наши чиновники?

– Странно вы рассуждаете. Я выбрал Бали, потому что мне близка их культура, мне нравится Индонезия. Это была мечта всей моей жизни – жить у океана. И я создал свою мечту, посадил там много деревьев, соорудил статую Будды, оставаясь при этом православным. Крым?! Я и не думал об этом. Пусть кто угодно призывает к чему угодно. Но лично мне никто не запрещает отдыхать там, где я хочу. И за это я тоже благодарен нашему президенту.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания