Новости дня

16 декабря, суббота













15 декабря, пятница
































Екатерина Шаврина рассказала о необычном отношении к мужчинам после смерти мужа


Екатерина Шаврина //

«Гляжу в озера синие», «Тополя», «Ах, зачем эта ночь»... В чистый и светлый голос Екатерины Шавриной слушатели влюблялись с первого звука раз и навсегда. Ее дорога к славе была трудной и извилистой, но сирота из небольшого поселка стала знаменитой певицей.

Гастрольный график Екатерины Феоктистовны и сейчас не дает фаворитке миллионов подолгу сидеть дома. Она, как и в юности, разрывается между репетициями, переездами, концертами, потому что всю жизнь привыкла работать.

Красивая, статная, ясноокая. Она и сейчас в прекрасной форме, свой возраст не скрывает – ей семьдесят. Неудивительно, что около русской красавицы всегда вились мужчины. Причем не какие-нибудь, а весьма достойные. Например, ею восторгался сам Фидель Кастро. Они познакомились, когда группа советских артистов гастролировала на Кубе. Рядом с Фиделем всегда была переводчица и телохранитель Соня, которая по просьбе своего шефа тайно привезла молодую певицу на банкет кубинского правительства. Девушка на празднике всем приглянулась, и ее приглашали на Кубу постоянно. Сначала Екатерина не отказывалась, но на восьмой раз призналась, что не может приехать. Надоело.

– Екатерина Феоктистовна, возможно, Фидель Кастро был в вас влюблен?

– Ему нравилось мое творчество, он любил слушать русские напевы. И зачем вы про это вспомнили? Скажут, что я хвалюсь.

Любимая многими исполнительница не любит тех, кто бравирует своим прошлым, но от него никуда не денешься.

Особенно если это была любовь. В то время Екатерина Феоктистовна много гастролировала за границей, ее всегда хорошо принимали. И в Рио-де-Жанейро она познакомилась с мэром города – жгучий 38-летний красавец сразу обратил на нее внимание. Между ними словно вспыхнула искра. Но градоначальник был женат. А о романе с несвободным мужчиной русская певица и думать не хотела. Потом она узнала, что его жена умерла от рака. А через некоторое время мужчина ее мечты сделал ей предложение. Шаврина долго думала, плакала, переживала. Как она в чужой стране, вдали от России? И никак не могла дать ответ. Любимый же получил повышение и уехал работать в город Бразилиа. Больше они не виделись.

– Екатерина Феоктистовна, вы даже ради любви не уехали из России?

– Я рождена в России. И этим все сказано. Здесь жили мои родители, здесь живут все мои родные и близкие. Здесь мой дом. Я родилась в поселке Пышма Свердловской области. Папа Феоктист Евстигнеевич работал водителем, мама Мостовщикова Феодосия Евгеньевна воспитывала детей, взвалив на себя все домашние хлопоты. В нашей семье было шестеро детей, и всех нужно одеть-обуть-накормить. Я сама родилась здоровой, но говорить не могла. И родители обратились к врачам: – оказалось, что у меня что-то с ушами, нужна была сложная операция. Мне ее сделал старичок-профессор, которому я всю жизнь благодарна.

И после этого я, уже четырехлетняя девочка, не только заговорила, но и запела. Правда, жизнь была непростая. Денег дома водилось немного, и я, чтобы помогать маме и папе, уже в 14 лет пошла работать, правда, накинула себе несколько годков. Ведь тогда подросткам работу бы никто не дал. Сначала трудилась уборщицей в доме культуры, потом контролером в цехе «Динамика» на техническом заводе. А в свободное время пела в Осинском русском народном хоре Пермской области. Потом мы поехали на Всесоюзный смотр художественной самодеятельности.

Меня там заметили, и я поступила во Всероссийскую творческую мастерскую эстрадного искусства. А потом случилась беда – умерла моя мама. Ей было всего 47 лет, папа пережил ее на два года. Мне кажется, что они умерли оттого, что много трудились, не давали себе ни отдыха, ни покоя. Мы все остались сиротами. Старшие сестры стали присматривать за младшими – Васей и Аней. Я в то время пела в Пермском хоре, была солисткой. А когда наш хор отправили на Всесоюзный конкурс в Москву, меня заметили. И в 16 лет я уже была в составе известного в то время Государственного Волжского народного хора.

Там же будущая звезда встретила своего гражданского мужа. Первым мужчиной певицы был известный композитор Григорий Пономаренко, который был старше возлюбленной на 27 лет. Сначала он уступил ей свою квартиру, а потом появились чувства. Для девочки из провинции он был царь и бог. Брак в загсе регистрировать отказались из-за большой разницы в возрасте. В СССР неравные браки не поощрялись. В 1963 году у пары родился сын Гриша. Шаврину приглашали в Москву, Пономаренко не хотел категорически. Они расстались. Но всегда поддерживали добрые отношения.

– Я жила в Самаре, а мои родные в основном в Тюмени. И я больше помогала материально, высылала сестрам и брату Васе деньги, в которых они нуждались. И все дети из нашей семьи состоялись, у всех хорошая работа, дети, мужья. Например, наш единственный брат Вася был удивительный профессионал в хореографии, танцор и балетмейстер. Его хорошо знали в Тюмени, где он жил, в Перми, в Екатеринбурге.

Я в то время больше работала за рубежом, пела в берлинском ресторане. А когда у меня выдавались выходные и хозяйка отпускала, мы с музыкантами перегоняли в Россию иномарки, автомобили «Ауди». Сутки за рулем сидели, на центральной площади в Минске часок передохнем и дальше едем, иногда и через Польшу перегоняли. Сложное было время, но ничего не поделаешь, надо было зарабатывать. Тогда мы с Васей всю семью кормили. Васи больше нет, он недавно умер...

Наша младшая сестра Анечка сейчас на пенсии, она у нас была офицером МВД в Тюмени. С ней случилось несчастье. Она спешила на работу, а был холод, гололед, она ждала на остановке автобус. А когда он подъехал, еле-еле в него влезла. Стояла на самой подножке, а когда он тронулся, ее вытолкнули. Она упала на обледенелый асфальт прямо головой, затылком. Службу пришлось покинуть, она тогда была в чине капитана. Но Аня не жалуется, пенсия у нее неплохая.

Кстати, у нас в органах и Рада служила, была полковником МВД и даже работала у Ельцина. У нее два высших образования, она и в университете преподавала, но потом ушла в органы. Сейчас она тоже в Тюмени. Другая сестра, Таня, училась в Москве на товароведа, неплохо знает английский язык. И когда на Красной Пресне открыли валютный магазин, Таню туда пригласили работать. У нее все отлично там получалось, сейчас и она на пенсии. В Тюмени живет и наша Люся. Так что все мы выполнили главное напутствие мамы. Она нам с детства говорила:

«Учитесь, дети мои, всегда учитесь».

Я тоже окончила сначала Московское музыкальное училище имени Ипполитова-Иванова, а потом, уже будучи мамой, поступила в ГИТИС. Я была не единственная молодая мама на курсе, у Аллы Пугачевой тоже была маленькая дочка Кристина. Она жила на Тверской, я к ней иногда забегала на чай. Вы знаете, Алла прекрасно рисовала. У нее вообще все спорилось, она все умела, знала. Я, как и Алла, часто бывала на гастролях. Но когда встречались, скучать времени не было. У нас вообще курс был дружный, собирались на праздники, иногда после сессий праздновали сдачу экзаменов. Все очень дружили, но время разбросало, теперь встречаемся только на концертах.

– Екатерина Феоктистовна, а по вашим стопам кто-то из детей или племянников не пошел?

– Я всегда пресекала желание детей быть артистами. Нельзя в этой профессии быть в середине – только наверху. А если у артиста уровень ниже среднего, это очень тяжело. Условия работы неважные, да и деньги небольшие.

Поэтому я не хотела, чтобы кто-то из родственников пошел в артисты.

Моя дочка Жанна окончила медицинский институт, а я из-за своей актерской натуры и постоянных гастролей бросила медицинский в свое время. А она выучилась, работала терапевтом. Однако ей пришлось уйти из медицины, денег платили мало, а работы очень много было. А у нее двое детей, Филя и Аня, ей их надо воспитывать. Ну, Жанна и стала бизнесвумен, открыла салон красоты на Ленинском проспекте.

Вторая моя дочка, Элла, закончила Финансовую академию, там, будучи студенткой, встретила свою любовь. Они с Никитой поженились. Оба очень образованные, зять знает четыре языка, дочка – три. Поэтому после учебы они поехали работать в Австралию, Никита очень практичный мужчина – купил землю в Новой Зеландии. Дочка Настя у них такая же умница, ей 18 лет, она сначала училась в Англии, потом в Австрии, а теперь будет учиться в Швейцарии.

Мой старший сын Григорий тоже женат, у него есть ребенок. Гриша у меня горе-художник. В детстве он на подиуме одежду показывал, потом был подмастерьем у Славы Зайцева, там он научился замечательно шить. И когда в России было невозможно достать джинсы, Гриша обшивал всю Красную Пресню. Он прекрасно рисует, отлично шьет, но в последнее время решил, что шитье – не мужское занятие. Да, еще у него появилась аллергия на суконную пыль. И шьет только друзьям. Ну, и если я прошу, помогает мне. Я с ним часто советуюсь по поводу сценических костюмов.

Мне же нужно, чтобы они были не только красивыми и яркими, но и удобными.

У меня так много костюмов, что я решила ими поделиться. Отдам дому культуры в Вологде. У них-то там платьица да юбки дешевенькие, пусть порадуются. В нашей юности мы мечтали о красивых сценических нарядах. Таких, как у Зыкиной, например.

Кстати, именно Людмила Георгиевна меня надоумила идти учиться. Она мне говорила: «Катюха, иди учиться, хоть заочно. Едешь в машине на гастроли – зубри, есть время в гостинице – зубри!» Я знаю музыкальную грамоту, могу разложить песню на голоса. До этого я просто пела, голос у меня от природы. Очень обидно сейчас узнать, что ее желание открыть в квартире музей ее родственники не выполнили.

– Вы очень много работаете, когда же успеваете отдыхать? Ведь после выступлений нужно восстанавливаться.

– Конечно, нужно. Артисту необходимо выглядеть хорошо, чтобы и кожа, и рожа в порядке были. Если выдается несколько дней отдыха, я уезжаю на Кипр, у меня там квартира. Приеду, чемодан бросила – и к морю. Купаться, дышать свежим воздухом, гулять. Там и есть не готовлю, там целая улочка ресторанчиков. Вот это отдых.

– А родственникам до сих пор помогаете?

– Мои сестры живут сейчас лучше меня. У меня просто характер такой, который меня бесит. Я не могу сидеть сложа руки, бегаю, все время чем-то занимаюсь. Нужно отдыхать, а я не могу. За здоровьем тоже не слежу, почувствую себя нехорошо, лягу полежу, врача не вызываю, само пройдет.

– И конечно, среди поклонников немало мужчин.

– Мой муж, музыкант Гриша Лаздин, уже давно умер. И мне мужчины не нужны, я их как огня боюсь. Они мне надоедают. И если их фраза начинается со слов: «Я вас так...», я сразу пресекаю разговор, я человек творческий, мне этого не надо.

Лия Разанова

Читайте также:

Екатерина Шаврина забыла надеть трусы

Екатерину Шаврину измучила диета

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания