Новости дня

15 июля, понедельник
























14 июля, воскресенье













13 июля, суббота








"Можно болеть туберкулезом и не знать об этом"

13:04, 17 июня 2019
«Собеседник» №21-2019

Фото: Global Look Press
Фото: Global Look Press

В Башкирии прокурору пришлось обратиться в суд с требованием о принудительном лечении зауральца в противотуберкулезном диспансере, чтобы предупредить эпидемию в регионе. 

По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), Россия – одна из ведущих стран по борьбе с туберкулезом, но врачи продолжают выявлять новых больных.

«Собеседник» узнал у заместителя медицинского координатора миссии в России «Врачей без границ» Алексея Никифорова, почему мы до сих пор не побороли чахотку.

Факты о туберкулезе:

  • Одно из самых древних заболеваний. На Руси болезнь называли чахоткой (от слова «чахнуть»). Болеющие быстро теряли в весе, мучительно кашляли и, «зачахнув», стремительно умирали.
  • Возбудителями болезни являются Mycobacterium tuberculosis (МБТ). В народе они прозваны палочками Коха, по фамилии немецкого ученого, который их открыл. Туберкулез может поразить все органы, но чаще всего оказывается в легких.
  • Фтизиатры говорят, что к 17 годам 80% россиян инфицированы. Большинство об этом никогда не узнают. Микобактерии себя никак не проявляют, а их носитель не заразен. В активную стадию болезнь переходит, когда резко падает иммунитет. С момента заражения до активации может пройти и год, и 60 лет. Спусковым крючком способен стать даже сильный стресс.
Алексей Никифоров // фото: личный архив Алексея Никифорова

Международная независимая некоммерческая медицинская гуманитарная организация «Врачи без границ» (MSF) работает в сфере лечения туберкулеза в России уже много лет. С 1995 по 2003 гг. организация занималась лечением туберкулеза в тюрьмах Сибири. 

С 2004 года MSF проводила совместную работу с министерством здравоохранения Чеченской республики по реализации противотуберкулезной программы в Чечне. В 2019 году «Врачи без границ» реализуют программу по лечению множественно-лекарственно устойчивого туберкулеза в Архангельске.

 

Неважно, кто ты — бездомный или бизнесмен

— Есть мнение, что туберкулезом заболевают социально-незащищенные и неблагополучные представители населения. Поэтому туберкулез называют «социальной» болезнью. Это так?

— Туберкулезом может заболеть любой. Вероятность заболеть туберкулезом у человека со сниженным иммунитетом, безусловно, выше, но вообще заболеть может абсолютно любой, вне зависимости от социального положения и дохода.

Например, у ВИЧ-инфицированных вероятность заболеть туберкулезом в десятки раз выше. Или у больных диабетом: если человек болен сахарным диабетом и не стремится к поддержанию уровня сахара на необходимом уровне, то его иммунитет тоже страдает и, как следствие, возможность заболеть туберкулезом сразу повышается.

Если человек плохо питается, если он живет в скученных условиях, имеет больше контакта среди больных туберкулезом, то у него, конечно, вероятность заболеть повышается. Но в то же время очень обеспеченный человек, который летит в самолете в кресле первого класса из США в Россию, и рядом с ним сидит больной с активной формой туберкулеза, имеет столько же шансов заболеть, сколько и человек, который живет где-нибудь в подворотне.

При этом наша организация, чьи принципы построены на гуманности, выступает против принудительного лечения: пациента нужно убеждать лечиться, но не лечить насильно. Принудительное лечение в тех странах, где оно есть, не привело к положительным результатам.

— Подождите, а как человек с открытой формой туберкулеза вообще может оказаться в самолете, а не в больничной койке?

— Больной может даже не знать, что он болен, и болезнь вначале может протекать под маской обыкновенной простуды: кашель, температура.

Сегодня можно буквально за несколько часов выяснить, к какой форме (лекарственно-чувствительной или лекарственно-устойчивой) относится туберкулез. Затем больного обычно госпитализируют на время, пока он заразен.

Если лечение подобрано правильно и выявлен спектр устойчивости, то в первые же две недели лечения пациент становится не заразным и может продолжить лечение амбулаторно. Самое главное — максимально быстро прервать цепочку передачи болезни.

— Может, есть смысл проводить обязательную диспансеризацию?

— Есть определенные группы людей, которые обязаны регулярно проходить обследование. К ним относятся медики, работающие в стационаре или на скорой (имеют большую вероятность заболеть, поскольку общаются с большим количеством людей, диагноз которых не установлен). Кроме этого, пациенты, у которых есть снижение иммунитета (ВИЧ-инфекция или сахарный диабет), также входят в группы риска — они должны хотя бы раз в год проходить обследование.

В отношении же остальных граждан диспансеризация, конечно, была бы полезна, но насколько это реально реализовать? Если много средств будет расходоваться только на диагностику, то что останется на лечение? Увы, этот колодец не бездонен. Иногда на выявление одного случая тратятся десятки тысяч долларов, по данным ВОЗ.

Самый эффективный способ в борьбе с туберкулезом, который, кстати, работает и в Москве, в том, что идет активное выявление случаев контакта: выявляется больной и сотрудники диспансера стараются установить, с кем за последнее время человек контактировал и кого мог заразить: соседи, коллеги, родственники...

— Казалось бы, мы фактически победили туберкулез еще в прошлом веке... Почему сегодня мы все еще говорим об этом заболевании?

— Руководители большинства государств мира в 2018 году подписали в ООН Декларацию, в которой они дали обязательства, что будут активно бороться с туберкулезом в своих странах, чтобы к 2035 году до конца побороть болезнь.

За последние 10 лет число новых случаев туберкулеза снизилось в России почти в два раза: если в 2008 году она составляла 85 случаев на 100 тысяч населения то к 2018 — 44,4 случая. Но, к сожалению, по всему миру растет число больных туберкулезом с множественной лекарственной устойчивостью.

Дело в том, что сама микробактерия туберкулеза, как и любой живой организм, приспосабливается к выживанию. И, конечно, среди бактерий так же есть естественный отбор — законы Дарвина никуда не делись.

За много лет лечения препаратами, которые были очень сильными и эффективными, многие штаммы микробактерий приспособилась к ним и стали лекарственно-устойчивыми. Болезнь, которая была побеждена во многих странах бывшего СССР, проявила себя с новой силой и стала активно развиваться. А те лекарства, которые раньше применялись, — они все еще действуют, но не во всех случаях.

Сейчас, спустя почти 40 лет, на рынке появились препараты, которые способны бороться с туберкулезом с широкой лекарственной устойчивостью. Что хорошо — это обычные таблетки или капсулы, и пациентам не требуются инъекции.

Парадоксально, что количество новых случаев устойчивого туберкулеза увеличивается в тех регионах и странах, где лечат, где есть доступ к лекарствам — где есть хорошая возможность вылечиться. Пациенты досрочно бросают лечение, в результате туберкулез может стать устойчивым к лекарствам.

— Вообще лечение туберкулеза — процесс долгий...

— Туберкулез лекарственно-чувствительный можно вылечить всего за шесть месяцев: пациент просто вовремя должен принимать таблетки. Если же у пациента туберкулез с множественной лекарственной устойчивостью, то лечение продолжается порядка 18–20 месяцев. И в этой схеме лечения обязательно должен присутствовать инъекционный препарат.

Но, к сожалению, такой пациент хоть и поборет туберкулез, но у него могут появиться осложнения на почки, желудочно-кишечный тракт и даже на слух (вплоть до глухоты). Многие побочные эффекты можно купировать, но не у всех пациентов хватает терпения, чтобы долечиться 20 месяцев, и они прерывают лечение. И тогда повторное лечение может оказаться еще более сложным.

— У «Врачей без границ» была миссия по борьбе с туберкулезом в Чечне, а сейчас работаете в Архангельске. В этих регионах больше всего проблем с лечением заболевания?

— Не совсем так. Когда мы начали работать совместно с Минздравом Чеченской республики, их противотуберкулезная служба была фактически полностью разрушена после боевых действий: разрушены здания, не хватало сотрудников, лекарств... Население было буквально оторвано от медицинской помощи: более ста случаев заболевания на 100 тысяч населения. За годы работы ситуацию удалось существенно исправить: снизить заболеваемость практически в пять раз.

В Архангельске же ситуация совершенно иная: Архангельский диспансер совместно с Северным государственным медицинским университетом уже три года реализуют пилотный проект по лечению лекарственно-устойчивого туберкулеза в течение 9–12 месяцев. 

А с учетом того, что лечение достаточно дорогое (стоимость курса лечения туберкулеза с широкой лекарственной устойчивостью — несколько миллионов), то за счет сокращения срока лечения сокращается и количество лекарств, которые необходимо закупать для каждого пациента. А это значит, что увеличивается и число пациентов, которые смогут получить лечение. И, конечно, мы рады, что можем работать в партнерстве в этом направлении, чтобы потом распространить эту практику по всем регионам.

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №21-2019 под заголовком «"Можно болеть туберкулезом и не знать об этом"».

Поделитесь статьей:


Колумнисты


Читайте также