Новости дня

17 ноября, суббота













16 ноября, пятница
































Александр Невский: Артисты думали, в Москве всюду танки


«Я объяснил режиссеру: "У меня свои принципы и я не хочу ими поступаться". Он пожал мне руку, а через несколько лет стал продюсером моего режиссерского дебюта» // личный архив
«Я объяснил режиссеру: "У меня свои принципы и я не хочу ими поступаться". Он пожал мне руку, а через несколько лет стал продюсером моего режиссерского дебюта» // личный архив

Актер, режиссер и продюсер Александр Невский рассказал, как пытается объединить Россию и Америку на киноэкране.

«Какие санкции и взаимные претензии, ребята, нам нечего делить!» — уверяет Александр Невский. Он задумал и реализовывает как продюсер международный проект — фильм «Максимальный удар», где также сыграл главную роль.

По сюжету мир в шаге от третьей мировой войны. Россия и Америка объединяют силы в борьбе с мировым злом — терроризмом. Но это не боевик, как можно было подумать, а приключенческая комедия.

Список занятых актёров впечатляет. В нем Келли Ху («Царь скорпионов», «Люди икс 2»), Бай Лин («Ворон», «Такси 3»), Эрик Робертс («Темный рыцарь»), Том Арнольд («Небесный форсаж», «Правдивая ложь»), Денни Трехо («Мачете»), Марк Дакаскос («Плачущий убийца»). А из российских звезд — Евгений Стычкин, Максим Виторган, Полина Буторина, известная телеведущая Мария Бравикова и другие артисты. Режиссером выступил Анджей Бартковяк, это имя широко известно в мировом кинематографе.

«Американцы обнимали меня в День Победы»

— Александр, у вас история прямо «на злобу дня» — события на Украине уже переросли в серьезный конфликт на международном уровне. Не хочется произносить даже слова «Третья мировая», чтобы не накликать беду.

— Первую часть сценария писали задолго до событий на Украине. Я потом говорил сценаристу: что же ты накаркал? Но в нашей картине русские и американцы борются не против друг друга.

Вместе с Дэнни «Мачете» Трехо / личный архив

Я — категорически против негатива в русских фильмах про Америку. Как против негатива про Россию и русских в американском кино.

В нашем фильме они [США и Россия] вместе пытаются предотвратить новую войну, а их враг — международные террористы. Я убежден: сегодня надо помнить, что Россия и Америка — две великие державы, и они должны сотрудничать, дружить. Вот об этом наша история. И вообще это приключенческая экшн-комедия, первая в моей карьере подобная работа.

— Российские телевизионные пропагандисты уверяют, что в Америке сейчас прямо ненавидят русских. Что скажете на это как человек, все же живущий в США?

— Плохого отношения от американцев из-за того, что я русский, не встречал никогда. Когда приехал в Америку впервые — это был конец 90-х, — относились с интересом и в целом позитивно. Там есть свой День Победы, только называется иначе: «День Памяти». Так вот в этот день пожилые американцы, узнавая, что я русский, обнимали меня и плакали. И говорили: «Мы помним войну!» Простые американцы не стали к нам хуже относиться из-за санкций. Как россияне не стали, думаю, ненавидеть американцев.

На телевидении в США — другая история: там сейчас, увы, пропаганда. Комментируют международные события, мягко говоря, не в пользу России. В голливудских картинах (это тоже связано с политикой) снова появляется злодей-русский. Хотя на какое-то время это прекращалось, злодеями в кино были арабы. Из контрактов голливудских артистов, чьи фильмы выходят в широкий мировой прокат, исчез обязательный пункт о посещении России. Прежде такой пункт был. Сейчас, считают американские продюсеры, без России обойдутся.

— Российские депутаты «в ответном слове» предложили ввести квоты на американские фильмы.

— Российские кинематографисты, как вы знаете, написали письмо президенту с просьбой ни в коем случае не делать этого. Они же понимают: ввести налог на зарубежное кино — это удар по российским кинотеатрам, которые зарабатывают и живут в основном за счет голливудских картин. Нет, логика чиновников вполне понятна: усложнить работу американским студиям в России и упростить работу своим. Задача-то хорошая. Во Франции, например, существуют механизмы отчислений от международных фильмов в фонды создания своих картин. В Китае есть квота на производство и показ зарубежных картин. Я надеюсь, и у нас найдут путь, связанный не с «запретительством» чужого, а с серьезной поддержкой своего. Ведь не голливудское кино виновато в неуспехе российских картин.

Федор Бондарчук заработал десятки миллионов долларов

— «Проблема в том, что кино у нас в России плохое, не умеют снимать» — согласны?

— Совсем нет. Фильм «Сталинград» Федора Бондарчука собрал десятки миллионов долларов в России, более 10 миллионов долларов в Китае и немалые суммы в Америке. Это победа и огромный успех.«Утомленные солнцем» Михалкова видели во многих странах мира. Вторая и третья части, поверьте, сняты на голливудском уровне. Фильм может нравиться или нет — это дело другое. Фильмы Спилберга и Скорсезе тоже многим не нравятся.

В новом фильме Невский играет положительного героя — сотрудника ФСБ / личный архив

— В Америке всё четко — сколько кино заработало, а не какому числу людей понравилось. Коммерческая страна.

— Совершенно верно. Российским продюсерам и режиссерам, считаю, нужно активнее продвигать свое кино по всему миру. Мало снять крутой фильм — нужно еще продвижение, пиар. Посмотрите, как продвигают по миру французские, немецкие, итальянские картины, сколько денег вкладывают конкретно в рекламу. Существуют механизмы. Но наши, российские творцы почему-то не пользуются этими технологиями: снял кино — и вроде бы как на этом работа закончена. Нет, съемки — это лишь полработы. Надо еще продвигать, продавать, не умеете — учитесь. Это рынок.

— Ну а в кино в Америке зрители ходят сейчас? В России, говорят, почти перестали, особенно в регионах — кризис.

— В Америке это традиция — ходить в кинотеатры. Целый ритуал — прийти всей семьей, включая бабушек, закупить кукурузу, прохладительных напитков и посмотреть премьеру.

— Ну а деньги на съемки своих фильмов там сложно найти?

— Конечно. Но если вы создали прибыльный фильм, хотя бы один, становится проще — потенциальные инвесторы начинают проявлять к вам интерес. На первый свой фильм найти деньги, безусловно, труднее, инвесторы не любят риски.

— Российские продюсеры и режиссеры выпрашивают (и некоторые, именитые, получают) финансовую поддержку своих картин от государства. В Америке что-то подобное есть?

— Я об этом даже не слышал. А вот банки часто финансируют, забирая в залог права на эти картины.

— У артистов, которые приехали на съемки вашего фильма в Москву, каковы впечатления от России?

— Артисты старшего поколения в шоке (в хорошем смысле) от Москвы: что тут широкие дороги, красивые здания, люди улыбаются. Они-то думали, тут на каждом углу танки. Те, кто помоложе, не удивлены — читают Интернет, общаются со сверстниками из России и понимают, что и здесь, как в Америке, нормальные люди живут. Главное — не поддаваться пропаганде и истерии, жить своим умом, и все будет хорошо.

«Я объяснил режиссеру: "У меня свои принципы и я не хочу ими поступаться". Он пожал мне руку, а через несколько лет стал продюсером моего режиссерского дебюта» / личный архив

Хочу заметить, что я остаюсь российским гражданином, у меня российское гражданство, — продолжает мой собеседник. — Но большую часть времени провожу в Америке. Просто потому, что там мировой центр киноиндустрии, а если ты хочешь делать кино мирового уровня, лучше находиться в эпицентре событий. Также добавлю, что никогда не играю, не играл русских бандитов.

— А много предлагали?

— Очень, особенно вначале. Я отказывался всегда. Помню, меня познакомили с Ван Даммом, он был моим кумиром. Тогда у меня не было ни своего актерского агента в Голливуде, ни даже разрешения на работу. Ван Дамм предложил мне работу: сняться в фильме «Тайна ордена». Там была совсем небольшая роль. Но сразу после нее меня взяли бы в актерский профсоюз (в Америке такие правила), дали бы разрешение на работу. Сыграть же предстояло русского урода. Я объяснил режиссеру Шелдону Летичу (а он — создатель таких крутых картин, как «Двойной удар», «Кровавый спорт», которые я обожал): «Поймите, у меня свои принципы и я не хочу ими поступаться». Режиссер пожал мне руку. Мы встретились через несколько лет, он стал продюсером моего режиссерского дебюта «Черная роза». А сейчас в «Максимальном ударе» я играю офицера ФСБ: впервые в голливудском кино появился положительный герой — офицер ФСБ.

поделиться:


Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания