Новости дня

24 января, пятница


































23 января, четверг










Скажи-ка, дядя, ведь не даром? Сколько зарабатывают и тратят в мире реконструкторов

01:03, 13 декабря 2019
«Собеседник» №47-2019

Фото: Global Look Press
Фото: Global Look Press

Пока расследуется дело историка и реконструктора Олега Соколова, мы решили узнать подробнее об увлечении людей, которые живут сразу в двух веках.

Бородинское сражение с ОМОНом

Любопытное видео на ютубе: в полутемной палатке, при свечах собрание офицеров в мундирах наполеоновской эпохи. Снаружи – вечер 2007 года, последний перед началом очередной реконструкции Бородинского сражения. Олег Соколов вместе с соратниками решают, как повести себя завтра. Необходимо публично обозначить позицию в конфликте между дружественными им клубами и Музеем-заповедником «Бородинское поле», которому достался контракт на проведение мероприятия.

Обсуждая чисто чиновничьи вопросы из XXI века, люди в мундирах называют друг друга «сержантами», «господами» и «многоуважаемыми», иногда переходя на возвышенную лексику.

– Музей – это стена, которая нас закрывает, за которой нас не видно. Надо пробить брешь в этой стене, взять штурмом ее! – говорит один из «генералов».

Где для господ офицеров заканчивается XIX век и начинается XXI, понять непросто.

Наутро будет еще сложнее. Олег Соколов учинит беспорядок – захватит микрофон и обругает чиновников. А чуть позже отдаст команду своим одноклубникам сорвать эполеты с офицера, которого повысили без его ведома. Все смешается – кони, люди и ряды ОМОНа, вяжущие кавалеристов. После скандала зачинщиков вернут на «День Бородина» лишь в 2012 году. 200-летие сражения станет пиковым для реконструкторов.

Только из федерального бюджета на все праздничные мероприятия было выделено 843 миллиона рублей, а участие в баталии приняли около 3 тысяч человек.

Всё началось в комсомоле

Исторические реконструкции не ограничиваются наполеоновской эпохой. Среди самых популярных тем – Средневековье, время Римской империи, конечно же ВОВ. Особую роль занимают клубы Белого движения – после перестройки в них вступали не только из эстетических, но и из идейных соображений. Оказался там и Игорь Стрелков, позже проявивший себя в Новороссии.

– Все-таки Наполеоника всегда была на привилегированном положении, – рассказывает историк Дмитрий Матлин, знавший Олега Соколова 30 лет. – Это начиналось еще с комсомольских структур. И Соколов тоже был комсомольским работником. Такие клубы, несмотря на то, что там все были русскими, занимались именно Францией, что позволяло в перестроечные времена выезжать за границу. Большинство военных реконструкторов были не самыми обеспеченными людьми, но им оказывалась поддержка как в Москве, так и в Ленинграде. Были большие поездки в Мурмелон, район Шампань, где есть русское кладбище, кто-то приезжал на Ватерлоу. Доходило до анекдотических ситуаций. Когда первые реконструкции проходили на Бородинском поле, там французов оказалось больше, чем русских.

За мундир – от 1200 евро

Война 1812 года действительно смотрится пышнее остальных.

В то время различие между парадной и боевой формой практически отсутствовало. Под пули шли во всем самом лучшем.

– Минимальный комплект обходится участнику в 1200–1500 евро, – рассказал нам член российской секции международного клуба «9-й легкий полк Великой Армии» Всеволод Радченко. – Треть этой суммы – стоимость макета ружья. Если покупать его у английских мастеров, оно будет стоить уже не 500, а 2000. Самые дорогие комплекты у тех, кто реконструирует карабинеров Великой Армии. В фильме «Война и мир» можно заметить этих ребят в белых мундирах и бронзовых кирасах. Качественный комплект обходится людям в 3,5 тысячи, и это не считая вещей, связанных с конской упряжью, и приятных мелочей – кисетов для табака, трубок и так далее.

Женский наряд для бала тоже недешев. По словам Элеоноры Царевой из клуба «Северный вокзал», он может обойтись в 100–200 тысяч рублей. Кроме того, на светских мероприятиях нужно платить за вход – от 2 до 7 тысяч.

Поскольку мероприятия проходят не только в России, по карману бьют и поездки в Европу.

– Все основные фестивали проводятся для публики, поэтому бывает, что организаторы обеспечивают участников проживанием, – рассказывает Всеволод. – Например, на «Аустерлице» выделяются помещения в бывших казармах, на самом поле организуют питание и компенсируют затраты на поездку. Но все равно тратишь больше, чем получаешь. Хорошо заработать можно разве что в историческом кино. За 10 дней съемок в массовке можно окупить свой комплект.

В жизни отрезанные руки страшнее резиновых...

За деньги Батурина вырубили редкий лес

Однако даже самые щедрые компенсации европейцев не сравнятся с тем раздольем, которое было во времена сотрудничества Олега Соколова с бизнесменом Виктором Батуриным – шурином мэра Москвы Юрия Лужкова.

Нам удалось найти статью Соколова в тематической газете «АксельбантЪ», где он подробно вспоминает о тех временах:

«С большим скрипом, но я добился того, чтобы Батурин профинансировал огромное мероприятие летом 2006 г. в Варшаве и Пултуске, посвященное 200-летию одноименного сражения. Я не нашел необходимого нам поля вокруг Пултуского замка, поэтому распорядился вырубить редкий лес и выкорчевать его, чтобы освободить нужную площадку. Так как за все щедро платилось, лес был выкорчеван. Только за коней мы отдали где-то около 100 тысяч евро».

На следующий год, на 200-летие битвы под Фридландом, планы еще масштабнее:

«Деньги он давал щедро! Пришлось гнать за наш счет четыре самолета из Москвы в Калининград – три с людьми и техникой (пушками и пр.), а один с пиротехникой! Да еще оплатил самолет из Парижа, в котором прилетели еще человек сто, а кроме этого, пришлось строить мост через реку Алле, ибо согласно моему сценарию все должно было быть, как в настоящей битве. Кроме того, я настоял на том, чтобы перенесли линию электропередачи, которая мешала художественному восприятию».

На Бородинское сражение 2007 года Батурин приготовил 13 миллионов. Для сравнения: государство смогло выделить только 2,5 миллиона рублей.

Почему русские – французы?

– Батурин был сам помешан на Наполеоне, – рассказывает Дмитрий Матлин. – Покупал настоящие и ненастоящие реликвии, связанные с этим делом. С этим был связан очень неприятный период для Музея-панорамы «Бородинская битва». Стараниями этих господ он начал практически перепрофилироваться в Музей Наполеона. Там планировались кровати Наполеона, ночные горшки Наполеона, всё подряд. Бедные музейщики страшно из-за этого переживали, выступали против. Лично мне такая героизация врага России никогда не нравилась.

– Сейчас уже соотношение тех, кто занимается Россией и стороной Франции, примерно равное, – говорит Всеволод Радченко. – Увлечение той или иной армией – это не вопрос патриотизма, а скорее вопрос сильных сообществ. Когда несколько энтузиастов делают что-то интересное и качественное, то они притягивают все больше и больше людей. Был период, когда среди реконструкторов ВОВ преобладали те, кому была интереснее немецкая армия. Важную роль играет и разнообразие мероприятий. Лично я перестал заниматься Наполеоникой после переезда в Севастополь, здесь нет подходящих фестивалей. Гораздо перспективнее тема античности, где русской стороны нет вообще.

Кстати

Чуров наблюдает

На крупных мероприятиях реконструкторов часто можно увидеть Владимира Чурова – бывшего председателя ЦИК. Однако сам он в баталиях не участвует.

– Чуров занимает пост в Российском военно-историческом обществе. Его попытались вовлечь в эту историю еще на разных этапах, когда никакого РВИО еще не было.

По собственному желанию он находится в реконструкции или потому, что его попросили, я не знаю – в бою его никогда не видел, – рассказал Всеволод Радченко.

Владимир Чуров

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №47-2019 под заголовком «Скажи-ка, дядя, ведь не даром?..».

Рубрика: Общество

Поделитесь статьей:

Колумнисты





^