Новости дня

17 ноября, суббота















16 ноября, пятница






























Виктор Мережко рассказал о своей личной жизни после смерти жены

Только звезды №14 '14

«Вас ожидает гражданка Никанорова», «Одинокая женщина желает познакомиться», «Полеты во сне и наяву»... Почему российский сценарист, актер и режиссер Виктор Иванович Мережко, в копилке которого более 60 картин, не имеет никаких кинонаград? По какой причине прекрасный семьянин, вырастивший двух детей, так и не женился после смерти супруги? Отчего любимец женщин уже 17 лет предпочитает быть одиноким? Как при его открытости Виктору Ивановичу удалось остаться неразгаданным? Мы напросились к Мережко в гости, чтобы получить ответы на эти вопросы.

Он встретил меня у лифта, высокий, подтянутый, улыбчивый. В студии на 17-м этаже уютно и чисто, у каждой вещи есть свое место. «Наверное, в роду были немцы», – шутит над своей аккуратностью знаменитый режиссер. Привычно заваривает чай, угощает меня сладостями. Открытый взгляд, доверительный голос, в него просто нельзя не влюбиться.

– Виктор Иванович, многие женщины были бы рады быть рядом с вами. Почему же вы один?

– Потому что у меня есть двое детей. Это во-первых, во-вторых, в-пятых и в-десятых. Я стал вдовцом 17 лет назад и тогда пообещал Маше и Ване, что у них не будет мачехи. Я не говорю, что всю жизнь посвятил детям, это такая абсолютная животная потребность. Откуда она у меня, в кого я? Вроде мой дед Гончаров Ефим Петрович, кузнец по призванию, очень любил своих детей. Наверное, так же, как я. Не женился, потому что понимал: меня отнимут от детей, ведь вместо того, чтобы уделять внимание сыну и дочери, я буду уделять время своей женщине. Потому что любые серьезные отношения предполагают трату времени. А у меня его не так много. Я понимаю, это, наверное, жуткий прагматизм, который я сделал своим образом жизни.

Виктор Мережко с дочерью Машей /

– Но все же после смерти жены у вас были серьезные отношения.

– Да, у меня был один роман, который длился три года. Мы познакомились случайно, ночью, я с приятелем шел из ресторана Дома кино и в районе Маяковки заметил красивую девушку. Она сломала каблук и шла, хромая. Это было, по-моему, с 8 на 9 мая, видите, даже помню, потому что назавтра был День Победы. И я ее, как говорится, склеил, подцепил. Ей было 25 лет. Молодая, конечно, и тоже один из недостатков. Я не боюсь возраста и даже не знаю, сколько мне лет. Не комплексую. Ведь мужчине столько лет, на сколько он выглядит, а женщине – насколько она умеет чувствовать. Ну, вот мы и познакомились. Она была очень сильная девчонка, волевая, жесткая, подчас жестокая, невероятно ревнивая и абсолютная собственница, впрочем, как все представительницы прекрасной половины. Ведь если женщина взяла игрушку, а мужчина, может, самая главная ее игрушка, то она его не отпустит. Даже если она умная. Она берет: «Мое!» И всё! Сиди и не высовывайся. И три года я сидел, однако все равно были скандалы, меня изматывала ее бесконечная ревность, это стало невыносимо утомительно, это стало мешать жить. Ее неровное отношение к моим детям тоже было против нее, девушка не понимала, да и не хотела понимать, что у вдовца дети и так полусироты, потерявшие мать. И лишать их отца нельзя. Тем более Ваня и Маша встретили ее хорошо, Машенька из уважения ко мне хотела с ней подружиться, чтобы она видела мое отношение к ней. Но ничего не вышло. Мы не жили вместе. Она приходила, ночевала в квартире, потом уходила. Я всегда знал, что если женщине позволить повесить в свой шкаф хоть одну блузочку, то через неделю ни одной твоей шмотки там не останется. Поэтому я понимал, что если она станет тут жить, то мне придется уйти. Она хотела ребенка, у меня же были колебания на этот счет. Можно было бы. Но она слишком агрессивно об этом заявляла, отвергая моих детей. А для меня это неприемлемо. Потом Маша и Ваня пришли ко мне вдвоем и напомнили, что я обещал им после похорон Тамары, и попросили: «Отец, пожалуйста». Мы с девушкой расстались и больше не общались. У меня характер такой, я крайне редко возвращаюсь в прошлые места. У режиссера Геннадия Шпаликова есть верные строки:

«По несчастью или к счастью,

Истина проста:

Никогда не возвращайся

В прежние места».

И я предпочитаю так, закончил – и всё. Было мучительно тяжело, месяца три, наверное. Очень тяжело, часто хотелось позвонить. Меня удерживало лишь то, что она могла дрогнуть. Она сильнее меня, и, если я позвоню, я себя возненавижу. Я окажусь слабым и ничтожным, и тогда со мной в ее представлении можно делать все, топтать ногами... Этого я позволить не мог.

Виктор Мережко с женой и мамой /

Маша и Ваня выросли. Какие у вас отношения с детьми?

– Сейчас у нас удивительная семья. По дружбе, по душевности, проникновению и помощи друг другу дай Бог такие отношения каждой семье. Иногда мне снится жена Тамара, удивительно, но она всегда чем-то недовольна, почему-то все время ругает меня. Я уже не помню, за что, но претензии были: «Что ты так стоишь? Почему так оделся?» Но это во сне, а в жизни за мной следит дочка, иногда она ругает меня, что не то надел, не так иду, сутулюсь. Машенька знает мой вкус и кое-что мне покупает. Знаете, с тех пор как я остался один, как мужчина, я понял, простите, это будет цинично, но в этом есть одно преимущество. Детям я ни в чем не отказываю, ни Ване, ни Маше, я зарабатываю деньги, и у нас нет понятия, чьи деньги. Ваня и Маша могут подойти и взять нужную сумму. Сколько есть денег, то это наши. Я понял одно преимущество, что, если ты один, ты можешь купить себе любую вещь, не жадничать. Покупаешь себе или детям. Ты не думаешь о том, что у твоей девушки, женщины шуба третий год и она хочет ее поменять. Или сапоги, или туфли.

У нее только пять пар туфель, а хочется еще пять. Это меня уже не волнует, понимаете? Это не от жадности, а потому, что эту заботу и деньги не нужно делить с кем-то другим. Ты распоряжаешься своим временем. Мне дети дают такую возможность. В этом смысле я даже стал эгоистом, исключая детей и работу. Если мне не хочется идти куда-то, я найду тысячу причин, чтобы не идти. Мне недавно одна достаточно молодая девушка прислала СМС: «Такая дивная погода, может, мы встретимся и погуляем возле Новодевичьего монастыря?» Было семь часов вечера, я как представил, что я выползаю из студии, сажусь в машину, еду и мы гуляем возле монастыря. Меня такая тоска взяла. Ну что я буду там гулять? Мне же не хочется! Я написал, что уже поздно и я уезжаю в Петербург. У меня есть прекрасная отмазка, если я не хочу с кем-то встречаться или куда-то идти, то говорю, что уезжаю в Питер, а в Питере, что уезжаю в Москву. Когда не хочу идти на телевизионную программу, вру, я вообще часто вру.

Сын Виктора Мережко /

– Виктор Иванович, расскажите о Маше и Ване.

– Маша сейчас занимается интернет-проектом, который связан со сферой кино, театра, шоубизнеса. Она же окончила ВГИК, работала на телевидении, снималась в кинофильмах «Прости», «Ночные забавы», и еще у нее была главная роль в первом российском 160-серийном фильме «Кафе «Клубничка». Потом она вела несколько месяцев на «России» музыкальную программу, но у нее как-то не сложилось. Она считает, что не настолько талантлива. Поймите, быть дочкой Мережко – это непросто. Есть много, к сожалению, таких актрис, за которых просят: «Ну возьми мою дочку, сними ее, пожалуйста, дай ей роль». Машенька против таких историй, она говорит: «Папа, я считаю, что не настолько талантливая и яркая, как актриса, чтобы пользоваться твоей фамилией. Я бы взяла фамилию бабушки, твоей мамы –Гончарова».

Ваня два года учился на актерском, но у него был слабый мастер, а ведь много зависит от мастера. Именно он должен влюбить студентов в профессию. Сын поучился и сказал: «Это не мое! С этим мастером я не хочу!» И ушел из ГИТИСа. В кино я его буквально затащил, когда запустился с первой своей режиссерской картиной «Новогодние мужчины»: «Ты будешь помощником режиссера». А помощник режиссера – это хлопушка: кадр такой, дубль такой-то. Чаще эту должность занимают девочки, которые ничего еще не знают, а он красивый, здоровый парень, 190 см роста. Поймите, я не мог доверить что-то серьезное, профессию нужно осваивать с азов. Сначала Ваня очень комплексовал, но меня подводить не стал – работал. Потом он решил стать художником-декоратором и поступил в институт. Сын был художником-постановщиком пяти фильмов, а потом запустил свою картину как режиссер на мой сценарий. Ведь начинающему режиссеру лучше дебютировать с хорошим материалом. Сейчас Ваня живет в Питере, он полюбил этот город с первого взгляда, когда мы снимали там «Соньку». Сын мне сказал: «Папа, мне так нравится этот город, я хочу здесь жить». Я пытался его отговорить, но он стоял на своем. Что тут делать, хоть тресни! Вот мы с ним лет шесть назад и купили ему квартиру на Васильевском острове.

– Ну, сейчас Ивану 32 года. Он уже взрослый мужчина, жениться не собирается?

– Я не скажу, что он взрослый, он достаточно взрослый. Знаете, мужики – дети до 30 лет. Это я по себе знаю. Я был таким придурком до 30 лет, я и на руках, и на ногах, и прыгал, и орал. Ну идиот был. Но моя Тамара сказала: «Мне за тебя стыдно!» И она меня воспитала. Вот и Ваня: в 28 лет был один человек, а в 29 лет стал совершенно другим человеком. Произошел непостижимый перелом. А жениться он пока не собирается, у него была полугражданская жена, но, они расстались. Конечно, я хочу, чтобы у меня были внуки. Машенька трижды фактически была замужем – пока не складывается. Но у нас по этому поводу нет печали. Маша даже признавалась, что хочет, чтобы ее муж был похож на меня. Ваня, видимо, подсознательно тоже ищет девушку, похожую на Тамару. Моя жена была очень красивой, я в юности за ней не один год ухаживал. А женившись, никогда не слышал от нее и слова упрека. Только: «Витенька, Витенька». Может быть, она и что-то чувствовала, но никогда не показывала ревности. У меня не было романов, иногда были несерьезные увлечения. Ведь карамельный период – это полгода после свадьбы. А потом... Ну как устоишь, ноги идут красивые, плечи, спинка... Таких женщин, как Тамара, трудно найти. Вот сын пока такую не встретил. Я уже говорил Ване, что нужно подумать о детях, он ответил: «Пап, не могу же я первую встречную взять и потащить в квартиру заводить с ней детей!»

– Виктор Иванович, вас не обижает, что у вас нет кинонаград? Ведь вы сделали для кино немало, и зрители вас любят.

– Нет, не обидно. Если бы вы не спросили, я бы и не подумал об этом. Ну, нет и нет. Я больше думаю о новых картинах, мне интересно, писать, сниматься и снимать, а номинируют ли меня, дадут ли мне за это премию, я не думаю. У меня на это просто нет времени.

поделиться:


Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания