Новости дня

15 декабря, пятница

































14 декабря, четверг












Белла Ахмадулина воспитывала приемных детей

0

10 апреля Белле Ахмадулиной исполнилось бы 75 лет. Это первый юбилей без нее. Она ушла осенью 2010 года. Накануне дня рождения поэтессы наш корреспондент встретилась с близкими людьми Беллы Ахатовны и выведала немало подробностей ее биографии, о которых до сих пор знали лишь самые близкие.

Первым делом я решила позвонить дочкам Беллы Ахатовны – старшей, 43-летней Анне, и младшей – 38-летней Лизе. Мне казалось, что именно они смогут лучше всех рассказать, какой была их замечательная мама.

– Звоните маминому мужу – Борису Асафовичу Мессереру. Он у нас отличный рассказчик, – ответила старшая дочь поэтессы Анна и, сославшись на занятость, попрощалась.

И вот я на Поварской, 20, в той самой мастерской, где и зарождалась любовь поэтессы и художника. Вокруг старинные вещи, граммофоны, печатные машинки, шкафы, шкура белого медведя, которая от времени стала бурой. На огромном столе книги, тут же банки с чаем, кофе, кружки, бутылка коньяка – творческий беспорядок.

– Присаживайтесь, но ничего путного из нашего разговора не выйдет, – предупредил хозяин. – Сейчас ко мне придут люди, и я им тоже буду вынужден уделить время.

– Борис Асафович, как вы живете? – поинтересовалась я.

– Как городской сумасшедший, – ответил вдовец. – Полтора года без Беллы, вот с этим и живу, – шепотом сказал он, взяв в руки непочатую бутылку коньяка.

Мастерская быстро начала заполняться людьми. Пока хозяин был занят другими гостями, я осматривалась. Мой взгляд остановился на рукописном тексте. Пожелтевший лист, весь обсиженный мухами, приколот к потолку огромными гвоздями. Это те самые стихи, которые Ахмадулина, побывав здесь впервые, посвятила этому месту и его хозяину.

У Мессерера беспрестанно звонил телефон.

– Борис Асафович, если бы Белла Ахатовна увидела весь этот ажиотаж перед своим юбилеем, как бы она отреагировала?

– Белла взяла бы эту бутылку коньяка, выпила бы ее быстрее, чем я, и убежала от всех прочь, – сказал Мессерер. – Она не любила отмечать дни рождения. Всегда я сам бегал за продуктами, приглашал гостей, накрывал стол. К подаркам Белла тоже относилась совершенно спокойно. Такое отношение у нее было не только к своему празднику. Она не любила ходить на дни рождения друзей. Жена делала подарки только двум-трем любимым людям, да и то не всегда.

– Вы ее баловали?

– Баловал заслуженно. Я хотел, чтобы Белла была красивой, покупал ей очень дорогие вещи и украшения.

Наш диалог с хозяином прервал очередной посетитель. На пороге появился мужчина восточной наружности. Незнакомец назвался Игорем. Меж тем Борис Асафович отвлекся на телефонный звонок.

Пожилая дама, литературный критик, как ее представил Мессерер, сидевшая возле меня, тут же задала Игорю вопрос, который, признаться, меня ошеломил:

– Вы, помощник и друг Бориса Асафовича, наверняка в курсе, когда Белла взяла на воспитание дочек?

– Какое это сейчас имеет значение, – недовольным тоном ответил Игорь. – Вы что, сюда пришли, чтобы об этом узнать?

– А разве Аня и Лиза – это не ее родные дети? – поинтересовалась я.

– Ну что вы, милочка, Белла никогда не рожала, – округлив глаза, сказала собеседница. – Она сделала от первого своего мужа, Евгения Евтушенко, аборт и после этого не могла забеременеть. Дочь Аню она взяла на воспитание, когда вышла замуж за Юрия Нагибина, а Лиза появилась пятью годами позже. Воспитывала девочек няня Анна Васильевна. Белла была не приспособлена к быту.

– Но в официальных биографиях, – попыталась возразить я, – сказано, что от сына балкарского классика Кайсына Кулиева – Эльдара Кулиева – в 1973 году она родила дочку Елизавету. Первая  дочь, Анна, родилась в 1968 году, в то самое время, когда Белла Ахатовна была замужем за писателем Юрием Нагибиным.

– Мало ли что написано, – прервала меня собеседница, – есть москвичи, которые давно знают Беллу и в курсе ее драм, что случались в ее личной жизни. Вы никогда не задавали себе вопрос, почему Мессерер почти не общается с дочерьми Беллы? Да потому, что это не ее девочки. И напротив, у него прекрасные отношения с его сыном Александром от первого брака.
Весь наш разговор остался не без внимания Мессерера, но он сделал вид, что ничего не слышит.

– Я знаю, зачем он нас сюда позвал, – высказала свое мнение моя собеседница. – Борис хочет показать, как он занят. Жизненные философии Мессерера и Ахмадулиной сильно отличались, – вздохнув, сказала дама. – У Беллы были трения с коллегами. В той помойке, которая сейчас называется культурной средой, без конфликтов невозможно обойтись. Но Белла никогда не позволяла себе обидеть простого человека, показать свое преимущество над другими. Мессерер же не гнушается жлобских манер поведения с людьми. Он избалован сильными мира сего. Я слышала, что ему подарил роскошную квартиру Ельцин. Я была в этих апартаментах накануне 70-летия Беллы. Журналистов принимал Мессерер. Дверь в спальню была открыта. В одежде, свесив руки по обе стороны кровати, спала Ахмадулина. По-моему, она была пьяна. Она часто выпивала. В 1974 году, в год ее знакомства с Мессерером, она потеряла Василия Шукшина. Слышала, что Василия она любила. Однажды я осмелилась и спросила, правда ли они с Шукшиным были любовниками. Белла, выдержав паузу, сказала, что всё о ее отношениях с мужчинами написано в ее стихах.

Наш разговор с дамой прервал Борис Асафович. Он объявил, что ему пора уходить, и мы тоже покинули мастерскую.

Я решила напрямую спросить Анну, действительно ли Белла Ахатовна ее удочерила. Аня выслушала меня очень спокойно.

– Каждый волен писать, что хочет, я это комментировать не буду, – ответила без тени смущения Анна Юрьевна. – Пусть эта информация останется на совести тех людей, кто ее распространяет, – медленно, будто взвешивая каждое слово, говорила она. И снова посоветовала обратиться к Борису Асафовичу: дескать, он все знает лучше всех. – Но не обольщайтесь по поводу Бориса Асафовича, – сменив тон, сказала Аня. – Он, безусловно, даст вам интервью. Общайтесь с ним, пожалуйста, если готовы стать его биографом и бытописателем. Но учтите, это человек, который не умеет дружить и хорошо относиться к людям. Он дружит только с нужными ему людьми. Но не могу сказать, что в этот момент он их сильно любит. Нет у него того инструмента в душе, которым люди любят. Не дано это человеку!

– Анна, говорят, что у вашей мамы и Бориса Асафовича была разная жизненная философия – например в отношении к людям?

– Это да. Но у мамы был характер. Она не терпела предательства. Мама была по-настоящему доброй, но не добренькой.

– Аня, почему Борис Асафович против, чтобы я с вами общалась? Вы с ним в плохих отношениях?

– Не в том дело. Бог ему судья. Он расскажет лучше нас. Но вам будет сложно с ним общаться, если вы не примете то, что у мамы, кроме него, в жизни ничего-то и не было. Все должны принять, что мама была счастлива только с ним и стала тем, кем она стала, только благодаря Мессереру. А то, что до него Ахмадулина писала прекрасные стихи, об этом лучше при нем не упоминать. Скажите, а вы задавали Борису Асафовичу вопросы относительно маминого или его творчества? 

– Спросила, повлияло ли творчество Беллы Ахмадулиной на его творческую судьбу. «Началось! Снова эти штампы», – прокричал Мессерер. Развернулся и пошел в туалет.

– Ну вот! Это его типичное поведение, – сказала Аня. – И при этом он еще улыбается. Улыбаться для окружающих – это главное. Поймите, если ваши вопросы будут отходить от выстроенного им сюжета, вряд ли он будет этим доволен. У него есть некая своя версия их жизни, и все, что ее не подтверждает, он исключает. Это мифотворчество. Он у себя в голове нарисовал свою модель маминой судьбы. И продолжает ее рисовать всем остальным. Понятное дело, что, когда была жива мама, интервью брали у нее, а не у него. Теперь ее нет. Мессерер получил доступ к СМИ, чему страшно рад. Он будет вам рассказывать про то, как ему плохо живется без любимой, как он страдает, скучает по Белле. Но эта ситуация для него очень вы-год-ная!

– Анна, Борис Асафович в память о своей музе Белле написал книгу «Промельк Беллы». Как вы ее оцениваете?

– К написанию книги он подошел очень прагматично. Меня поразило, насколько правильно он дал название своему произведению. Есть такая фраза – «оговорки по Фрейду». Название книги как раз из серии оговорок. Там именно промельк Беллы… К тому же он неправильно указал фамилию маминой бабушки. У нее была фамилия Барамова. Он написал – Баранова. «Это все ерунда, которая не имеет значения», – вскипел он, когда я у него поинтересовалась, почему он так написал.

У мамы есть стихотворение «Побережье». Она его посвящала Льву Копелеву. Борис Асафович взял и переиначил. Он написал, что оно посвящено Гумилеву. Мама никогда не посвящала стихи Гумилеву, более того, она не относилась к нему так же трепетно, как, скажем, к Ахматовой, Цветаевой, Блоку, Мандельштаму. Борис Асафович выпускал год назад свою книгу иллюстраций по Петербургу, там было посвящение поэтам, только Гумилеву не было. Вот он от маминого имени и «посвятил». «Как же так?» – спросила я у него. Он начал кричать. «К чему весь этот твой педантизм». Доказывать что-то ему бесполезно, но на юридическом языке это называется фальсификацией.

– Люди, знавшие пару Мессерер – Ахмадулина, говорят, что он относился к ней, как к хрустальной вазе?

– Да! Он действительно покупал маме дорогие наряды. Но только мама была живым человеком, а не вазой. Это хорошо, когда любящий мужчина прилагает усилия, чтобы его любимая была красивой. Но лучше, когда он заботится, чтобы его женщина была счастливой! Для Мессерера главное – чтобы внешне все было красиво.

P.S. История, услышанная в мастерской про удочеренных детей Ахмадулиной, не давала мне покоя. И вот я отыскала литературный журнал «Время и мы» №140 за 1998 год. А в нем прочла интересную статью под заголовком «Как ничтожно кончается эпоха…» Она содержит дневники Павла Антокольского, известного советского поэта и переводчика, который дружил с Беллой Ахмадулиной. В них есть такая запись от 14 апреля 1968 года. Белла действительно взяла ребеночка и уже поселилась в своей новой квартире на Аэропортовской. В комментариях к этой статье добавлено: «Б. Ахмадулина удочерила девочку Аню».
Это был период ее совместной жизни с писателем Юрием Нагибиным. Именно поэтому Анна и носит отчество «Юрьевна». Получается, что в августе она взяла Анечку, а в ноябре развелась с Нагибиным.

И еще одно свидетельство той поры. Это отклик на одном из форумов в Интернете, посвященных проблемам семьи. Пишет ныне взрослая женщина, которая в детстве жила на даче в Переделкино по соседству с Ахмадулиной. Девочкой она оказалась в гостях у поэтессы – на дне рождения ее дочки Лизы, пришла с подарком. Лиза расстроилась из-за подарка, он ей не пришелся по душе. «А вот старшая дочь Беллы, Аня, очень нам обрадовалась. И Белла нам обрадовалась. Была с нами очень ласкова. Играла, развлекала малышей, устраивала викторины, давала призы и конфеты. Потом я узнала из разговора взрослых, что Аня удочерена, Белла взяла ее из детдома, в ту пору это было большой редкостью», – пишет она на форуме.

Стало быть, в узком писательском кругу о том, что Ахмадулина воспитала приемную девочку, знали давно. Просто эта информация до сих пор не выходила за его пределы. А вот что касается Лизы, то родная она дочь или тоже приемная, как это уверяет дама, что мне встретилась в мастерской Мессерера, это пока остается семейной тайной.

Марина Фролова

 

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания