Новости дня

11 декабря, понедельник










































10 декабря, воскресенье



«Бони М»: проникновение за железный занавес

0

Распутин, гонорар, фарцовка

В СССР песни группы «Бони М» разрешали, но не все. Цензуру не прошла, например, песня Rasputin. Хит про «настоящего самца и любовника русской царицы» за аморалку не включили и в первую в истории СССР пластинку группы, которая вышла в августе 1978 года.
– Песнями группы «Бони М», которыми так насыщенна история СССР, владела немецкая фирма Ariola-Eurodisc, – рассказывает Феликс Перепелов, работавший в те годы заместителем директора Всесоюзной фирмы грампластинок «Мелодия». – С ней и был заключен контракт на 2 года – в течение этого срока «Мелодия» могла выпускать пластинку заранее оговоренным тиражом. Пластинку «Бони М» печатали на заводах «Мелодии» в Ташкенте, Риге, Тбилиси и подмосковной Апрелевке. Но вышла она тиражом всего 100.000 экземпляров – ничтожно малым для страны.

За этот винил любой фанат «Бони М» готов был отдать душу. Чтобы избежать побоищ и разгрома в магазинах, администрация вызывала милицию или дружинников, покупателей запускали внутрь небольшими группами. В нагрузку к «Бони М» давали то, что пылилось на полках – пластинки какого-нибудь ВИА вроде «Синей птицы» или «Пламени». Стоимость такого набора увеличивалась на 2 рубля, но фанат безропотно брал эту «нагрузку».

В магазинах пластинка «Бони М» стоила 2 рубля 15 копеек. Фарцовщики толкали ее за 20–30 рублей, местами просили и все 90 (это при средней зарплате в 130–150 рублей!). Спекуляция в СССР каралась, поэтому администрация магазина следила еще и за тем, чтобы продавцы не отпускали по несколько пластинок в одни руки.

– Мы продавали лицензионные пластинки «Бони М», – вспоминает Лариса Грузинова, работавшая в те годы в молдавском доме грампластинок. – Не знаю, каким чудом, но в СССР попал и импорт – пластинка «Бони М», выпущенная на Западе. Она была упакована в красочный целлофанированный пакет, стоила 9 рублей, и на ней был записан «Распутин». Мне дали 40 штук, а в коллективе – 45 человек, и попробуй всем угодить. Кроме того, эту пластинку хотели в горкоме и обкоме, и всех надо было уважить. Часть дисков я отправила «наверх», а среди своих провела лотерею.

Страсти вокруг «Бони М» в СССР кипели нешуточные. Песни Sunny, Daddy Cool, Rivers of Babylon и даже запрещенный Ras­putin, переписанные с пластинок на бобины, крутили на танцах. Осенью 1978 года стало известно, что «Бони М» приедет в СССР с концертами.

«Чайка», люкс и апельсины

Считается, что именно «Бони М» пробили дыру в железном занавесе. Конечно, и до них в СССР бывали западные артисты: в 1976 году, например, в Москве выступал британец Клифф Ричард, в рамках культурного обмена приезжали исполнители из Франции, но «Бони М» стали первыми, кому устроили прием на мировом уровне. Именно после них в СССР потянулись и другие исполнители капиталистической ориентации – уже в 1979 году приехал Элтон Джон.

Солисты «Бони М» – Лиз Митчелл, Майзи Уиллиамс, Марсия Барретт, Бобби Фаррелл – и их персонал выгрузились в Шереметьево 7 декабря.

– Исполнители из соцстран привозили с собой полторы тонны оборудования, с «Бони М» прилетело 7 тонн, – вспоминает тур-менеджер Госконцерта Наталья Иванова, которая решала оргвопросы во время пребывания группы в Москве. – К трапу подогнали «Чайку», что тоже было удивительно – обычно обходились «Волгой». Музыканты вы­шли в сказочно красивых белых шубах, которые практически не снимали – в Москве тогда морозы были до минус 20.

«Бони М» поселили в гостинице «Россия», которая сама теперь стала историей. Из окон их роскошных трехкомнатных люксов на 21-м этаже открывался потрясающий вид на Москву. Особых требований, как это принято сейчас среди знаменитостей, группа не выдвигала. Но проблемы возникли там, где их ждали меньше всего.

– Особенно мы намучились с завтраком, – рассказывает Наталья Иванова. – Утром музыканты заказывали в номер апельсиновый сок, который тогда можно было купить только в «Березке» за валюту. С превеликим трудом мы доставали апельсины на плодоовощных базах и давили из них сок. Другой проблемой стал ресторан в гостинице «Россия». Он закрывался в 11 вечера, с кухни все уходили в 10 – как раз в то время, когда выступление «Бони М» подходило к концу. Артисты привыкли ужинать после концерта, поэтому мы договаривались с работниками ресторана и платили им внеурочные, чтобы те дожидались артистов.

Мавзолей, номенклатура, пиар

– «Бони М» вышли на сцену в блестящих одеждах и перьях – чудо! – с восхищением вспоминает свой поход в «Россию» музыкальный редактор «Мелодии» Юлия Сапрыкина. – До сих пор мы видели программы с одной рампой и одинокой лампочкой над роялем. А тут – море огней! У меня сложилось ощущение, что первые концерты смотрели важные люди, которые решали, можно ли «Бони М» и дальше выступать перед советскими зрителями – в партере сидели в основном номенклатурные работники. Судя по всему, их все устроило.
По Москве ходили слухи, что «Бони М» приехали в СССР чуть ли не по личному желанию Леонида Брежнева. Это неправда – генсека на шоу не было. Впрочем, это до сих пор не мешает Лиз Митчелл надеяться, что он украдкой наблюдал за ними с балкона. По мнению Ирины Родниной, приезд темнокожих артистов в СССР объясняется тем, что накануне летней Олимпиады в Москве нашему руководству нужно было показать свою лояльность Западу.

Фото солистов в тех самых ослепительных шубах на фоне собора Василия Блаженного обошло все мировые таблоиды. Западный коллектив в стране, наводящей ужас: мощнее пиар сложно было придумать!

– Работали музыканты на износ, за неделю дали 10 выступлений, включая телевизионные съемки, – рассказывает Наталья Иванова. – Уставали жутко. Однажды даже пришлось задержать дневной концерт – я не могла поднять с кровати Бобби Фаррелла. Публика уже в зале, а он еще в кровати!

Журнал «Музыкальная жизнь» так отозвался о гастролях группы: «Красочное, поражающее экзотикой и самобытностью выступление «Бони М» было тепло встречено нашей публикой. Но нельзя не пожалеть о том, что своеобразный элемент эксцентрики, составляющий неотъемлемую черту творческого облика ансамбля, иногда оборачивался откровенным «трюком на публику» (к примеру, solo бас-гитариста, сыгранное… зубами)».

Те московские гастроли стали историческими и для самой группы. Из ее прежнего состава нынче осталась только Лиз Митчелл, и группа давно не пользуется прежней мировой славой, но в России «Бони М» по-прежнему любят, ждут и обеспечивают аншлаги.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания