Новости дня

23 октября, понедельник







































22 октября, воскресенье





Бари Алибасов: Басков должен быть благодарен, это я его сделал великим!


Бари Алибасов рассказал в интервью Sobesednik.ru о своих непростых отношениях со многими коллегами по эстрадному цеху.

Шоумен Алибасов готовится к юбилею – в июне неутомимому продюсеру стукнет 70 лет. Праздничную дату он намерен отметить новой программой своих подопечных – группы «На-На» – в столичном Крокус Сити Холле. В эксклюзивном интервью Sobesednik.ru Бари Каримович откровенно рассказал о том, почему не взял в свой коллектив Баскова и Агутина, из-за чего едва не подрался с Игорем Крутым, как вытащил из бараков Юрия Лозу и чем его поразила влюбленная Алла Пугачева.

Бари Алибасов живет в самом центре столицы – в двух шагах от Нового Арбата. О его роскошной квартире в шоубизнесе ходят легенды. Гостей здесь встречает Алла Пугачева: ее портрет висит на самом видном месте в прихожей. Но главное ноу-хау жилья Алибасова – уникальная экокомната, в которой звездный хозяин восстанавливается после тяжелых будней. В ближайшее время она ему понадобится как никогда: подготовка к новому шоу отнимает у Бари много сил и нервов.

– Вряд ли кто-то узнает группу «На-На», – предвкушает Алибасов. – Традиционные наши хиты были написаны в стилистике 80-х и 90-х годов. Сегодня музыка другая, и нам приходится под это подстраиваться. Мы переучиваемся даже вокалу! Небрежность, которая присуща нынешним исполнителям, и профессионализм «на-найцев», с которыми занимались лучшие педагоги планеты, оказались несовместимы. Текст теперь надо произносить, едва шевеля зубами, со стонами и всхлипами. Что поёшь – непонятно...

– А семьи «на-найцев» не мешают процессу? Насколько мне известно, у Славы Жеребкина недавно родился четвертый ребенок!

– Славкины дети нам никогда не мешали. Я вообще не очень понимаю, как он успевает делать детей! Он постоянно на гастролях! Сосед, наверное, к нему приходит. А как еще объяснить? Сейчас времени на семьи у ребят остается, конечно, меньше: все мы готовимся к шоу. Знаешь, порой даже меня по рукам и ногам связывает депрессняк. Но это происходит в тот момент, когда наваливается ощущение, что я не успею.

– Бари Каримович, в тусовке ходят слухи, что состав «На-На» мог быть другим. Говорят, что к вам, например, активно просился Леонид Агутин!

– И не только он. Когда я собирал группу, на кастинг пришли 700 человек. Из них я выбрал только одного – Левкина. Еще одним человеком, который мне понравился, был Леонид Агутин. Он оказался единственным профессионалом. Когда взял гитару и стал петь, я понял, что передо мной сформировавшийся музыкант. Я ему сказал: «Лёня, ты слишком профессионален для моей группы! У тебя так сформирована собственная позиция в музыке, что мне придется делать двойную работу. Сначала тебя переучивать, а потом учить заново!» Кстати, недавно я был на одной музыкальной премии, где Лёня получил награду как лучший исполнитель. А ведущей этого концерта была Анфиса Чехова. Мало кто знает, но она стала получать первые деньги благодаря «На-На». Как-то Чехова целый месяц моталась с нами по Дальнему Востоку в качестве журналистки ТВ-6 и делала о нашем туре сюжеты. Так она попала в шоубизнес. Коля Басков тоже когда-то просился в группу «На-На». Я ему недавно сказал: «Коля, скажи мне спасибо. Это я тебя сделал великим! А так бы ты стоял сейчас у меня четвертым солистом!» Я помню нашу первую встречу. Он тогда появился на «Музыкальном ринге» и умолял взять его в «На-На». Но я не согласился.

– Почему? Плохо спел?

– У меня уже было четыре солиста! Я же не могу раздувать «На-На» до хора Пятницкого! К тому моменту Левкин, Асимов, Жеребкин и Политов стали символами группы. Зачем мне пятый солист? Но он, конечно, очень просил!

– Вы, кстати, как считаете: кто у нас первый на эстраде: Басков или Киркоров?

– Я очень люблю Баскова. Хотя всегда говорил, что Филипп – высочайшего уровня профессионал, который умеет входить на сцене в состояние детской непосредственности. Его искренность восхищает зал. Всякий раз, когда я бываю на его концерте, у меня разные впечатления. Иногда ухожу восхищенный и потрясенный тем, как Филипп держит публику. А иногда контакта не случается. Но знаешь, кто меня покорил больше всех?

– Кто?

– Шнур! Первый раз я Сергея Шнурова увидел лет десять назад на концерте в Москве в парке Горького. Уже тогда он меня восхитил. То, как он работал, свойственно обычно черным музыкантам. У них только звучат первые аккорды, и все твои внутренности – печень, селезенка, почки – начинают жить в такт музыки, в одном состоянии с ней. У Шнура так же. Когда я его первый раз увидел, подумал: «Как же пацаны из Питера могут так круто работать?» Это было десять лет назад – Шнур тогда еще трусы снимал на сцене! Но, кстати, это меня совсем не удивило. Я как-то сам ходил по городу Усть-Каменогорску без трусов. На Новый год нажрался, снял трусы и полез на стол. Все были в шоке! Так что голый Шнур меня не удивил. Больше поразила его музыка. Тексты его песен – матерные. А если их внимательно почитать, понимаешь, какая глубокая философия в них заложена! Месяц назад я был вновь на его концерте – такой драйв! Это какое-то чудо: он только рот открыл, произнес первый звук, и весь зал начал в этом темпоритме жить. Мы сидели в вип-зоне. Знаешь, как там обычно люди смотрят концерты?

– Знаю: выпивают, закусывают, изредка поглядывая на сцену!

– А у Шнура такого не было. Все люди в дорогих одеждах – миллионеры, их жены и дети – с первой минуты вскочили со своих мест и стали беситься в этом же темпоритме. Я, признаюсь честно, лютой завистью завидовал тому, как он управляет людьми. Это зрители Шнура, которые любят его не за песни и слова, а за свободу, которая от него исходит. Мы же все хотим быть свободными! Через несколько дней после концерта мы участвовали в его передаче «Про любовь». Сережа подошел ко мне и сказал: «Этому я у вас учился! Понимал, что то, как «на-найцы» умудряются держать публику, не случайно. Это все отработано многочасовыми репетициями».

– Вы слышали, что после вашего восхищения Шнуром вас стал активно критиковать Юрий Лоза?

– Лозу я когда-то вывел на сцену. Он оказался в группе «Интеграл», которой я руководил, случайно. Мы тогда работали в Восточно-Казахстанской филармонии. В ту пору собирались переезжать на работу в Саратов. Клавишник Толя Филипьев отказался ехать с группой, потому что заканчивал Институт иностранных языков. Мне нужен был клавишник. Я спросил у директора местной филармонии, есть ли у него кто-то на примете. На что он ответил: «Есть два: они болтаются вместе с клоуном Юркой Павловым и ему аккомпанируют!» Тогда они выступали по школам: в каждом классе клоун развлекал детишек, а гитаристы, среди которых был Лоза, ему подыгрывали. Первые гастроли у них были по Тарбагатайскому району. Чтобы вы понимали, там нет ни одного поселка. Только кошары, где паслись бараны. Вот в них запустили и этих музыкантов с клоуном Юрой Павловым. И оттуда я вытащил Лозу! Сделал профессиональным артистом – аттестовал в Саратовской филармонии. А то он бы так до сих пор работал по кошарам и чистил бы сараи. Лоза, конечно, не без способностей. Когда я его взял в коллектив, он предложил мне кучу своих песен, в том числе и «Плот». Я это все не взял – «Интеграл» исполнял серьезную музыку.

Зато научил его мыться, стирать рубашки, пользоваться дезодорантом. Помню, купил дезик в какой-то деревушке за три рубля – бешеные деньги по тем временам. Никто его не брал, потому как люди не знали, как им пользоваться. Тогда же было только жидкое средство от запаха пота – водичка во флакончиках!

– Зато сейчас Юрий Лоза говорит, что после себя оставит «Плот». А вот что оставите вы, он не знает!

– Если бы не было Алибасова, сегодняшний шоубизнес был бы совсем другим. Я – основатель первой рок-группы в СССР – «Интеграла»! А ведь этот жанр в советское время был запрещен. До сих пор помню наши первые гастроли в Питере: 14 дней подряд по три концерта. Все были шокированы этим! В те времена получить аттестат профессионального коллектива было очень непросто. Их не выдавали даже таким коллективам, как «Веселые ребята»! Я уже не говорю об ансамбле «Лейся, песня», который был расформирован Кемеровской филармонией. А там художественным руководителем был Миша Шуфутинский! Вместе с ним работали Коля Расторгуев и Саша Розенбаум! И вот их признали непрофессионалами! Ребят лишили работы, а коллектив расформировали, потому что они не прошли аттестацию. А мы прошли! Из «Интеграла» вышли многие знаменитости: и Женя Белоусов, и Марина Хлебникова, и Сергей Челобанов!

– Челобанов уже тогда выделялся?

– Сережа поехал с «Интегралом» на первые гастроли в Минск и там исчез. Мы были в шоке: человека нет, а у нас вечером концерт! Тогда же никаких фонограмм не было – все исполнялось живьем! Кстати, я Челобанова думал сделать клавишником, но он в то время был саксофонистом. Это меня и спасло. Музыкальная нагрузка у него была небольшая, поэтому мы быстро поменяли его соло на гитарное. Увидел я его вновь только через два года, но уже в другом коллективе.

– Это не вы его познакомили с Пугачевой?

– Нет, это они без меня познакомились. Я видел их отношения: это было что-то невероятное – целуются, милуются. Однажды мы пришли на концерт Аллы в Сочи и решили после отметить нашу встречу. Заехали в гостиницу «Ленинград» и простояли около часа, пока Челобанов с Аллой вышли. Так что любовь там была сказочная! Она больше была похожа на ту, какую описывают в классических романах. Алла тогда действительно была счастлива, и мы все были этому рады.

– Это правда, что из-за Пугачевой вы едва не подрались с Игорем Крутым?

– Нет, нет. Все было по другому поводу. Но конфликт у нас возник на «Рождественских встречах» у Аллы. На таких программах всегда царит напряженная атмосфера: кто-то из артистов опаздывает на поезд, просит пропустить вперед, кто-то давно сидит и нервничает. Мы с Крутым сцепились даже не помню по какому поводу. Слово за слово, пойдем выйдем, поговорим. Конечно, не дрались. Поговорили, на этом, собственно, все и закончилось. Потом мы сидели в Сочи у бассейна, вспоминали этот эпизод и смеялись. На самом деле я очень сильно переживал, когда у Крутого начались проблемы со здоровьем. Не знаю, был ли еще такой человек, который так сильно, как я, хотел, чтобы Крутой выкарабкался. Ходила молва, что всё, Игорю конец. А я-то понимаю, как много он сделал для музыкальной индустрии. После того нашего разговора у бассейна в Сочи Игорь стал мне как брат родной. Таких людей в шоубизнесе очень мало.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания