Новости дня

13 декабря, среда





























12 декабря, вторник
















Чего добилась Эстония за 20 лет независимости?

0

Таллин, Эстония // Global Look Press

Наше путешествие по бывшим советским республикам, которые 20 лет назад из общей коммунальной квартиры разъехались по особнякам, близится к завершению. Чего удалось добиться за годы независимости самой маленькой из «сестер» – Эстонии? Об этом поведут речь сразу три автора: один в советские годы заканчивал здесь школу (Олег), другой – известный кулинар и звезда телеклуба знатоков, приезжает сюда регулярно и завел кучу друзей (Борис), третий – в прошлом собкор ТАСС, живет и работает в Таллине (Альберт). Местами повествование будет вестись от первого лица, поскольку у всех троих с этой прибалтийской страной связано много личного.

Долгая дорога в дюнах

Эстония и впрямь невелика – в границах, например, Ростовской области РФ могли бы поместиться две Эстонии, ее всей-то чуть больше 45 тыс. кв. км, а 1,3 млн жителей можно бы без труда расселить в Воронеже или на одной десятой части Москвы.

Эстония как-то больше других прибалтийских республик вечно была обижена на СССР в целом и на Россию персонально. Корни этой нелюбви лежат и в древней истории, и в новейшей. Присоединение Эстонии к СССР в 1940 году вряд ли можно назвать добровольным, а кому любо насилие.

Среди знакомых сверстников Бориса в Эстонии очень много тех, кто родился в Сибири и на других Северах. Ясно, что не на курорт их родителей туда отвозили… «И они это помнят, и дети их знают. И нам не стоит это забывать, когда некоторые реакции эстонцев кажутся излишне нервными», – считает Борис.

Эстонцы не радовались, видя, сколько чужаков к ним понаехало строить социализм из матушки-России, как размывается их языковая и культурная среда. Впрочем, тогда они еще не догадывались, что из соседней страны, на которую смотрели с завистью, телевидение которой только и признавали, игнорируя ленинградское и Центральное, после обретения независимости понаедут финны – и это будет пострашнее русского вторжения…

Финское нашествие

Борис:

– За столиком в летнем кафе около городской стены, где продают изумительные свитера ручной вязки, сидит пьяный в дымину человек с лицом ярко-красного цвета. Выясняю, что это обыкновенный финский бомж. У себя в Финляндии он существовал бы на свое пособие очень плохо, поэтому он его получает, садится на паром и едет в Эстонию. Там он без труда снимает жилье, ест-пьет-не просыхает, и на всё хватает – в Эстонии всё дешевле. Раз в месяц съездит на пароме в Хельсинки за пособием – и живет в свое удовольствие. Спрашиваю приятеля, как ему это нравится. Он политкорректно объясняет, что у них теперь единая Европа: где бомж хочет жить, там и живет. Потом не удерживается и добавляет: пока что эстонские бомжи и не думают переезжать в Финляндию, а жаль…

Финны – основная масса туристов, посещающих Таллин. Гостей там ждут – во всех магазинах около порта продаются картонные коробки с ручками для переноски, в каждой по десять поллитровок водки, две коробки – ровно 10 литров, а больше таможня не пропустит.

Обычный багаж для финна – клетчатая сумочка-мародерочка, а в ней хлеб, колбаска, сыр, масло и всё такое... В Эстонии это существенно дешевле, как не купить? Может, именно благодаря финнам отношение к туристам из России стало помягче – всё познается в сравнении.

Оккупанты поневоле

Олег:

– В советскую пору хоть и говорили: «Курица не птица, Эстония не заграница» – разница все же чувствовалась.

Из-под Ленинграда отца, военного летчика, перебросили служить в Пярну, крупный по эстонским меркам город – 40 тысяч жителей. Едешь по железной дороге, с нашей стороны – раздолбанные пакгаузы, полусгнившие шпалы, неказистые домишки, а на эстонской – всё чистенько, аккуратно, глаз радуется.

За минувшие десятилетия городок внешне стал еще симпатичнее: этакие пряничные домики, европейского вида гостинички и кафешки. Впрочем, и в России раздолбанных пакгаузов стало поменьше.

В Пярну я, правильный советский школьник, с удивлением стал узнавать, что для кого-то здесь мой отец – оккупант, мать – тоже оккупант, бабушка – оккупант и я сам – член семьи оккупантов; что на Первомай красный флаг может быть сорван с дома и оказаться в мусорке; что перед памятником Ленину можно навалить кучу дерьма (что, конечно, делалось зря, ведь еще неизвестно, был ли Ленин русским)… Но всё это лишь краем задевало сознание. Школа была русскоязычная, среди нас учились и эстонские ребята, и немцы, дружбы и любови у многих впоследствии закончились свадьбами. Гормоны перебивали политические и этнические разногласия.

Когда этим летом я надумал встретиться с одноклассниками, оставшимися жить в Эстонии (обиженных титулом негражданина, обделенных судьбой, карьерой, кажется, среди них нет, всё у них путём), эстонское посольство в Москве отказало мне в визе, удивив формулировкой – «представляет угрозу для общественного здоровья». Видно, слабый у них еще иммунитет. Болеют чем-то. А может, решили, что я попытаюсь пробраться в Пярну на бывший отцовский аэродром – выяснять, как там теперь хозяйничают натовцы.
Да фиг ли мне их самолеты и системы радиоэлектронной разведки! Может, у меня там осталась первая школьная любовь. А также вторая, третья и, кажется, четвертая… Вы будете смеяться, но после вмешательства Всемирного клуба одесситов, другом которого является редактор юмористического журнала «Пиккер» Юри Паэт, оказавшийся еще и отцом министра иностранных дел Эстонии Урмаса Паэта, визу дать согласились, причем бесплатно. Но это уже отдельная история…

Таллин – безопасная столица

Борис:

– Таллин необыкновенно красивый и аккуратный город. Но особенно он прелестен ночью, это просто сказка какая-то. Из сказочного добавляется то, что ночной Таллин весьма безопасен – во всяком случае, в центре: бродил часами не раз и ничего хотя бы чуть похожего на инцидент.

Мой таллинский приятель гордо рассказывал, что их президент каждое утро выходит из своей резиденции и бегает по парку Кадриорг, не очень-то опасаясь гуляющих граждан, и во всех северных странах это так. Я не удержался, чтобы не заметить: «Ага, а вот в Швеции премьер Пальме совершенно не боялся в кино ходить без всякой охраны…» Но факт остается фактом – Таллин город довольно безопасный.

Средний эстонец совершенно нормально реагирует на русскую речь – если не совсем молодой: прекрасно ее понимает, сам говорит, и с ним можно даже вполне корректно поспорить по-русски на довольно животрепещущие темы. Но все резко ухудшается, если рядом другой эстонец, а если три-четыре, то дело вообще швах – неудобно им по-русски разговаривать. Вроде это сейчас утихает, но пока есть.

Кому хорошо в стране Эстонской жить?

Альберт:

– Об уровне жизни в сегодняшней Эстонии давайте поговорим на языке цифр.

Можно предложить, например, своеобразный «клубничный индекс». Один из нас (Олег) в 1975 году, отработав день на сборе клубники в эстонском совхозе, получил за свой труд 10 рублей. На эти деньги тогда можно было купить: 50 буханок хлеба или 40 бутылок пива; 2 бутылки водки плюс много закуски; вельветовые летние туфли местной фабрики; 3 раза хорошо пообедать в кафе или один раз прилично посидеть в ресторане; доехать из Таллина в Питер и вернуться обратно…

Сегодня на сбор клубники эстонцы предпочитают выезжать в соседнюю Финляндию, где лучше платят. По словам Вайке (она студентка и летом подрабатывает), можно заработать до 17 евро в день (это в пересчете – 697 рублей) и купить на эту сумму: 14 буханок черного хлеба; 2 бутылки эстонской водки или ликера «Вана Таллин» плюс немного закуски; 15 кг бананов. За месяц работы на сборе ягод некоторые зарабатывают до 500 евро.

Но такое сравнение еще мало о чем говорит, ведь доход людей не строится на одной клубнике.

Валовой продукт (ВВП) на душу населения в 2009 году составил 19.194 доллара США. Это не самый низкий показатель в ЕС, членом которого Эстония является. Но сие, увы, мало ощущается жителями республики.

Страна занимает последнее место по уровню минимальной заработной платы, размеру пособия по безработице. Средняя – брутто – заработная плата в Эстонии колеблется в пределах 750–800 евро в месяц и сопоставима с размерами пособия по безработице в наиболее развитых странах Европы. Однако и такую зарплату в Эстонии получает примерно лишь треть всех имеющих работу.

Безработица сопровождает Эстонию на протяжении всех 20 лет новой независимости. Пик пришелся на 2010 год – 19,8% безработных. К концу года она, правда, снизилась до 13,6%. «Лицо» у эстонской безработицы преимущественно русское. Но жизнь заставляет как-то устраиваться, например меняя род деятельности.

Вот что рассказывает Ирина, экономист по профессии:

– Лет 20 назад попала на заводе под сокращение из-за незнания эстонского. Устроилась там же уборщицей. Потом завод закрылся. Пошла продавцом на рынок. Через несколько лет решили с мужем открыть свое небольшое дело – торгуем овощами и фруктами на маленьком крытом рынке.

Вроде бы получается. Но сна и отдыха не знаем, работаем без выходных и отпусков. Сами готовим квашеную капусту, малосольные огурцы. Можно сказать, преуспеваем. Хватает на жизнь, и сыну помогали, пока учился. Он тоже экономист.

Не только русские, но и представители титульной нации ищут лучшей доли вне родины. По уровню эмиграции Эстония уже превысила уровень сороковых годов, когда от Красной армии на Запад бежали десятки тысяч эстонцев.

Граждане-неграждане

Это весьма больная тема. Значительную часть населения Эстонии составляют лица без гражданства и граждане других стран, преимущественно России. Они не могут участвовать в выборах, ущемлены в некоторых других правах. Эта почти 15-процентная прослойка образовалась после того, как в начале 90-х годов в Эстонии был восстановлен закон о гражданстве образца 1938 года. Согласно этому закону, гражданство было предоставлено всем тем, кто имел эстонское гражданство в довоенные годы, и их прямым потомкам. Остальным было предложено пройти целый ряд бюрократических процедур, включая экзамен на знание эстонского языка и основных законов. Неудивительно, что свыше 100 тыс. русскоязычных жителей республики пошли другим путем – они выбрали гражданство РФ.

Как признался после ухода в отставку первый директор департамента гражданства и миграции Андрес Коллист, целью всех законов, касающихся русскоговорящего меньшинства, было превратить жизнь русских в ад и тем самым принудить их уехать из Эстонии. Не совсем получилось...

Холодные объятия Балтики

Олег:

– А ведь я имел реальную возможность остаться в Эстонии навсегда. Правда, на самом дне. Об этом даже осталась запись в юношеском дневнике.

Это был теплый день, начало школьных каникул, холодный Пярнуский залив слегка прогрелся, и можно было купаться. Я вошел в воду, и в этот момент из рук мальчика вырвался большой пляжный мяч. Ветер погнал мяч прочь от берега, и я решил его догнать. Залив сначала мелкий, идешь 100 метров – и всё по колено, а потом начинается серьезная глубина. Я плыл за мячом, а его угоняло всё дальше в открытое море. Несколько раз я догонял мяч, но он отлетал от моих пальцев, и дистанция снова увеличивалась.

Когда я наконец оглянулся, стало страшно: берега уже не было видно, и я понял, что не смогу вернуться назад, не хватит сил. Спасение было только в мяче. Не знаю, каким невероятным усилием я догнал его и обхватил руками. Долго отдыхал, приходил в себя. А потом долго плыл к берегу. Законной наградой мне был мяч-спаситель, отнятый у моря…

Удивительно, но мальчик продолжал стоять у кромки воды! Всё это время он терпеливо ждал свой мяч. Это был эстонский мальчик, он сказал спасибо и протянул руки. Я не испытал ничего плохого к этому мальчику, отдавая трофей. Вдруг разглядел, что мяч не простой, это был мяч-глобус с изображенными на нем океанами, континентами, странами. Была видна даже маленькая Эстония, совсем крошечная рядом с большой Россией.

Мне интересно, хороший ли человек вырос из этого мальчика, работает ли он, служит ли в армии, помнит ли этот эпизод жизни? Надеюсь, что спасенная мною «планета» и Эстония на ней, прилепившаяся к кромке Балтийского моря, попала в не самые плохие руки. Думать иначе было бы очень обидно…

Визитная карточка

Эстонская Республика

Население

В советские годы – 1,48 млн человек, 63% – эстонцы, 37% – русские и другие нацменьшинства (данные переписи 1981 г., СЭС)

Сейчас – 1,36 млн человек, 68,7% – эстонцы, 25,5% – русские, 5,8% – другие нацменьшинства (данные сайта посольства Эстонии в Москве)

В столице Таллине проживают чуть менее 400 тыс. человек, что составляет почти треть населения страны

Эстонцы, известные на постсоветском пространстве

Георг Отс, Яак Йола, Тынис Мяги, Анне Вески – певцы, Урмас Отт – тележурналист

Бренды республики

Ликер «Вана Таллин» («Старый Таллин»), пиво Saku, кондитерская и шоколадная продукция Kalev, балтийская килька и салака

Это стоит посмотреть

Памятник «Бронзовый солдат» – скандальная известность

Сааремаа и другие острова – суровая красота Балтики

Пярну – приятный отдых и курортная расслабуха

Таллин – старина и современность в одной упаковке

Что почем

Жилье

• 1-комнатная квартира в Таллине в деревянных домах старой постройки – от 25 тыс. евро

• в современных каменных домах – от 40 тыс. евро

Продукты (в пересчете на рубли)

• Хлеб черный – от 50

• Картофель 12–15

• Колбаса докторская – 200

• Свинина – от 200

• Салака свежая – от 85

• Лосось или форель охлажденные – 350

• Масло сл. (кг) – 300

• Яйца куриные – 40–60

• Сахар – от 65

• Яблоки от 30 до 60

• Бананы – 40–45

• Кофе натуральный молотый (0,5 кг) – 200–250

• Ликер «Вана Таллин» – 287–330

• Водка местного производства (0,5 л) – 250–300

Борис Бурда

Олег Шаповалов

Альберт Маловерьян

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания