Новости дня

25 сентября, вторник













































Обнародованы записи речевого регистратора разбившегося Як-42

0

Из опубликованных записей ясно, что с самого начала взлёт самолёта происходил нештатно - на номинальном, а не на взлётном режиме работы двигателей.

Вот расшифровка переговоров членов экипажа:

Командир экипажа Як-42, первый пилот: Время, фары. Взлетаем, рубеж 190, три, четыре, пять, номинал.

Бортинженер: На номинальном.

Бортинженер: Скорость растет. Параметры в норме. 130, 150, 170, 190, 210.

Командир: Взлетный.

Бортинженер: 220, 230.

Второй пилот: Наверное, стабилизатор.

Командир: Взлетный, взлетный, стабилизатор.

Второй пилот: Что ты делаешь?

Командир: Взлетный.

Бортинженер: Взлетный.

Командир: (нецензурно).

Второй пилот: Андрюха!

Этот текст оказался в распоряжении ТК "Россия-24".

Эксперты, комментировавшие опубликованный материал пояснили, что первое время - от 130 до 210 км/ч - самолёт разгонялся нормально - прибавлял 20 км/ч скорости каждые три секунды. А вот от 210 до 230 км/ч самолёт разгонялся уже восемь секунд - такого быть не должно, ВПП к этому моменту уже заканчивалась.

Кроме того, следует отметить, что командир экипажа скомандовал включить взлётный режим только за несколько секунд до отрыва от земли.

Неясно также, почему первый пилот принял решение продолжить взлёт - ведь с самого начала было ясно, что что-то происходит не так. У командира было примерно 10 секунд на то, чтобы это понять и среагировать.

Впрочем, свидетели, с самого начала говорили о том, что Як-42 начал разбегаться не с самого начала взлётно-посадочной полосы. Её двух с половиной километров длины не хватило, чтобы самолёт набрал скорость для устойчивого взлёта.

Специалисты, расследующие причину крушения авиалайнера, говорят, что главный вопрос: почему лайнер разгонялся так медленно, тем более, что загрузка была минимальной?

Стоит обратить так же обратить внимание на странное поведение первого пилота, командира воздушного судна Андрея Соломенцева. Персонал аэродрома "Туношна" рассказал, что перед посадкой в самолёт лётчик сильно нервничал и был явно не в себе.

Уже перед взлётом Соломенцев передал штурвал второму пилоту, Игорю Жевелову, сославшись на плохое самочувствие. Для второго пилота это был первый взлёт на Як-42, до этого он летал на других типах самолётов. Опыта самостоятельного управления таким лайнером у Жевелова вообще не было.

Окончательные выводы можно будет сделать только после окончательной расшифровки параметрического самописца разбившегося самолёта и компьютерного моделирования его последнего полёта. Кроме того, будет проведён лётный эксперимент с настоящим самолётом.

поделиться:






Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания