Новости дня

24 октября, вторник













23 октября, понедельник































Рамазан Джалалдинов: Хочу спросить у Путина, по какому закону сожгли мой дом


Sobesednik.ru пообщался с Рамазаном Джалалдиновым из села Кенхи, который хочет попасть на «прямую линию» с Путиным.

Рамазан Джалалдинов стал известен в 2016 году, когда записал видеообращение к Владимиру Путину о проблемах родного села Кенхи и поборах чеченских властей. Позже у «правдоруба» подожгли дом, а сам он вынужден был уехать из республики. Правда, уже через некоторое время Джалалдинов записал видеоролик с извинениями перед Рамзаном Кадыровым.

Теперь неугомонный кенхиец хочет снова достучаться до президента.

— Рамазан, как и где вы сейчас живете?

— Живу в Москве, более точно не хочу говорить — у кого и как. Есть, одеваться имею на что, но как можно говорить о нормальной жизни, когда нет документов, когда ограничен доступ в родное село, к семье? После 2 ноября 2016 года я в Чечне вообще не был, а с родными связываюсь только через нескольких знакомых, не напрямую.

— А что с документами?

— У меня их забрали, когда во время всей этой шумихи возили на допрос в полицию. Так с тех пор и не вернули, хотя я обращался не раз.

— В каком состоянии сейчас ваш дом? Его обещали восстановить.

— Из дома уцелели только каркас и крыша, больше ничего. Мне дали компенсацию 1 млн рублей, но этой суммы не хватило. Лично замминистра МВД Чечни Апти Алаутдинов вручил деньги перед всем селом. Сказал, это садака (материальная помощь в исламе. — Ред). Я на эти деньги восстановил, что мог, но дом все равно еще не готов к проживанию.

— В прошлый раз сложилось впечатление, что у вас все вопросы с властями Чечни были улажены и проблем нет. Это не так?

— 30 мая 2016 года, после видеообращения к Путину, я пошел на переговоры с чеченскими властями — ради того, чтобы они не трогали народ. Но они осудили ни в чем неповинного человека, который выступал пред Кадыровым — это Магомед Насибов, ему дали условно три года, сейчас он не имеет права никуда уехать из дома, а он всегда подрабатывал на стройках в Москве, Астрахани, других городах России, сейчас у него нет такой возможности. Мне тоже дали 160 часов работ за клевету, которые я все отработал.

— Вашу семью тогда тоже вызывали на допросы. Что с ними сейчас?

— Семья на родине, в Чечне, жена и дочери живут одни, сыновья даже не знаю точно где, но в России. Сам я даже телефоном не пользуюсь без крайней необходимости, так это может быть опасно для меня.

— А какой вопрос у вас к Путину?

— Мой вопрос: почему, по какому закону был разрушен мой дом, почему я остался бездомным, а мои дети лишились имущества?

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания