Новости дня

21 апреля, суббота


























20 апреля, пятница



















Оппозиция помнит: "кадровый резерв" для будущей люстрации


Необходимость проведения люстрации причастных к нынешнему руководству страны — вопрос, пожалуй, не подлежащий обсуждению в кругах сторонников Алексея Навального // Russian Look
Необходимость проведения люстрации причастных к нынешнему руководству страны — вопрос, пожалуй, не подлежащий обсуждению в кругах сторонников Алексея Навального // Russian Look

Новые методы борьбы с предвыборными амбициями оппозиции подталкивают её к таким шагам «на перспективу», как люстрация.

Одним из главных инструментов, который применили против оппозиции на региональных выборах, стали так называемые «токсичные сборщики». Это люди, которые записывались волонтёрами на сбор подписей, а затем сдавали в штаб подписные листы, на которых была допущена одна малозаметная ошибка. К примеру, перепутаны местами две цифры в номере паспорта.

Оппозиционеры уверены, что «токсичные сборщики» — это «кроты», нарочно подосланные в их ряды властями. Они считают, что негодные подписи пытались вбросить в собираемый ими массив умышленно, чтобы проще было отказать в регистрации списка на выборах. Они отказались платить таким «токсичным сборщикам» обещанный гонорар и написали на них заявления по обвинению в умышленном подлоге в надежде на оплату — то есть мошенничестве.

Характерно: сторонники Навального уверяли, что волонтёры проходили отсев и их биографии проверялись по крайней мере по социальным сетям. Фото некоторых из обделённых гонорарами «токсичных сборщиков» с лагеря, например, на Селигере они позже опубликовали в интернете. Вообще же о внедрении в их структуру «кротов» оппозиционерам якобы стало известно от своих агентов — якобы от сочувствующих в рядах местной власти, и сразу их не разоблачили, чтобы затем поймать с поличным.

Правда, это не помогло: следствие предпочло пока дать ход встречной жалобе сборщиков на то, что им не заплатили. Да еще завело дело за якобы подделку подписей — не на сборщиков, а опять-таки на членов штаба оппозиции. Это происходит повсеместно, где либералы попытались попасть на региональные выборы; быстрее всего процесс идёт в Новосибирске.

Если развивать конспирологические версии, можно заявить, что оппозиция планировала провернуть «многоходовочку» (хотя это и не в её духе): объегорить сборщиков — и свалить на них вину за забракованные подписи и, как следствие, нерегистрацию на выборах. Потому, мол, на самом деле и не «разоблачили» мнимых вражеских засланцев-подрывников сразу.

Интереснее, однако, не упражняться на эту заданную государственной пропагандой тему, а увидеть занятную перспективу, которую открывает необходимость проверять каждого приходящего в оппозиционный штаб волонтёра. По сути это позволяет при желании создать архив, который пригодится, когда и если на повестке дня встанет обсуждаемый пока лишь изредка вопрос — люстрация.

Это поражение в правах — в основном в праве быть избранным и замещать невыборные государственные должности — для лиц, замешанных в злоупотреблениях предыдущего режима или активно сотрудничавших с ним. В некоторых странах бывшего соцлагеря она прошла после крушения СССР, в некоторых, как в России, — нет; кое-где, как в Украине, она идёт сейчас, правда, несколько по другому поводу. Поныне спорят о том, была ли она необходима и России: не является ли истоком всех бед ситуация, когда бывшие номенклатурщики, особисты и прочие советские управленцы не были поставлены перед необходимостью искать себя в бизнесе, а напротив получили возможность вернуться на насиженные места и приступить к реставрации совковой бюрократии на первом же историческом повороте?

Однако это дело прошлое. А вот необходимость проведения люстрации всех причастных к нынешнему руководству страны — вопрос, пожалуй, не подлежащий обсуждению в кругах тех же сторонников Алексея Навального, которые и образуют костяк активистов нынешней выборной кампании оппозиции в регионах.

Но в случае, если власть сменится и действительно дойдёт дело до люстрации, официальные лица каких бы то ни было рангов, пожалуй, и так не отвертятся. Теперь ведь будет недостаточно, например, уничтожить бумажную версию архива — Интернет всё помнит. Помнит он и тысячи активистов «Селигера», а также пришедшей ему на смену «Территории смыслов» на Клязьме и ещё десятка подобных верноподданных тусовок; но такую информацию сперва надо будет собрать и упорядочить.

Впрочем, хотя сценарий, в котором может пройти такая идеологическая «чистка» флюгеров, кажется утопическим, лишним для оппозиции создание подобной базы не будет. По крайней мере, это сэкономит время на выявление «токсичных сборщиков» на возможных будущих выборах — тем более что, думается, ресурс провокаторов тоже отнюдь не бесконечен.

Конечно, в этом есть что-то от самых мрачных советских практик, и люстрационные списки, как наверняка кому-то покажется, слишком легко могут превращаться в проскрипционные. Но тут не следует забывать, кто выступает, по крайней мере сейчас, с позиции жертвы — против кого что ни день совершают провокации, у кого проводятся обыски и на кого заводятся уголовные дела, — кто на себе ощущает всю тяжесть государственного давления. В конце концов не приходится сомневаться, что у противников оппозиции (двойное отрицание) такие списки есть, и под сукном «на чёрный день» они, как показывают последние известия, не залёживаются.

Другие материалы о предвыборной кампании оппозиции в регионах читайте на странице Навальный.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания