Новости дня

11 декабря, понедельник










































10 декабря, воскресенье



Возрождение крепостного права, мечты россиян и двуличие Александра Лукашенко


Global Look Press

Президент Белоруссии Александр Лукашенко заявил о намерении подписать декрет, вводящий в сельском хозяйстве страны «по сути, "крепостное право"». Ранее запрет на увольнение рабочих по своей воле уже был введён в лесоперерабатывающей отрасли страны.

Если и есть на свете политик, которому абсолютно наплевать, что о нём говорят и думают, то это, пожалуй, Александр Лукашенко. Многие простые россияне всегда были неравнодушны к современной Белоруссии. Жёсткость авторитарного режима, по мнению таких фанатов Лукашенко, с лихвой искупали дешевизна жизни (сравнить российские и белорусские зарплаты при этом традиционно забывали) и пресловутый «порядок» на улицах. Чистотой вокзалов и отсутствием инородцев когда-то восхищался даже Максим «Тесак» Марцинкевич — пока не угодил в минское узилище за перестрелку с местными антифашистами.

Между тем с началом Крымского кризиса свой благосклонный взор на Белоруссию обратили и многие россияне из числа убеждённых сторонников демократии и прав человека. По мере того, как внутренняя политика России стремительно приближается к белорусскому идеалу закрытости, некоторым Лукашенко начинает казаться «меньшим злом»: у него по крайней мере не такая агрессивная внешняя политика, как у Владимира Путина. Наконец, в ходе совсем недавнего интервью телеканалу «Дождь» Александр Григорьевич заверил Ксению Собчак, что никогда не посадил бы такого полезного для борьбы с коррупцией оппозиционера, как Алексей Навальный; тут уж, думается, многие растаяли.

Однако Лукашенко за годы самовластия окончательно отвык от необходимости заискивать перед кем бы то ни было. Думается, от столь неординарного способа решить проблемы трудовой миграции даже самые его заядлые сторонники несколько оторопели. Тут уж действительно впору удивиться, что свободный выезд из Белоруссии до сих пор запрещён не всем подряд, а только особо неблагонадёжным с точки зрения государства гражданам; впрочем, для остальных планируется в самое ближайшее время ввести выездную пошлину в размере 100 долларов. (Впрочем, и в России не так давно в свете введения санкций странами Запада начальство уже отсоветовало выезжать за рубеж полицейским, прокурорам, следователям и прочим силовикам, а на днях к этому списку присоединились сотрудники судов.)

С людей, любящих Лукашенко за чистоту на улицах Минска, спрос невелик. Однако многие ведь всерьёз полагали (и полагают, наверное, поныне), что Белоруссия — это такой возрождённый в масштабах одной синеокой республики Советский Союз, цветущий и неуязвимый для проклятых американцев и западников, тлетворное влияние которых «развалило» СССР. В этом свете, что характерно, ничего необычного в инициативе Лукашенко нет. В Советском Союзе колхозники были ровно на том же положении, на котором до 1861 года существовали крепостные крестьяне: им тоже не выдавали паспортов, чтобы они не могли переехать по собственной воле, не будучи схвачены силами правопорядка и водворены на место хозяйственно-трудовой «приписки».

Другое дело, что многие ведь при этом видят в Белоруссии флагман настоящего социализма, партизанский отряд (уж простите за избитую метафору) в войне трудовой справедливости против людоедского капитализма. Впрочем, и здесь удивляться нечему: многие ведь видят в таком же качестве номинально коммунистический Китай — который, кстати, тоже куда как жёстче контролирует потоки трудовой миграции. В каких райских условиях при этом живут и работают большинство китайцев, все вроде бы могут себе представить.

Почему-то как только государство и общество приступают к практической реализации идеи о равенстве всех трудящихся, оказывается, что для достижения этого равенства трудящимся необходимо затянуть пояса — причём на своей шее, в виде поводка. Самые народные государства рабочих и крестьян потом ещё умудряются выгодно продавать труд своих подданных проклятым буржуям из «золотого миллиарда». Капитализм «хоть и эксплуатирует человека, но... позволяет каждому драть глотку на митингах и демонстрациях, выражая свое несогласие и неприязнь к власть имущим. При социализме же — бьют и плакать не дают», — писал израильский писатель Эфраим Севела, он же советский киносценарист Ефим Драбкин, ещё сорок лет назад.

Политика — это как ты живёшь, а не как голосуешь. Эта фраза в последнее время входит в моду; в своей лаконичности она допускает две трактовки. С одной стороны, это просто призыв сравнивать громкие обещания политиков с итогами их работы. С другой — это напоминание о том, что даже сытое рабство не перестаёт быть рабством, а голод даже на воле не перестаёт быть голодом. У поклонников условного СССР обычно не хватает духу признать первое, у сторонников условного «западного» пути — второе, и именно поэтому не перевелись на земле политики, которые используют что правые, что левые идеи (хотя плевали и на те, и на другие) только для одного: чтобы загнать людей в рабство и самим остаться у власти. Трудно сказать, что в этой истории более позорно: то, что братский для россиян народ до сих пор доверяет руководить собой одному из таких персонажей — или то, что немалое число россиян мечтают о ком-нибудь наподобие для нашей страны.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания