Новости дня

24 октября, вторник



















23 октября, понедельник

























Леонид Якубович: О своей смерти я узнал в Сибири


Леонид Якубович рассказал в интервью Sobesednik.ru о том, как его регулярно «хоронят» и о многолетней работе на ТВ.

Этим летом его снова «похоронили». В интернете уже в который раз появились сообщения о смерти Якубовича, а также слухи о неизлечимой болезни. И это случилось на фоне отмены театральной премьеры с участием телеведущего.

Слухи о смерти преувеличены

– Леонид Аркадьевич, осенью вы должны были сыграть в спектакле театра «Школа современной пьесы», но его отменили. Что же произошло?

– Ничего особенного. Действительно, обсуждался мой ввод в спектакль «Последний ацтек» вместо ушедшего Альберта Филозова. Но потом мы с режиссером Иосифом Райхельгаузом решили, что это просто не моя роль. Однако переговоры продолжаются. Быть может, нам придется чуть изменить стилистику, и тогда, возможно, будет продолжение работы.

– Но в это время СМИ писали о том, что вы лечитесь за границей, называли и диагноз – онкология.

– О том, что я «умер» в Германии, я узнал в Сибири. И это уже в пятый раз! В такой ситуации меня беспокоит только одно: когда это на самом деле случится, ко мне просто никто не придет, уже никто не поверит.

– Почему возникают такие слухи?

– Деньги. В интернете один клик на такую новость вызывает некоторое количество подписчиков сайта. Как только цифра таких подписчиков переваливает за десять тысяч, можно вставлять рекламу. А там, я слышал, уже перевалило за миллионы. Но я не читаю новости про себя. Когда мне сообщили, что я «умер», был доволен, что написали «от инфаркта». Было бы обидно, если бы «умер» от геморроя.

– А у вас вообще есть недоброжелатели?

– Думаю, есть. Не всем же, наверное, нравится то, что я делаю. Однажды мне на стол положили распечатку одного высказывания из интернета. Дословно такая фраза: «Двадцать лет я смотрю «Поле чудес». Какая все-таки это гадость!»… Нормальная история.

Предсказал победу Трампа

– Вам интересна политика?

– Не-а.

– Но вы же член партии «Единая Россия» с 2004 года.

– Ну и что? Я не являюсь активным членом партии, считаю, что заниматься политикой или же членством в какой-то политической организации должны молодые люди. С возрастом наступает некая апатия, таких сил нет. Если ты не можешь там активничать, не можешь проповедовать в полном смысле этого слова, то нечего там присутствовать. Чего сидеть, тряся седой головой? В моем возрасте можно только советовать.

– Несколько месяцев назад вы говорили мне, что участвуете в предвыборной кампании в Госдуму. Каким образом?

– Относительно: помогал человеку, к которому отношусь с глубоким уважением. Галушко Андрей Иванович – мой товарищ, с ним в третий раз участвую в его предвыборной кампании. Я так хорошо знаю этого человека, что готов за него отвечать и был бы счастлив, если бы в Госдуме оказалась хотя бы половина таких людей. За все время нашего знакомства я ни разу не слышал, чтобы он сказал – и не сделал.

За два с половиной месяца мы с ним проехали порядка двух тысяч километров по области. И я счастлив от того, что увидел, рад знакомству с людьми, которых встретил. Причем я сам сидел за рулем, мне надо было самому прочувствовать и хорошие дороги, и плохие. Книжку буду об этом писать, столько впечатлений.

– Результаты выборов, по-моему, никого не удивили. В Госдуме остались по-прежнему те партии, что и были.

– А меня не интересовали результаты. Я больше купался в процессе. Вот процесс мне понравился. За день до выборов я уехал в Москву, а потом мой друг позвонил и сказал, что прошел в Думу. Всё. Для меня этой информации достаточно. Есть несколько человек в Государственной думе, которые для меня являются воплощением порядочности и справедливости. Одного я могу назвать абсолютно точно – это Александр Жуков. Поразительной порядочности человек, то, как он вел себя, отстаивая наши интересы на летней Олимпиаде в Бразилии, достойно огромного уважения.

– Если результаты выборов у нас все-таки были предсказуемы, то исход выборов американского президента многих удивил. Вам схватка Дональда Трампа и Хиллари Клинтон была интересна?

– Меня это занимало только как литератора. Мне были интересны риторика, обороты речи, манера поведения, эмоциональный ряд, то, как оба держат аудиторию. С самого начала я разложил все по полочкам и практически угадал победу Трампа. Было только сомнение: ведь у Клинтон большой перевес потому, что она своя в Вашингтоне. Хорошая она или плохая, сумасшедшая или очаровательная, неважно, но много лет провела в Белом доме, знает всех, ее знают, с ней можно договориться, несмотря ни на что. А вот Трамп – чужак, никогда не был в политике, представляет бизнес, четко понимает задачу и, как танк, решает ее любыми средствами. А в политике цель оправдывает средства всегда. Но я представлял, что за Трампа проголосуют не потому, что за, а потому, что против Клинтон. Мне кажется, она перебрала, одно неправильно сказанное слово может перевернуть мнение толпы с плюса на минус мгновенно. Хотя оба кандидата перебирали в своих выступлениях, они немножко заигрались. Есть вещи, которые я не понимаю: крайние дни перед выборами были похожи на истерику, на дворовом языке это напоминало преддверие свары. Кроме мата, там было все.

– Иногда и наш министр иностранных дел Сергей Лавров ругается матом на пресс-конференции.

– Ну, он живой человек. Удивляюсь, что так коротко и так тихо сказал, я бы сделал это громче и жестче. Знаете, Сергей Лавров для меня – высший свет в дипломатии. Поразительный человек по харизме, по манере поведения, по сдержанности.

– Но выборы в Америке показали, что там действительно демократия. А вот у нас результаты были очевидны. Почему так происходит?

– Все должно произойти вовремя. Как говорится в известном фильме «Мертвый сезон», если собрать девять беременных женщин, ребенок не родится через месяц. Надо прожить огромный путь длиною в пять человеческих жизней, чтобы было воспитано поколение людей, которые отдают себе отчет в том, что они делают. А мы 75 лет прожили в условиях однопартийной системы, привыкли к тому, что мы не выбираем, а голосуем. Пройдет время, и будет не 30 процентов пришедших на выборы, а, может быть, 60–70. Каждый человек должен понимать, что, прежде чем предъявлять претензии кому-то, надо предъявить претензии себе. Ты сам что-то сделал для этого или нет?! Сидеть и зудеть легче всего. А вот если ты пошел на выборы и выбрал своего депутата, с него ты уже можешь спрашивать.

Роботы вместо личностей

– С вас спрашивают?

– Разумеется, просьб много. Например, сейчас занят тем, что помогаю одному человеку – внуку погибшего во время Великой Оте-чественной войны бойца. Если вкратце, то, обнаружив могилу своего деда, этот человек пытается восстановить справедливость – написать на воздвигнутой стеле в этом маленьком поселке фамилию героического деда. На эту просьбу ответили, что на памятной плите выбиты имена только жителей этого поселка, которые погибли в годы войны. На его замечание, что есть документы, как погиб дед при освобождении этого поселка, ему ответили: мало ли кто где погиб! И мне это слышать больно. Почему так люди поступают? Мы же возвращаемся во времена советской власти, именно так вели себя те чиновники. Только они были старые, а эти молодые. Я бы таких бюрократов сразу увольнял, в одну минуту. Когда вижу по телевизору, как наш президент на совещании говорит о том, что его указы выполняются только на 65 процентов, то я ничего не понимаю. Особенно когда это касается оборонзаказа. Указ президента равносилен приказу главнокомандующего. Невыполнение приказа во время войны – это расстрел, в мирное время – полное служебное несоответствие. Возвращаемся к тому периоду, когда вот приедет барин – и он нас рассудит?! Мне это непонятно. Систему надо приводить в порядок, она разболталась.

– Так кто выстраивает эту систему?! Разве не президент?!

– Эта система длиною не в одну жизнь. Мы занимаемся образованием, но абсолютно не занимаемся воспитанием. В основе благополучия любого государства лежит не экономика, а культура. Взять, например, систему ЕГЭ, которую я считаю ошибочной. Ведь благодаря единому экзамену мы получаем роботов, а не личностей. А государству важно получить личность, которую надо воспитать. В наших школах много лет готовят только к сдаче ЕГЭ, и всё. Да, они решают сложные задачки или химические уравнения, но так мало читают книг! Вопрос воспитания личности важнее, чем зазубренные знания.

– Вы вспомнили советскую власть, но некоторые наши политики и чиновники сегодня защищают те времена. Говорят, было все идеально в Советском Союзе.

– Это не так. Но в Советском Союзе была система координат, которой ты жил, она была неизменна. И все знали условия этой игры. То есть, грубо говоря, 70 лет мы играли в подкидного дурака, а теперь нам предложили играть в шахматы. Нужно время, чтобы не просто выучить правила этой игры, но научиться мыслить совершенно на другом уровне.

– Наши депутаты иногда такие законы выпускают, что теряешься. Как вам закон об оскорблении чувств верующих?

– Между черным и белым лежит масса оттенков. Все должно созреть – и люди, которые пишут законы, должны научиться их писать. Этот закон о чем?! Плюнуть в сторону мечети или танцевать голым в храме – вот это оскорбление чувств верующих. Но написанное на бумаге превратилось в то, о чем мы говорим с вами. Например, когда отменили рекламу в детских передачах, я разговаривал с заместителем председателя Госдумы. Говорю: ребята, вы правы, но опять поделили на черное и белое. Телевидение – коммерческая организация, оно живет рекламой. Как только вы внесли этот закон, мгновенно исчезли детские передачи. А если сделать по-другому: пусть в этих передачах будет реклама детских товаров. Со мной согласились, но ничего не изменилось.

«Поле чудес» – мой крест

– Сейчас много обсуждают, есть ли у нас в искусстве цензура или нет, нужна ли она.

– Что такое цензура?! Это государственное деяние. Я ни разу за 20 лет не видел ни одного государственного документа, запрещающего или разрешающего что-либо в области культуры. Все остальное – эмоции. А это не подпадает под понятие «цензура», скорее из области «частное или общественное мнение». Другое дело, как быть с постулатом о том, что искусство должно сеять разумное, доброе, вечное…

– А если министр культуры, выступая на пресс-конференции, употребляет такое слово, как «мразь»? Разве это доброе, вечное?

– Вы цепляетесь за шероховатости. Меня гораздо больше интересует не что он говорит, а что он делает как министр культуры. Поймите, нашему новому государству всего 26 лет, детский возраст, мы только начинаем ходить. Люди должны прийти к тому, что они занимают тот или иной пост не просто так. От дворника до чиновника высочайшего класса – это нанятые нами с вами люди, которые получают зарплату. Их задача – выполнять наши пожелания, они не могут мне ничего диктовать. И тогда будет правильная система. К примеру, Министерство образования не может спускать никаких директив. Сначала нужно спросить мнение всех учителей, что им нужно для улучшения качества их работы. И только после этого выпустить общее распоряжение, которое будет обязывать чиновников любого уровня выполнять пожелания учителей. Это касается и Министерства здравоохранения, и Министерства культуры и так далее. А почему с учениками в школе стали говорить на «ты»?! В наше время учителя с первого класса обращались к нам только на «вы». Потому что в любом возрасте перед нами личность, которую надо уважать.

– Телевидение может воспитывать?

– Конечно. Телевидение – это всепоглощающая сила. Мне нравится наше телевидение, но оно должно быть оптимистичней. Всегда задавал себе вопрос: почему мой день в шесть утра начинается с новостей, что тут погибли, тут сгорели, тут ребенок пропал? Для чего мне это знать утром?! Или показывают, как арестовали того или иного человека, потом через клетку задают вопросы. Это напоминает XVII век, инквизиция, наказание стыдом. На основании чего мне показывают человека в клетке? А если потом суд докажет, что он невиновен, а вы уже всем объяснили, что он – детоубийца? Как же тогда презумпция невиновности?! Поэтому создается впечатление у людей: все насильники, все пьют, все воруют и творится такое, что на улицу без ножа лучше не выходить.

– Леонид Аркадьевич, вы рассказываете об идеальном, как должно быть. Вам бы выступить перед депутатами, поучить их…

– А зачем?! Советы нужно давать тому, кто их спрашивает. Я очень точно понимаю, на какой ветке расположен, эту ветку когда-то сам себе придумал и сижу на ней, совершенно не собираясь повыше. Для того чтобы туда подняться, нужны силы, способность, а главное – понимание, что будешь на своем месте. А если я полезу туда просто так, то получится смешно и цинично. Очень хорошо знаю свою характеристику: для всех людей, кто смотрит телевизор, я – как юный барабанщик, хотя мне 71 год. Мало кто знает, что снимаюсь в кино, играю на театральной сцене, пишу книги и сценарии, но для всех я – ведущий «Поля чудес».

– Вам обидно?

– Это факт, и ничего с этим сделать нельзя, ноша, которую несу на своих плечах. Мой крест, мое амплуа – для всех быть ведущим передачи «Поле чудес». Плохо или хорошо – не знаю. Нравится мне это или не нравится, надоело мне или нет?.. Это моя работа, я обязан получать от этого удовольствие хотя бы потому, что мое настроение передается тем, ради кого я работаю.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания