Новости дня

06 декабря, пятница












































Рейдеры добрались уже до "Аль Джазиры"

13:52, 22 октября 2019

Рустэм Магдеев. Фото: скриншот сайта biography.t30p.ru
Рустэм Магдеев. Фото: скриншот сайта biography.t30p.ru

География скандала вокруг передела угольных активов арестованного бизнесмена Александра Щукина окончательно приобрела международный характер.

На днях британская газета The Guardian вышла с сенсационным материалом о том, что журналист Уилл Джордан, проработавший на канале десять лет, уволился в знак протеста против решения «Аль-Джазиры» не показывать его расследование о рейдерстве в России: «Это решение, окутанное туманом обвинений, фальшивых электронных писем и угроз расправы, поставило под вопрос независимость телекомпании. Речь идет о попытке неких российских бизнесменов, некоторые из которых заявляют, что близки к Путину, завладеть активами семьи Щукиных, проживающей в Лондоне».

В своем по сути запрещенном фильме «Мутное дело» Джордан пытался рассказать о том, как у семьи угольного магната Александра Щукина - его дочери Елены Щукиной и ее мужа Ильдара Узбекова - пытаются отнять имущество в Лондоне при поддержке британских парламентариев, членов Палаты лордов и лоббистов Соединенного королевства, пытавшихся организовать премьеру уже другого фильма - «Кровь, уголь, деньги».

В этой картине, на этот раз без каких-либо доказательств, утверждалось, будто это Щукин, который находится под домашним арестом под делу шахты «Инской», стоял за давним исчезновением управляющего шахтой в Сибири. Подробней об этой истории рассказало уже издание The Observer:

Письмо из Сибири

«21 декабря 2016 года в Кемеровской области в Сибири пропал 55-летний отец четырех дочерей Евгений Лазаревич. Неделю спустя его автомобиль Ford Explorer был найден в городе Новокузнецк, в 30 милях от угольной шахты, где он работал управляющим, контролируя ее ликвидацию. По словам его сестры Анны, номерной знак автомобиля был снят, а его салон был обработан перцем, чтобы полицейские собаки не смогли взять след. С тех пор о нем не было никаких известий, кроме одного зловещего постскриптума. В марте следующего года на мобильный телефон матери Лазаревича Тамары поступило два звонка. «Мама, мама», - только и успел сказать ее сын, прежде чем линия оборвалась».

Впрочем, The Observer заинтересовало не столько это загадочное исчезновение, сколько то, почему семья пропавшего менеджера ищет его следы «не в Сибири и даже не в России, а в Лондоне, где небольшая армия пиар-агентов, частных следователей и юристов работает за кулисами, чтобы донести историю исчезновения Лазаревича до политиков и журналистов. Похвально, что так много людей занимается поисками правды о том, что случилось с одним человеком. Но правда сложнее, ибо исчезновение Лазаревича - лишь одна сюжетная линия в большой истории о враждующих олигархах, которые считают британские СМИ, парламент и суды пешками на гигантской шахматной доске».

По заверениям Анны Лазаревич, ее брат будто бы собирался дать показания против Александра Щукина. Правда, тот никаких дел ни с Лазаревичем, ни с его шахтой не имел и вообще в момент его исчезновения уже, кстати, находился под арестом. Но кого это смущает. В этом году женщина вдруг появилась на специально организованном ужине в Вестминстере, где группе влиятельных людей, включая парламентария-тори (сэра Генри Беллингэма), пэра (либерального демократа лорда Раззалла), известных юристов и, по крайней мере, одного бывшего разведчика, был представлен документ под названием «Кровь, уголь, деньги» с обвинениями в адрес Щукина. 

По версии организаторов вечеринки, этот документ якобы написали возмущенные исчезновением Лазаревича простые сибирские шахтеры, которые, что совсем невероятно, якобы скинулись на расследование. Самих шахтеров лондонской публике, правда, почему-то не показали.

Британский прайс

«Вскоре после выступления Анны Лазаревич перед парламентариями, в котором она призвала британские и российские власти координировать расследование исчезновения ее брата, она была представлена The Observer пиар-фирмой Sans Frontieres (...) и пообещала связать газету с несколькими своими влиятельными сторонниками, - сообщает автор публикации. - На одном этапе газете было обещано интервью Станислава Антипина, первого секретаря российского посольства в Лондоне, хотя позднее предложение было отозвано. Антипин был не единственным российским сторонником, который выражал беспокойство по поводу исчезновения Лазаревича. Александр Коробко, российский журналист, который написал положительную биографию президента Путина и снял документальный фильм, оправдывающий Андрея Лугового, главного подозреваемого в отравлении Александра Литвиненко, также участвовал в этой кампании в поддержку поисков Лазаревича. Кроме того, в ней принимал участие Андрей Ляхов, бывший российский военный офицер с хорошими связями, который был ранен в атаке с применением химического оружия в Афганистане и который во время интервью The Observer продемонстрировал свой мобильный телефон, чтобы показать, что в нем, по всей видимости, содержится номер телефона президента Путина».

Позднее была обнародована взломанная электронная переписка, из которой следовало, что Sans Frontieres составила ориентировочный прайс-лист, указав цену 40 тыс. фунтов за «размещение сюжета в издании первого уровня или общенациональном новостном издании в Великобритании» и 50 тыс. фунтов за любое видео, показанное на «канале первого уровня». 

В другом письме помощник Криса Брайанта, члена парламента от лейбористской партии, изображался организатором мероприятия по обсуждению того, какие действия Великобритания может предпринять против Щукина и Узбекова. 

В третьем было сказано, что Ляхов, Беллингэм и Бен Уоллес, тогдашний министр безопасности, участвовали в «часовой телеконференции», после которой кабинет министров пришел к выводу, что кампания против Узбекова и его жены была «пилотным проектом, нацеленным на применение Законов о благосостоянии неустановленного происхождения для зачистки Соединенного Королевства от нежелательных резидентов». 

Правдивость этих и аналогичных сообщений — под вопросом, их взялась проверять британская контрразведка MI5, как раз по заявлению министра Уоллеса, который ни в каких телеконференциях не участвовал. Кто кому врал и зачем, мы узнаем, очевидно, скоро. Но когда The Observer встретился с зятем Щукина Ильдаром Узбековым, тот предположил, что эту кампанию ведет олигарх и несколько других влиятельных российских бизнесменов, включая бывшего высокопоставленного офицера КГБ, с одной единственной целью - вырвать контроль над их семейным кипрским трастом и владением угольной шахтой «Полосухинская», которая приносит 100 млн долларов в год. В интервью российскому «Форбсу» Узбеков рассказывал, что в мае-июне 2018 года на его отца вышел совладелец «Кузбассразрезугля» Андрей Бокарев и передал Узбекову «недвусмысленное предостережение». Осенью 2018 года лондонская газета The Telegraph написала о том, что дочери Александра Щукина и ее мужу поступали угрозы. «Здесь нам угрожали убийством», - приводит слова Елены Щукиной The Telegraph. По факту угроз полиция начала проверку. Судя по всему, Бокарев и есть тот самый олигарх, заинтересованный в прибыльном активе Щукина. 

Звонок в Катар

К похожему выводу в фильме «Мутное дело» пришел и журналист «Аль-Джазиры» Уилл Джордан. По информации The Guardian, в заявлении Джордана об увольнении утверждалось, что несколько сторон, представляющих интересы России, противодействовали трансляции его расследования. 

Власти Катара, которые стоят за телеканалом и имеют серьезные финансовые интересы в России, просто не могли не прислушаться к мнению своих российских партнеров, что привело к запрету эфира «Мутного дела» и увольнению Джордана, вполне справедливо посчитавшего это «актом цензуры».

Вот только то, что к этой истории имел какой-либо отношение Путин или вообще Кремль, вызывает большие сомнения. Для этого достаточно вспомнить саму непростую историю Александра Щукина, которую в начале сентября изложил журнал «Форбс»:

«В 2007 году бывший столичный чиновник Ростовцев и московский бизнесмен Борис Фадеев инвестировали в «Талдинскую горнодобывающую компанию» по приглашению сооснователя «Сибуглемета» Валентина Бухтоярова. Четвертым акционером был Щукин. Впоследствии Щукин и Ростовцев стали равноправными партнерами, выкупив доли Бухтоярова и Фадеева. Есть две версии дальнейших событий. Юрист Ростовцева Максим Никитин утверждает, что в 2009 году Щукин продал свои 50% Ростовцеву в рассрочку, и демонстрирует соответствующее соглашение... Узбеков называет действия Ростовцева захватом, а соглашение — подделкой. С 2015 года он занимается юридическим сопровождением всех тяжб с Ростовцевым и оценивает ущерб от его действий в $260 млн. Узбеков обнаружил рейдерский интерес к активам тестя еще в 2010 году... Пиком стал фильм Blood Coal Money («Кровавые угольные деньги») и последовавшая за ним лоббистская кампания в британском парламенте. Узбеков считает, что кампания обошлась минимум в $1 млн и в атаке замешаны Ростовцев и бизнесмен Рустэм Магдеев, который судится с соратником Узбекова Дмитрием Цветковым. По словам зятя Щукина, цель атаки — дискредитировать его с женой и под давлением вынудить продать активы по бросовой цене». 

Рустэма Магдеева в СМИ называют «кошельком Рустама Минниханова» с криминальной репутацией. Так что если какой президент и мог иметь отношение к катарской цензуре, то президент не России, а скорее Татарстана, который давно наладил тесные связи с элитами стран Персидского залива. 

Рустэм Магдеев, как бывший помощник Минниханова, вполне мог организовать подобный звонок. Во всяком случае, другого объяснения тому, что «Аль Джазире» нашлось какое-то дело до рейдерских разборок вокруг сибирской шахты, сложно найти. Тем более, что «Аль Джазира» сильно рискует, занимаясь цензурой на территории Великобритании. The Guardian предположил, что это может привести к статусу «иностранного агента», следовательно к ограничению вещания, как это произошло с телеканалом Russia Today. Это значит, попытка захватить активы семьи арестованного бизнесмена Щукина из уже привычного российского-британского скандала приобрела по-настоящему международный характер.

Поделитесь статьей:

Колумнисты





^