Новости дня

09 апреля, четверг




























08 апреля, среда
















Мовчан: Все проиграли от выхода из ОПЕК+. На что рассчитывают Путин и Сечин?

15:33, 11 марта 2020

Фото: Global Look Press
Фото: Global Look Press

Падение цен на нефть и обвал рубля вследствие выхода России из ОПЕК+ Sobesednik.ru обсудил с известным экономистом, финансистом, управляющим партнером инвестиционной группы Movchan's Group Андреем Мовчаном.

Эксперты продолжают спорить о последствиях выхода нашей страны из ОПЕК+. Одни уверяют: шаг Москвы был недальновидным и нерациональным. Другие говорят, что сама по себе сделка была невыгодной для России, дав возможность США нарастить добычу нефти и занять на рынке упущенные Россией ниши. Кто же прав?

Вместо 6% выручки потеряем 30%

– Вы разделяете мнение о том, что решение выйти из ОПЕК+ было продиктовано еще декабрьским письмом главы «Роснефти» Игоря Сечина президенту, в котором он обосновывал, почему сделка с ОПЕК мешает развиваться российским нефтяникам?

– Какова роль Сечина, понятия не имею.

А с точки зрения расклада получается вот что. От сокращения добычи мы бы потеряли порядка 6% выручки. Сейчас, если цена на нефть зафиксируется на уровне 37-38$ за баррель, мы потеряем 30%. То есть мы не выигрываем, а наоборот, жертвуем.

– И ради чего мы жертвуем 30% выручки?

– Если верить идее, что мы это делаем для того, чтобы США перестали поставлять нефть на рынок, то это странная идея. Потому что нефть уже уходила на 27$ за баррель в 2014-м, но что-то американцы не переставали ее поставлять на рынок.

Дело в том, что у них большая часть поставок захеджирована (застрахована), и они могут пережить достаточно долгое падение. Не стоит так же забывать, что у сланцевых производителей очень разная себестоимость, и есть многие, у которых она достаточно низкая (в районе 40$ за баррель). Кроме того, они очень легко выходят из рынка и очень легко туда возвращаются. Просто прекращается бурение, а потом, если цена на нефть начинает расти, очень быстро начинается вновь. Поэтому американская сланцевая история почти неуязвима.

– То есть они никаких потерь от этого не понесут?

– Вполне возможно, что какие-то компании и обанкротятся. Например, если они перекредитовались в надежде на дорогую нефть.

Но сама-то нефть никуда не денется. На место банкротов придут новые компании.

На что рассчитывают Путин и Сечин? На то, что США сейчас перестанут производить сланцевую нефть, и цена вернется? Ну так вернется, и что? Америка опять начнет производить. В этом-то и прелесть сланцевой нефти.

«Выбить с рынка американцев мы не сможем»

– А что скажете по поводу другого аргумента – пока мы сокращаем добычу, США завоевывают новые рынки сбыта энергоносителей?

– США завоевывают все больше рынков, потому что американская нефть удобнее, ее проще добывать. У них гибче индустрия: она диверсифицирована между несколькими тысячами производителей. И эффективность у них растет очень быстро, так как это частные предприниматели, которые стараются заработать как можно больше. И не за счет населения, заметьте, а за счет конкуренции. А у нас эффективность падает, так как мы все знаем, кто у нас управляет этой индустрией.

В общем, попытаться обыграть американцев на поле, где они сильнее… Ну вот мы сейчас отрезали себе 30% выручки, можем пожить в этом состоянии… Но даже если за это время американская индустрия сократится, мы-то все равно не сможем получить эти объемы.

– Почему?

– Потому что мы не сможем увеличить нашу добычу больше, чем на 5%. И потому что даже если цена вырастет после обвала, скажем, процентов на 20, она все равно будет меньше той, что была до сделки с ОПЕК.

А американцы снова вернутся на рынок… Ну да, они меньше заработают. Но ведь и мы тоже. Мы что, сумеем выбить их с рынка и получить большую его долю? Нет.

Это как классическое: пусть у меня глаз выбит, зато у соседа – два… Но сосед умеет отращивать себе глаз, а мы – нет.

«Торговая война» с саудитами

– А чем для России обернется «соревнование» (некоторые называют это торговой войной), которую объявила нам Саудовская Аравия?

– У саудитов на первый взгляд положение хуже, чем у России. Но это только на первый взгляд.

На самом деле Саудовская Аравия уже много лет прекрасно живет с дефицитом бюджета в размере 7-8%. И будет жить дальше, потому что у нее большие резервы и много хороших друзей, которые дают ей деньги.

У них 30 млн человек населения, у нас 146 млн. Согласитесь, что 30 миллионов прокормить легче, чем 146 млн.

У них 7-процентный дефицит сходится при цене на нефть примерно в 50% за баррель. И цена 38$ за баррель для них, конечно, нагрузка серьезная, но… Во-первых, они могут увеличить добычу на 15-20%. А, во-вторых, они могут сильно сократить свой бюджет – у них есть огромное пространство для этого, 10-15% они точно могут сократить.

Кроме того, в Саудовской Аравии очень много завязано на энергетических субсидиях, которые идут из бюджета. У них очень неэффективная собственная энергетика, они, грубо говоря, используют сырую нефть. Но сейчас-то она резко упала в цене, поэтому энергетические субсидии будут не так важны. На этом тоже можно сэкономить.

– То есть при сложившихся обстоятельствах саудиты от падения цены на нефть пострадают гораздо меньше?

– В этом смысле Саудовская Аравия, думаю, чувствует себя спокойнее, чем Россия. Для нас падение выручки будет очень чувствительным.

Ведь и рубль упал. А это – сразу рост цен на импорт. Скачок цен на все товары (думаю, процентов на 10%) – так как даже в российских изделиях заложен серьезный импортный импульс.

Возможно, я очень осторожный человек, но я бы не подвергал таким испытаниям страну. Особенно учитывая, что это попросту не нужно. Мы же все равно продаем столько нефти, сколько производим. И мы не можем производить ее намного больше.

Наша арктическая нефть все равно будет невыгодной – по какой цене ее ни продавай. Поэтому мне непонятно, какой смысл было обрушивать свою выручку.

Кто выиграл?

– А кто в России выиграл от этого обвала? «Роснефть»?

– Думаю, что никто.

Ну, разве производители программных продуктов, у которых айтишники работают за рубли: у них-то зарплата с падением рубля упала, а стоимость программных продуктов, которые они поставляют за рубеж, осталась прежней. Да и вообще выиграют те, у кого себестоимость рублевая, но при этом они производят  экспортный товар (если это не нефть). Но таких у нас очень мало.

Но нефть-то (тоже экспортный товар) в цене упала, так что вряд ли «Роснефть» можно назвать выигравшей от этого шага.

– Вы так говорите о подорожании всего, словно рубль надолго упал. Считаете, что уже не поднимется?

– Он же от нефти зависит.

– Но ЦБ уже начал продавать валюту. Думаете, не отыграют?

– Ну, насколько-то рубль финансовые власти скорректируют.

Но вспомните 2014-й. Сколько резервов вбрасывали… А так ли уж сильно скорректировали курс? Здесь все зависит от нефти. Выйдет она обратно на 45-47$ за баррель, тогда и курс потянется обратно. А если нефть неожиданным чудесным образом выйдет на 55-60$, то и курс вернется к 60 руб. за 1 доллар, как ему и положено.

Посмотрим. Пока я вижу, что некий баланс на рынках все же происходит: нефть ищет свой диапазон.

Теги: #Тарифы и цены #Нефть #"Роснефть"

Рубрика: Деньги

Поделитесь статьей:
Колумнисты

^