Новости дня

18 декабря, понедельник








































17 декабря, воскресенье





Долго ли будет крутиться «Волчок»?

0



В Москве состоялась премьера фильма известного уральского драматурга Василия Сигарева «Волчок». Показ ленты прошел в рамках кинофестиваля «Московская премьера». Первый блин в кино получился у Сигарева далеко не комом — на минувшем «Кинотавре» картина отхватила три приза: гран-при, награды за лучший сценарий и лучшую женскую роль (Яна Троянова, супруга драматурга, превосходно сыграла главную героиню — гулящую мать).



С одной стороны лента кажется бредом. - Слепок с изнанки жизни. Яркая картинка. И только. Ну что может вынести 17-летний ребенок после просмотра фильма? Нет, не взяла бы на него своих сыновей! - так охарактеризовала картину моя сестра, как только мы покинули зал. Ощущение после фильма, будто заглянул в смрадную подворотню: тебе и противно, и интересно одновременно, а значит — зацепило.



Картина начинается с того, как двое ментов стоят на белом-белом снегу и смотрят вниз. Под ногами у них — загнанная добыча - крашенная короткостриженная блондинка, похожая одновременно на проститутку, лесбиянку и наркоманку. Она избита, лицо измазано ярко-синими тенями, алой помадой и кровью. Менты орут на девицу матом, та упорно молчит и тяжело дышит, но вскоре издает нечеловеческий вопль: «Да, рожу я сейчас, рожу! Рожу!» Родив, она начинает гулять так, что ее дочка сбивается со счету, сколько у мамы было «дядь»: Юр, Леш, Вань. Мать же считает дочь обузой, ненавидит ее, в то время, как та ее слепо обожает. Таких горе-семей море, поэтому у героинь нет имен.



Все бы ничего, но вскоре начинает тошнить от ярко выраженного уральского говора и простонародных диалогов, которыми пронизан весь фильм: «Че?» «А ниче!». «Че смотришь?» «Не знаю даже!» «Че не знаешь?» «Не знаю даже!» «А че знаешь?» Я, конечно, понимаю, что все эти моменты — дань модной театральной технике verbatim. Она пришла к нам из Англии и для нее характерны неправильная речь, сленг, повторы реплик. Такие моменты, если их немного, усиливают смысл фильма или спектакля, но если переборщить, начинают раздражать. Ни одного вменяемого диалога, за исключением сказочки, которую мать с устрашающими интонациями в голосе рассказала однажды ночью дочке. Сказочка о том, как девочка появилась на свет. Мать с бабушкой нашли ее в мешке на кладбище. Принесли домой и обнаружили, что все тело найденыша покрыто шерстью. Повыдергав лишние волоски, они оставили девочку у себя. После этого эпизода у многих сдали нервы.



- Ой, пидоры разошлись! - послышался приятный мужской баритон в зале. - Сразу видно, что пидоры снимали! И он был прав. Только гей может показать женщину либо безумно прекрасной, либо кошмарно уродливой. Сигарев выбрал второй вариант. Мать, будучи пьяной и больной, сидит в развратных позах, носит некрасивое белье, не моет голову и справляет естественные потребности в горшок у кровати.



Картину при желании можно ругать еще долго, но мне не позволяет этого сделать ком, подкативший к горлу после ее просмотра. И я понимаю, что желание поругать — это, скорее, первичная агрессивная реакция на увиденное, на самом же деле лента понравилась. Блестящее название - «Волчок». Это и сама девочка, похожая и внешне, и характером на волчонка, и единственная игрушка, которую подарила ей мать. Блестящая игра актеров. Как в последний раз. На надрыве. С тем азартом, с каким играют студенты театральных ВУЗов. После фильма остается не самое приятное послевкусие, однако стоит его ощущать хотя бы иногда, чтобы помнить о том, что, может быть, вон в той соседней квартире живут такие же пьяница и проститутка мать и обожающая ее дочь, и изменить что-либо в их жизни практически невозможно...

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания