Новости дня

18 июня, понедельник




17 июня, воскресенье












16 июня, суббота













15 июня, пятница
















История любви: Превратности жизни

0

– Я сегодня всю ночь не спала, представляла то, как это будет, – жарко шептала Лиза в трубку Владимиру. Чтобы ее откровений не услышали коллеги, она вышла на балкон, все-таки была замужем. Мало ли что!

Роман закрутился стремительно, как цунами, и развивался мощно, как двигатель «Мерседеса». Лиза ехала или скорее еле передвигалась по крайне загруженному шоссе, когда водитель синего Chevrolet – приятный мужчина лет тридцати – стал проявлять крайнюю степень заинтересованности. Сначала он адресовал приятные комплименты Лизе через окно автомобиля. Лиза делала вид, что не слышит комплиментов, но ее выдавало розовеющее лицо. Владимир стал просить телефон. Лиза усмехалась, отвечала, что она замужем, и нервничала. Синий Chevrolet стал мешать, он держал чересчур тесную дистанцию, и когда водитель сказал, что готов на что угодно: попасть в ДТП, платить штраф, но не готов остаться без Лизиного телефона, Лиза сдалась. Она продиктовала свой настоящий номер. Как-то так вышло.

Хотя Лиза не хотела флиртовать, но когда незнакомец в течение последующих трех дней так и не позвонил, она подосадовала. На четвертый день она почти забыла эту историю, на пятый он прислал смс: «Ты нежная роза, но, увы, не моя!»

А потом было кафе. Владимир привел Лизу в очень интересное заведение.  «Ничего себе!» – сказала Лиза, переступая порог заведения под названием «Нимфа». Зал был украшен живописными белоснежными статуями и картинами с длиннокудрыми женщинами разной степени обнаженности, расположившимися во фривольных позах. То ли из-за вина, то ли из-за бесстыжих статуй, но между бокалами вина и чайничком с земляничным чаем между ними вспыхнула даже не искра, взметнулось пламя. Они сидели очень близко на тесном шелковом диванчике. Они смотрели друг на друга и говорили о какой-то ерунде, но казалось, что воздух электризуется между ними и нескромные чувства жарко вскипают, как кипяток для чая. Каждое слово было наполнено игривой недосказанностью и намеками.

Владимир так нежно дотрагивался до ее руки, так многообещающе взглядывал, что Лиза всеми клеточками своей утонченной души и тела чувствовала, что он от нее без ума.

Когда волнение между ними достигло той степени горячности, что могло бы воспламенить сырые липовые дрова, Владимир сослался на неотложные дела, извинился, что не сможет ее проводить, и нежно поцеловал на прощание. Это не была уловка, ему действительно нужно было идти. Лиза разочарованно вздохнула и кокетливо доела ложечкой заварное пирожное. Они расстались на волне зарождающегося чувства интимности. Встреча всколыхнула нечто большее, чем она хотела бы себе признаться, подняла с глубин скрытый запас нерастраченных чувств и пылкого вожделения. Затронула тайник чувств, в который даже сама Лиза наведывалась нечасто.

Вечером Лиза не могла уснуть и без конца ворочалась. Владимир позвонил на следующий день и получил горячий отклик.

– Я приеду встречу тебя после работы, – сказал он, попутно соображая, куда бы ее пригласить. Дома – мама, в гостиницу – не то, в дорогую – накладно, в дешевую – пошло. Пришлось уговаривать приятеля Костика разрешить воспользоваться его квартирой. Костик проникся ситуацией.

– Свинарник только не оставляй, – благородно согласился он. – И у меня воду горячую отключили.

Отсутствие воды стало неприятной новостью. Владимир чертыхнулся, он не любил эти прозаические мелочи – куда пригласить, как встретить. Они портили всю прелесть и спонтанность момента. Увы, реальная жизнь часто вносит жесткие коррективы в намерения, порожденные порывами чувств. После звонка Лиза весь рабочий день ходила с глупой приклеенной улыбкой. Выпросила у коллеги лак и, запершись в туалете, красила ногти в сливовый цвет. Придирчиво рассмотрев свою прическу, сбежала в обеденный перерыв в парикмахерскую. Ее охватило лихорадочное предвкушение чего-то невыразимо приятного.

В шесть вечера она галопом сбежала вниз по лестнице и неспешно вышла из здания. Медленно подошла к знакомому синему Chevrolet и грациозно села в машину. В современной жизни события и чувства развиваются стремглав. Жизнь из реки с умеренным течением превратилась в бурный ручей. Мгновенно перекраиваются планы, принимаются решения, зарождаются и отмирают чувства. Они были знакомы не больше семи дней и виделись всего два раза, но почему-то ощущалась та близость, которая могла быть между давними любовниками. Не было ни неловкости, ни стеснения.

– Как ты?

Лиза отвела взгляд.

– Иди ко мне. – Владимир привлек ее к себе. Поцеловал в волосы, помедлил, прежде чем дотронуться до губ. – Красавица моя нежная, – шептал он. Смешались вздохи. Зарождающееся влечение мгновенно переродилось в ненасытное вожделение.

Лиза, падая куда-то, теряя ощущение времени и пространства с восторгом подумала, что эти ощущения даже лучше, чем она себе представляла. И тут по нервам ударил звонок мобильного. Владимир скосил глаза и увидел, что это Костик.

«Черт, я так и знал! – обреченно подумал он. – Не брать трубку?»

Но что делать? Взял:

– Алло.

– Сестра с ребенком приезжает, ты извини, но встреча отменяется. Раньше не мог сказать. У них там по срокам что-то сместилось, я думал, что позже приедет.

Владимир недоуменно глядел на руль, все планы летели к черту. А он этого не любил.

– Что случилось? – спросила Лиза, глядя на его изменившееся лицо.

– Ничего.

«Ну и куда ее сейчас везти?» Он спросил небрежно:

– Поедем к тебе?

И тут же по Лизиному лицу понял, что идея-то – дрянцо.

– Ко мне нельзя, – тихо ответила Лиза.

Возникла неловкость, появилась трещина, исчезли легкость и непринужденность.

– Может, к тебе? – робко спросила Лиза.

– Мама дома, – равнодушно ответил Владимир.  Ему разонравилась затея. Он устал, ему было лень что-то придумывать, возникли сложности, и ситуация стала напрягать. И Лиза, желанная еще минуту назад, стала мешать.

Лиза поправила юбку, она не знала, что сказать, и чувствовала себя в высшей степени глупо. Исчезли флёр телесной сказки и предвкушения. Лиза ждала, что Владимир решит, что делать дальше, что-то скажет, предпримет. Ждала каких-то действий, реакции. Владимир решил, что будет лучше, если ситуация будет развиваться сама собой, и думал, что вот хорошо бы навернуть сейчас борща да пораньше завалиться спать. Звенело гнетущее молчание. Лиза гневно взглянула на Владимира и с неприязнью вызывающе спросила:

– Я пойду?

Она ожидала, что Владимир остановит ее, обнимет, но ответ ее огорошил.

– Если хочешь, иди. – Владимир пожал плечами. Довольный тем, что все так просто и быстро разрешилось, он поцеловал удивленно застывшую Лизу куда-то в висок и сказал: – Созвонимся. Может, тебя подбросить?

Лиза пошла пятнами.

– Спасибо, не надо, – ответила она, стремительно вылезая из машины. Она едва сдерживалась, ей хотелось разораться и послать этого придурка куда подальше, сказать ему… но… Он же ничего дурного не сделал? Пытаясь сохранить остатки самообладания, Лиза быстро пошла к автобусной остановке. Она чувствовала себя обманутой, и самое противное было то, что она не могла ему ничего сказать, формально Владимир ее не обманывал, не делал ничего такого. Так почему она чувствует себя последней дурой?! Чем больше она вспоминала себя, свое ожидание, предвкушение, тем более глупо себя чувствовала. Как ребенок, обнаруживший в ярком фантике неаппетитную прокисшую сладость.

Жаль было, что так прозаично и глупо развеялись фантазии. Неловко было за себя, неуемно замечтавшуюся.
Через две недели Владимир прислал смс: «Встретимся?»

«Этот придурок еще смеет мне писать!» – гневно подумала Лиза. Сначала она хотела написать что-то язвительное, долго придумывала изощренный уничтожающий ответ, но, так и не сумев ничего придумать, решила ничего не отвечать.

Больше они не виделись. Но Лиза навсегда сохранила смс про нежную розу, просто так, чтобы не забыть. Себе на будущее.

Алина Горелик

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания