Новости дня

16 декабря, суббота













15 декабря, пятница
































Бомж, пропивший семью, работу и жилье, рассказал, как вернулся к нормальной жизни


Бомж //

Принято считать, что для бомжа нет пути назад – мосты сожжены, в нормальную жизнь уже не вернуться. Петербуржец Александр Кузнецов доказал: это неправда. Когда-то он сам пропил все, что имел – две семьи, работу фельдшера, жилье, – и стал бездомным. Сейчас бывший бомж Кузнецов снова работает на скорой и помогает таким же пропащим, каким сам был три года назад.

Он пил – его гнали

По Александру Кузнецову не скажешь, что он десять лет пил и несколько месяцев жил на улице. Сейчас это обычный 50-летний мужчина: классическое пальто, аккуратно подстриженные усы. В его съемной однокомнатной квартире обстановка скромная – нет ни ковров, ни навороченной бытовой техники, но не по-холостяцки чисто и опрятно.

– Коллеги на день рождения подарили, – хвалится Кузнецов, показывая кружку. Подарок с секретом: наливаешь кипяток – и на ней проявляется нарисованная машина скорой.

На станции скорой помощи №4 Петербурга, где фельдшер Кузнецов работает последние два года, прекрасно знают о его прошлом. Но стараются не напоминать и за праздничным столом в кружку Александра наливают только чай.

Кузнецов начал пить еще в молодости, когда после медицинского училища пришел работать на скорую. Говорит, чувствовал себя лучшим и незаменимым, потому и пил.

– Посреди рабочего дня брал бутылку водки, садился за стол и – хлобысь в стакан, – вспоминает он.
Кузнецов ездил на вызовы к запойным алкоголикам, ставил им капельницы, по-человечески их жалел, а себя с ними не видел.

В 94-м приятель предложил Александру подработать в новом фитнес-клубе, где весь «фитнес» сводился к наркотикам, выпивке и девочкам: вдруг понадобится клиентам медицинская помощь. Кузнецов согласился, но заведующий станцией скорой помощи, где он тогда работал, был против. Александр написал заявление об увольнении, его не удерживали.

С клубом не сложилось. Кузнецов стал работать где придется. Занимался сетевым маркетингом, вкалывал на стройках, съездил даже на свой личный БАМ – в Волгоград и Красноярск. Везде один и тот же сценарий: он пил – его гнали. К тому времени Кузнецов уже потерял две семьи. Первая жена с дочкой эмигрировали в США. Вторая супруга с дочерью уехали к родственникам в Брянскую область на две недели и не вернулись.

Александр допился до белой горячки. Бывший фельдшер сам поставил себе диагноз, вызвал скорую и потребовал, чтобы медики везли в больницу и ставили капельницу. Они так и сделали, а он спустя несколько дней снова держал в руках бутылку.

Спал за мусоропроводом

Тогда же, в 90-е, когда многие бывшие врачи, учителя, инженеры подались в бизнес, знакомый азербайджанец предложил Кузнецову открыть кафе. Он согласился, взял кредит под залог единственного жилья – комнаты в коммуналке практически в центре Питера. В итоге остался без кафе, денег и комнаты – партнер его кинул. Бомжом бывший фельдшер стал в 2008 году.

– Я тогда жил у своих друзей, – рассказывает он. – Говорил им, что ищу работу, а сам с утра до ночи пил. Однажды показалось, что в квартире пахнет газом, я разбил окно. Меня выгнали.

В промозглый осенний день Кузнецов оказался на улице в тонком джемпере и брюках. Поехал к сестре, она тоже живет в Питере, та дала теплую одежду с плеча мужа. Александр подался бродяжничать. Днем сидел на лавочке в Сосновском парке, самом большом и самом неблагоустроенном в Питере, в кругу таких же бездомных, а вечером шел в многоэтажку в районе метро «Адмиралтейская». Поднимался на верхний этаж, прижимался к теплой трубе за мусоропроводом и засыпал. Вставал, когда включался лифт, и шел бродяжничать.

Однажды в поисках заработка он забрел в офис, где торговали гербалайфом.

– Встретил меня менеджер Сергей. Работу он мне не дал, а вручил визитку с адресом центра для бездомных. Если бы этот человек передо мной захлопнул дверь, со дна бы уже не вернулся.

«Дом надежды» для безнадежных

В центре Кузнецов завязал сразу. Не потому, что прозрел, просто в питерских ночлежках такое правило: напился – до свидания. Первое время его кормили товарищи по несчастью, потом начал зарабатывать сам – нанимался грузчиком, чернорабочим.

В 2009 году Кузнецов получил направление в благотворительный центр «Дом надежды на горе» (ударение – на последнем слоге), где за 33 дня прошел курс лечения от алкоголизма.

– В «Доме надежды» у меня было видение, – вспоминает Кузнецов. – Женщина на д­иско-шаре танцует, а потом меня кто-то с силой отбрасывает, и я ударяюсь о стенку. Это меня из болезни выбросило. С тех пор не пил, пропала тяга.

Потом снова были ночлежка и случайная работа. Когда Александр накопил 15 тысяч рублей, он пошел на курсы переквалификации для медиков. Днем работал, вечерами зубрил лекции, сидел над книгами.

– У нас все знали, что Доктор, то есть Саша, готовится к экзаменам, поэтому телевизор не включали, – рассказывает консультант ночлежки Вадим. Он в свое время потерял мебельную фабрику, несколько машин и квартир. Допился до прободной язвы. Теперь Вадим работает прорабом на стройке и живет у гражданской жены.

После курсов Кузнецов успешно сдал экзамены, снял комнату на Васильевском ос­трове с таким же выпускником «Дома надежды» и пошел устраиваться на станцию скорой помощи №1, откуда ушел 17 лет назад. Там работы не дали, но дали совет обратиться на другую станцию – №4, оттуда как раз уволились трое сотрудников. Заведующая «четверки» сразу взяла Кузнецова в штат, только спросила, как у него с алкогольной энцефалопатией. Это когда клетки головного мозга под воздействием алкоголя отмирают.

– Я ей в ответ – снимок головного мозга, на котором видно, что у меня нет изменений. Спасло то, что денатураты и прочую дрянь не пил.

Первый же рабочий день Кузнецов запомнил на всю жизнь: на площади Восстания он поднимал бомжа. В бездом­ном алкоголике фельдшер увидел недавнего себя: «Сам я справиться не могу, мне нужна помощь, опора».
Сейчас Александр вкалывает на две ставки. Восстановил отношения с семьей в Брянске, теперь у него дочка и маленькая внучка. Снял квартиру. Собирается через юриста вернуть комнату.

– Я сейчас долги раздаю. Не деньги, вообще отдаю то, что должен за эти годы.

Его работа в качестве консультанта в ночлежке – это тоже возвращение долга.

Говорят, судьба – это характер. Кузнецов самоуверенный и безбашенный. Наверное, потому он и сумел выбраться оттуда, откуда, как говорят, не возвращаются. А еще потому, что были люди, которые помогли ему подняться, как сам он – бомжу на площади Восстания.

Три месяца на улице – точка невозврата

4 миллиона – примерно столько бомжей в России (по данным Института социально-экономических исследований РАН).

Около 150 тыс. бездомных каждый год умирают на улицах. Больше всего бомжей погибают в зимние морозы.
3 месяца – таков период жизни на улице, в течение которого, по мнению психологов, бездомного еще можно вернуть в нормальную жизнь. Из тех, кто бомжевал дольше, вернуться удается лишь единицам, остальные обречены бродяжничать до конца жизни.

Читайте также:

Московские бомжи выкинут на ветер 2,5 миллиарда?

Бомж, устроивший резню на Казанском вокзале, пойман полицией, пострадавшие отправлены в больницы

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания