Новости дня

14 декабря, четверг
































13 декабря, среда













Сергей Сенин: Людмила Гурченко сбежала из больницы на похороны внука

«Только звезды» №41/42-2016

Людмила Гурченко // Global Look Press

Sobesednik.ru встретился и поговорил с последней любовью актрисы Людмилы Гурченко – Сергеем Сениным.

О ее осиной талии в советское время ходили легенды, а знаменитые «Пять минут» из «Карнавальной ночи» и сегодня у всех на устах. 12 ноября народной артистке Людмиле Гурченко исполнился бы 81 год.

Нас он пригласил туда, где они некогда жили и любили друг друга. Супруг артистки рассказал, что положил конец войне за наследство с дочерью Гурченко, и еще раз, сидя на кухне с сигаретой в руке, вспомнил о том, как началась история их с Люсей любви...

еперь в эту квартиру гости приходят нечасто. Сейчас это музей-мастерская, где проводят экскурсии, мастер-классы, творческие вечера. Здесь и сегодня царит некая артистическая и невероятно уютная атмосфера. Старинная квартира с камином и лепниной в историческом центре Москвы. Пианино, шкафы, стулья – все это не из века сегодняшнего: антикварное и изыс-канное. Еще минута – и кажется, вот-вот зайдет сама Людмила Гурченко... И все же эта квартира уже не та, что была при жизни артистки. Есть одно отличие: здесь всюду фотографии Людмилы Марковны. В жизни же ее фото не висели на видном месте, а многочисленные грамоты она и вовсе хранила в ванной комнате.

– Скорее всего к грамотам она относилась с иронией. Люся и фильмы со своим участием пересматривать не любила, и фотографии. Сказать, что это было из-за ее скромности, я не могу, хотя она была очень скромным и деликатным человеком, – говорит Сергей Сенин.

Ванные (их в квартире две) Людмилы Марковны тоже больше напоминают музейные помещения: просторные, в одном аристократическом стиле со всей квартирой. И за всем этим великолепием следит Сергей Сенин, мужчина, который 24 года назад подарил народной артистке любовь и заботу.

– Мое знакомство с Люсей произошло задолго до нашей личной встречи, – вспоминает он. – Это был 79-й год. В журнале «Наш современник» опубликовали ее книгу «Мое взрослое детство». Она тут же стала настоящим бестселлером. Несмотря на огромные тиражи «Нашего современника», этот номер достать было сложно. И журнал переходил из рук в руки – на чтение каждому давалось день-два. Так его дали моим родителям, а потом мама мне его вручила. Я взял его с собой в институт. А я тогда учился на 2-м курсе строительного факультета в Одессе, у нас были большие аудитории, и там всегда можно было спрятаться, чтобы заниматься своими делами. Была какая-то очень скучная лекция, поэтому я начал читать. И не смог остановиться. Уже закончилась наша пара, пришли другие группы, а я все читал. Часов шесть там провел. Ее цепкая детская память сохранила мельчайшие подробности оккупационного, страшного, голодного времени, и тем не менее вся книга наполнена оптимизмом и верой в прекрасное. Ну а главным героем книги был ее папа, Марк Гаврилович. Ведь это он настоял, чтобы маленькая Люся стала артисткой.

Как признается Сергей Сенин, она стала ему близким человеком через эту книгу. Хотя тогда он еще и не догадывался, какие открытия ждут его впереди...

Наступила перестройка. Молодой Сенин учился в аспирантуре, работал в институте. И ему захотелось перемен:

– Я вдруг увлекся кино. Мы с другом открыли свою независимую студию. Как-то удачно складывалось все на этом новом поприще. И однажды московский режиссер Елена Николаева предложила нам сделать фильм по мотивам повести «Сказка» Набокова. Там был такой персонаж – дьявол в женском облике. На эту роль мы актрису искали долго, не складывалось по разным причинам. И тут Николаева говорит: «Я пригласила Людмилу Гурченко». А я расстроился: «Черт! Как же я сам не предложил!»

С тех пор молодой продюсер начал ожидать встречи с Людмилой Марковной. Съемки фильма проходили в Вильнюсе, поэтому Сергею частенько приходилось туда летать, но графики их пребывания на съемочной площадке никак не совпадали.

– И вот однажды я вылетел в Литву, зная, что Люся будет там. Из аэропорта помчался на съемочную площадку, купил по дороге огромный букет роз. Зашел в павильон и вижу сцену: черт (персонаж Людмилы Гурченко) соблазняет главного героя, которого играл Сергей Жигунов. Она была в роскошной одежде, с роскошным гримом – безумно эффектная, я ее даже не узнал. Кстати, позже мне стало известно, что во время съемок этого фильма она использовала только свои наряды.

Сергей Сенин / Александр Алешкин / «Собеседник»

И это был не единственный раз, когда Сергей Михайлович не узнал Гурченко.

– Как-то я встречал ее в московском аэропорту с гастролей из Израиля, у нас тогда были только рабочие отношения. И тоже не сразу узнал ее в толпе. А потом шутил: «Если идет кто-то неузнаваемый, наверняка, Люся, это ты».

1991 год. Наступили трагические январские события в Вильнюсе. Наша интернациональная съемочная группа, наполовину состоящая из литовцев, как раз была там. Казалось, конфликт неизбежен. Ситуацию спасла Людмила Гурченко. Проявив мудрость и такт, она не только успокоила всех, но и сплотила.

Премьера «СекСказки» была назначена на 19 августа. Но и тут оказалось все не слава богу.

– Утром на всех каналах советского ТВ показывали «Лебединое озеро» – ГКЧП, – вспоминает Сенин. – Накрылась наша премьера, но я в Москву все равно прилетел, тогда все еще жил в Одессе. А Люся и здесь была в первых рядах у Белого дома в красной косынке. К счастью, это все быстро закончилось и 22 августа премьера «СекСказки» все же состоялась.

А Сенину так не хотелось прекращать общение с актрисой, что он пытался придумать какой-нибудь новый проект, чтобы увлечь им Гурченко. С тех пор, приезжая в Москву, Сергей Михайлович звонил Люсе. А в конце каждого разговора добавлял: «Хорошо бы еще что-то сделать». И однажды Людмила Гурченко сама на него вышла: «Есть мысль, хотите – приезжайте в гости. Я расскажу вам идею музыкального телевизионного проекта».

– Тогда она жила не в этой квартире, но тоже на Трехпрудном. А я на время остановился у друга. И так оказалось, что жил буквально за углом. Я к ней тут же примчался.

Сенин увидел свою музу совсем в ином амплуа. Одна, без косметики, в домашней обстановке.

– Без грима она мне всегда нравилась больше. На мой взгляд, красивее всего Люся была по утрам, когда только просыпалась. Но грим был частью ее профессии. Он, как и ее наряды, был важен для нее. Что касается костюмов кино, то она всегда их тщательно продумывала, тесно сотрудничала с художниками по костюмам. Для нее была важна любая мелочь. Например, снимаясь в военном фильме, она не могла надеть под военную шинель французское нижнее белье. В ее понимании все должно было соответствовать. Что касается моего первого прихода в ее квартиру, то меня она встретила одна, ее сопровождал только Тузик (собачка такса), чем я был весьма удивлен. Я-то думал, что сейчас выбегут няньки, тетки и прочая свита. Но мы спокойно, в тишине обсуждали детали проекта, слушали музыку. А потом Люся предложила вместе погулять с Тузиком. Так мы стали чаще видеться.

Как признался Сенин, в первую встречу он подумал, что Людмила Марковна, пригласив его к себе, попросила всех уйти ненадолго, чтобы не мешал никто. Но спустя время он понял: она и правда одна...

В своей квартире актриса ко всему приложила руку. Даже шторы она шила сама / Александр Алешкин / «Собеседник»

– Меня это поразило, – удивляется Сергей Михайлович. – Такая сложная жизнь, напряженная работа. А кто же смотрит за квартирой, ухаживает за собакой? Все сама. Я в то время тоже уже давно был один. Вот так мы вместе гуляли с собакой, ходили в кино, по театрам, ресторанам. Люся познакомила меня со своими друзьями. Мы вместе с ней ездили на дачу к Рязанову.

Так встретились два одиночества. Людмила Гурченко стала второй женой Сенина. От первого брака у продюсера есть дочь. А таблоиды в то время не унимались, сообщая, что Гурченко увела молодого мужа из семьи.

– Если бы я был на тот момент несвободен или у Люси был бы кто-то, то наших отношений не было бы. Это было против ее правил. Мы были счастливы. У нас было много совпадений во вкусах: кино, артисты, литература, музыка, отношение к окружающей действительности.

Влюбленных не смущала даже разница в возрасте в 26 лет.

– Когда мы стали встречаться чаще, она начала аккуратно выяснять у моих друзей, сколько же мне лет, потому как я выглядел старше своего возраста. Как-то пригласил ее в ресторан Дома кино. Тогда это было самое популярное заведение в Москве. Но я не сказал, что собираюсь в этот вечер отмечать там день рождения. Мы собрались небольшой компанией: я, Люся и два моих друга. Но в какой-то момент увидел, что она загрустила, подумал, что ей с нами скучно. А потом выяснилось: она спросила у моего товарища, сколько же мне лет. Он ответил. Она расстроилась.

1995 год. Людмила Марковна серьезно заболела.

– Это была трагическая ситуация. Врачи почти не оставляли шансов. Это было редчайшее заболевание, связанное с кровью, которое налетело на Люсю как ураган. Я сутками напролет дежурил в реанимации, носил специальную стерильную одежду и постоянно обрабатывал руки – любая бактерия могла убить ее. Эти страшные месяцы сблизили нас окончательно. И разница в возрасте для нас больше никогда не имела значения.

Вместе Сергей Михайлович и Людмила Марковна прожили 19 лет. И такая яркая сильная женщина не могла не изменить своего мужчину. Так, например, она поработала над внешним видом своего мужа.

– Она, конечно, сильно поработала над моим образом, – признается Сергей Михайлович. – Но всегда делала это очень деликатно, чтобы не ущемить мое мужское самолюбие. Например, она начала мне дарить рубашки без ворота. И я заметил, что шея моя стала визуально длиннее. А трехдневная щетина, которую Люся предложила мне отрастить, несколько сузила мои широкие скулы. Она даже стригла все годы меня сама. Я, когда остался один, вдруг осознал, что в Москве и нет уже парикмахерских, остались только салоны.

Сергей Сенин хотел бы передать музей-мастерскую под патронат государственного учреждения / Александр Алешкин / «Собеседник»

– Сергей Михайлович, о ее стройной фигуре легенды ходили. Как она над собой работала?

– Никак. Мы могли и картошку ночью начать жарить. Она всегда оставалась стройной. Это в папу. Ела все то, что нельзя: вареники, пирожки, «Наполеон», хлеб с маслом и сыром. Без последнего она вообще не садилась за стол. А вот спорт у нее всегда вызывал скуку и уныние. Любимое занятие дома – это лежать. Лежа она сочиняла музыку, репетировала роль и даже придумывала танец, потом вставала и сразу же все это воплощала.

Но был в жизни Людмилы Марковны один близкий человек, с которым ей тяжело было найти общий язык. Ее дочь Маша. Про их конфликт не писал только ленивый. Но сейчас все обиды в прошлом:

– У нас какое-то время, еще при жизни Люси, были прекрасные отношения с Машей. Внука Марка Люся обожала, он к нам в гости бегал. У нас с Машей сейчас все ровно. Я приглашаю их в театр. Правда, лично видимся все же редко.

Если отношения с дочерью у Людмилы Марковны складывались не всегда гладко, то внука Марка актриса обожала. Ему даже имя дали в честь прадеда – отца Гурченко. Смерть Марка для артистки была трагедией, он умер от передозировки героина в 16 лет.

– Говорят, Людмила Марковна свои надежды связывала с Марком. Она видела его артистом в будущем?

– Не думаю, что у него был талант артиста, – рассказывает Сенин. – Марк был умным и красивым мальчиком. Надежды на Марка у Люси были, но не как на будущего артиста, а как на сильного мужчину. Она верила, что, когда он вырастет, будет, как и ее папа, защищать семью от невзгод.

В коллекции Гурченко более 800 самых невероятных нарядов / Александр Алешкин / «Собеседник»

– Многие писали, что из-за конфликта с дочерью Гурченко даже не пришла на похороны внука.

– Это ложь! Мы с ней вместе были на Ваганьковском кладбище, куда я привез ее из больницы после сложнейшей операции.

Со дня смерти Людмилы Гурченко прошло уже шесть лет. Сегодня Сергей Михайлович работает в Театре Вахтангова и занимается сохранением наследия великой жены.

– В этом мне помогли ученые из Строгановской академии. Они пришли и описали каждую вещь в нашей квартире. Одних только платьев у Люси собралось порядка 800, из них более 200 она сшила сама. Она не боялась переделывать даже именитых мастеров: Кавалли, Зайцева, Юдашкина. Ей во всем хотелось индивидуальности. Она могла пойти в «Детский мир», купить там пару платьев недорогих и сшить из них себе наряд. Ее спрашивали: «Это у вас Кавалли, Людмила Марковна?» А она в ответ кивала: «Кавалли, Кавалли».

Сделав из квартиры музей, сам Сенин переехал с питомцами (в их доме всегда были две собаки) на другое место жительства.

Каждый день рождения Сергей Михайлович старается собирать вместе всех друзей Люси. Поступит так же он и в этом году. Но уже, наверное, в последний раз:

– Мне все чаще хочется в этот день побыть одному. Просто провести время с Люсей. Только я, она, и больше никого...

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания