Новости дня

16 октября, вторник




























15 октября, понедельник

















Космонавт №13 и его Муза

0

Отправилась я по очень простому адресу: Звездный городок, первая башня.

«Башней» местные называют знаменитый дом №2. Здесь когда-то жил со своей семьей Юрий Гагарин, а сейчас обитает его супруга Валентина Ивановна. В соседях у нее сплошь известные космонавты – Валентина Терешкова, Владимир Титов, Александр Волков, Олег Котов и другие.

Дверь открылась с диким скрежетом и встала – ни туда ни сюда. Видать, от времени ее перекосило. Дому-то больше сорока лет.

«Поднял, думаю: сгодится»

В квартире летчика-космонавта, дважды Героя Советского Союза Владимира Шаталова я оттаяла в прямом и переносном смысле. Владимир Александрович галантно помог мне снять пальто, а его жена Муза Андреевна с улыбкой подала мягкие тапочки.

– Светочка, может, пообедаете? – предложила. – Я борщ приготовила.

Я отказалась. Честно говоря, оробела. Настоящего космонавта видела-то в первый раз, потому скорее хотелось его о многом расспросить. И первым делом, как и где супруги познакомились.

– В Мичуринске на катке. Она такая маленькая была, а сама на больших беговых коньках. Ни Муза, ни я как следует не умели кататься. Столкнулись посередине. Поднял ее, думаю: сгодится.

– Ну ты даешь, бессовестный! – несильно возмущается Муза Андреевна. – Мы с подругой пришли тогда на каток. Я любила спортом заниматься. Хотя по профессии я агроном-плодовод, в институте садоводства аспирантуру проходила в Мичуринске. А Володя окончил Качинское летное училище. С того катка на почве шуток у нас всё и пошло.

В 51-м году Владимир с Музой поженились. С этого момента у Шаталовых и началась совместно-раздельная жизнь. Жена поступила в Институт растениеводства в Ленинграде, муж – в Монинскую военно-воздушную академию. Между разъездами родился сын. Вместе с малышом жена укатила в Крым работать над кандидатской диссертацией – разводила виноград, персики и абрикосы под Бахчисараем.

– Володе я посылала самые лучшие фрукты, – вспоминает Муза Андреевна о том вкусном времени. – Однажды во время отпуска ему пришлось поработать дегустатором. У меня было около 450 сортов персиков и 370 сортов абрикосов, и их все надо было попробовать и оценить на вкус. Вначале он ставил пятерки, а к концу, когда дело дошло до самых лучших сортов, начал ставить тройки – наелся. Пришлось его из числадегустаторов вычеркнуть.

В 63-м году у Музы Андреевны скончался отец. Она сильно переживала и всерьез задумалась: до каких пор они с мужем будут жить по отдельности?! В Москву Шаталовы приехали вместе, решив больше не разлучаться.
Стрельба у Кремля

Я, как человек, боящийся высоты, не могла не задать вопрос Владимиру Александровичу:

– А страшно было в космос выходить?

– Нет. – В его голосе слышится стальная уверенность. – Это же профессия. Страх был один – что не полетишь.

Шесть лет Шаталов готовился к полету в космос. Он оказался 13-м по счету советским космонавтом. Коллеги шутили: мало того что сам 13-й, так еще и старт корабля был запланирован на понедельник 13 января 1969 года в 13 часов.

– Признаюсь, про себя думал: не дай бог, что-нибудь случится и не полечу. Так оно и было. За несколько минут до старта, когда ракета уже дрожала, мне вдруг сказали: «Привяжитесь покрепче, сейчас будем вынимать из корабля». Оказалось, что в 36-градусный мороз какой-то прибор примерз. Выхожу я на землю и вижу:  стоят генеральный конструктор Мишин и председатель госкомиссии Керимов, оба расстроенные. Назавтра другой корабль должен лететь, а тут вдруг отказ. Мне стало их жаль, и я бодро отрапортовал: «Полковник Шаталов покрыл все мировые рекорды: откуда взлетел, туда и приземлился». Они загоготали, и напряжение как рукой сняло.

Замерзший прибор заменили, и 14 января Шаталов полетел в космос. А вот на второй раз вышло лететь 13 ок­тября.

– Мы готовились на старт, а кабель-мачта не отошла. И опять нас достают из корабля, мои друзья шутят: «С тобой вечно свяжешься – никуда не полетишь». Вот так пять раз я пытался стартовать, а взлететь удалось только три раза.

Интересуюсь у Музы Андреевны, как она встречала мужа после первого полета.

– Очень волновалась. Это была первая стыковка в космосе двух кораблей. Мы были напуганы до этого гибелью Володи Комарова. Но настроили себя по-боевому. Собрались вместе с женами других космонавтов и ждали, поддерживая друг друга. Мужей наших все правительство встречало во Внуково, в аэропорту. Потом их эскорт направился в Кремлевский дворец съездов. Три машины ехали. В первой –  Володя со своими товарищами. Во второй – космонавты Николаев, Леонов, Терешкова, Береговой. В третьей машине ехали я с детьми, папа и мама Володи. Когда мы проезжали через Боровицкие ворота, вдруг услышали какие-то хлопки. Вижу: мужчина в милицейской форме на коленях стоит, несколько человек его держат. Оказывается, он стрелял из двух пистолетов во вторую машину. Там водитель погиб и ранило офицера охраны. Потом мы еще дома своих мужей не могли дождаться до двух ночи. Я, Света Хрунова и Тамара Волынова приготовили какой-то сценарий, но так устали, что пышной встречи не получилось.

«Во всех катастрофах вину валят на летчика»

Для жены Шаталова самым волнительным оказался его третий полет. Это была первая стыковка корабля со станцией.

– Они взлетели, состыковались с «Салютом», но полного соединения не получилось. И космонавты не могли ни на станцию перейти, ни расстыковаться. А ресурс у корабля был лишь на сутки. И как только мужу и его товарищам Алексею Елисееву и Коле Рукавишникову удалось справиться с этой проблемой – одному Богу известно! А вот экипаж, который полетел после них – Добровольский, Волков и Пацаев, – погибли при возвращении на Землю. 

Об этой трагедии и прочем друго€м Владимир Шаталов написал в книге «Космические будни».

– Я ушел в 91-м году на пенсию и захотел сразу по горячим следам рассказать, с чем столкнулся на посту помощника главкома ВВС (меня им назначили сразу после третьего полета) и начальника Центра подготовки космонавтов. Многие же всё в розовом цвете представляли! Думали, что манна небесная на космонавтов сыплется, что конструкторы для нас отцы родные, а мы, понимаете ли, для них дети. Но не всё так просто. Я часто очень резко спорил с конструкторами. Начиная с гибели Добровольского, Волкова, Пацаева, мне пришлось расследовать разные катастрофы. Инженерия отстаивает свою невиновность в этих вещах, самолетчики говорят: «У нас всё в порядке», связисты – что со связью все хорошо, двигатеристы – что двигатель работал на полных оборотах. А что же тогда случилось? Валят на летчика – не выспался или еще что-то. А летчик ничего не скажет – он погиб.

«Гагарин для нас Юра»

 До сих пор бережно хранят Шаталовы дружбу с семьей Гагарина – с его женой и дочерьми. В 63-м году Шаталовы познакомились с Юрием Алексеевичем, когда поселились в одном доме в Звездном.

– Это был прекрасный человек, светлый, умница. – У Музы Андреевны в глазах сверкнула слезинка. – Когда его потеряли, мы все были в шоке.

Владимир Александрович говорит:

– Жизнь показала, что место Гагарина никто не смог занять. Он был очень приветливым. У него был особый дар общаться с людьми. В этом году мы в марте ездили в Киржач – 27-го там отмечают день памяти Гагарина. Когда-то в этих местах мы вместе с Юрой грибы собирали. Неподалеку от полуразрушенной церкви наткнулись на целую поросль белых грибов. И только в кошмарном сне можно было представить, что через полгода неподалеку от этой церквушки Юра погибнет. В роковой день 27 марта мы собрались ехать на аэродром всей группой. Перед отправкой кто-то спросил: «Все ли взяли пропуска на аэродром?» Гагарин спохватился, что пропуск забыл. Мы стали его уговаривать домой не возвращаться: мол, примета плохая. А он все равно сбегал домой. Я должен был взлететь на МИГ-15 сразу после возвращения Гагарина и Серёгина. Но они не вернулись. Когда вертолетчики обнаружили место их гибели, мы отправились туда и видели всё, что осталось от экипажа, в том числе и документы, которые у ребят были с собой.

На охоту с Фиделем Кастро

Чтобы отвлечь от печальных мыслей, я затеялась фотографировать дружную супружескую чету. Муза Андреевна говорит мужу:

– Давай рядом сядем. Сзади руку положи!

Тот послушно ее команды выполняет и тут же сам шутит:

– Думаете, чего она напряженно на меня смотрит? Волнуется, отдам я ей пенсию или нет, а если отдам – то всю или нет?

Смеемся, а я по ходу обращаю внимание на портрет Владимира Александровича над диваном кисти известного художника Александра Шилова.

– Он студентом был, и я в какой-то степени помог ему обрести известность, – говорит Владимир Александрович. – Первый мой портрет Шилов нарисовал в Калуге.

Вообще в их гостеприимном доме много известных людей перебывало.

– Аля Пахмутова с Колей Добронравовым, Лещенко, Кобзон у нас часто здесь собирались, – говорит Муза Андреевна. – Приезжали и пели под пианино.

Но, пожалуй, самым неожиданным гостем оказался Рауль Кастро, брат Фиделя Кастро. Тот в подарок Шаталову привез огромного крокодила. Вернее, его чучело. Точно такой крокодил в сказке Чуковского солнце проглотил. Я его погладила с опаской – уж больно зубаст!

Сам Фидель Кастро, оказывается, пристрастил Шаталова к подводной охоте. Есть фотография, где наш космонавт вместе с команданте наловили гору лангустов.

– Интересно, а как вы с Фиделем познакомились? – любопытничаю.

– На 100-летие Ленина Общество дружбы пригласило нас вместе с Музой на Кубу, – отвечает Владимир Александрович. – Поездка выпала на ее день рождения, и кубинцы там такой праздник устроили! Целый бассейн роз!

– У Рауля жена интересная – Вильма, партизанка, – присоединяется к разговору Муза Андреевна. – Рауль проходил с ней все подполье. Они вместе у нас были в гостях.

Любовь к подводной охоте Шаталов хранит до сих пор. Это сейчас можно любое снаряжение купить, но первый акваланг ему пришлось сделать самому – из кислородного оборудования со списанного самолета.

– Он испытывал его дома в ванной, – вспоминает со смехом Муза Андреевна. – Налил воды, опустил голову, один зад торчит. А я хожу и думаю: что такое? А муж там, оказывается, пузыри пускает.
Сейчас Шаталовы оба на пенсии, но ничуть не скучают – семья-то у них большая. Сын, дочь, трое внуков, двое правнуков.

– А кто-то из вашей семьи хотел пойти в летчики?

– Хотел сын, – вздыхает Владимир Александрович, – но у него зрение село в 8-м классе. Все равно окончил авиационный институт. В Санкт-Петербурге с женой работают. Два крупных специалиста: он – по космическим кораблям, она – по ракетам.

Внуки любят гостить у деда с бабой на даче, которая от Звездного совсем недалеко.

– Если бы меня спросили, как бы я хотела прожить свою жизнь, я бы ответила: только так, как есть. Разве могла я, девочка из Сибири, подумать, что у меня будет такая насыщенная жизнь?! Об этом можно только мечтать.

Напоследок я решила задать Шаталову деликатный вопрос:

– У космонавтов, как у людей, побывавших там, высоко, часто спрашивают, верят ли они в Бога.

– В душе что-то есть. Будучи летчиком, я три раза садился на вынужденную посадку. Все полеты в космос были небезупречны. Один раз на машине только мгновение спасло от смерти. Кто-то беду отводил…
Муза Андреевна, ласково глядя на мужа:

– Сохранил его для меня.

поделиться:






Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания

Внимание! Акция на подписку